Глава 5

Амелинда

Бой кипел несколько часов. Поток раненых казался бесконечным, и утром следующего дня мы с помощницами падали с ног от усталости, но некогда было отдыхать. Я только молилась богам-покровителям, чтобы с Лео ничего не произошло. Мой супруг был боевым магом и сейчас командовал основными силами Литонии, а значит, находился в самой гуще сражения. Изельгардцы сражались отчаянно, дорого продавая свои жизни. И вдруг все замерло и затихло. Будто налетел шторм, разбушевался — и прекратился, оставив после себя поломанные деревья. Только здесь были совсем не деревья, а человеческие тела.

Поле боя казалось залитым кровью. От лагеря Изельгарда остались только обломки шатров. Враги даже не забирали раненых, и сейчас около двух десятков человек истекало кровью на моих глазах. Я и хотела бы помочь, но надо было позаботиться о своих, проследить, чтобы всех перенесли в наш лагерь, оказали помощь, подлечить, остановить кровь. Уже перевалило за полдень, когда у палатки целителей показался тот, кого я так ждала.

— Лео! — кинулась к мужу. — Ты цел? Не ранен?

— Все хорошо. — Он обнял меня всего на миг. На войне нежность неуместна. — А ты?

— Устала, — вытерла вспотевший лоб. — Но помощь оказана всем. Какие новости?

— Изельгард разбит и долго будет зализывать раны. Нам остается только гнать врагов дальше. Много пленных, мы разбросали их по ближайшим лагерям.

— Наверное, среди них тоже есть раненые. Давай, взгляну. — Осмотрелась по сторонам, стараясь быстро отыскать медикаменты.

— Зачем? — холодно спросил муж. — Они все равно смертники.

— Возможно, получится выменять их у Изельгарда на наших солдат. Или взять выкуп. Да и знать они могут много. Лео, не мне же тебе объяснять!

Супруг только качнул головой. Он нескоро оправится от смерти Илли, мы оба это понимали. Как и его младший брат. Когда я утром видела Айка, он был весь в крови и больше напоминал безумца. А ведь Айк не был боевым магом, обладая силой совсем иного свойства.

— Хорошо, взгляни. Только не трать на них магию, — отмахнулся Леонард. — Я сейчас приду.

И пошел к группе солдат, а я поспешила в западную часть лагеря, где расположили пленных изельгардцев. В нашем лагере их было всего трое. Видимо, остальных Лео отправил в соседние. Выглядели они жалко. Один полусидел, привалившись спиной к дереву. Двое других лежали на земле. Светловолосый протяжно стонал, лицо брюнета заливала кровь из раны на голове. Плохая рана… Я склонилась над ним, а он вдруг открыл невозможные, черные глаза и уставился на меня. Попытался было приподняться, но я сказала:

— Тише, тише, не шевелись. — Затем коснулась лба и призвала магию, залечивая рану и частично убирая последствия. — Вот так легче, правда?

Он снова пытался что-то ответить. Шевелил пересохшими губами. Наверное, хочет пить. Но так некстати явился муж, начал поторапливать.

— Да, сейчас иду, — обернулась к Лео, а сама уже доставала флягу с водой и прижала к губам мужчины. Он сделал несколько жадных глотков и потянулся еще, но больше было вредно.

— Хватит, — сказала ему. — Отдыхай.

Длинные пальцы, все в грязи, коснулись моего запястья, пытаясь удержать. Не хватало еще, чтобы Лео увидел. Он и так недоволен, что помогаю пленным. Я высвободила руку, еще раз послала раненому волны исцеляющей магии, столько же — его товарищам по несчастью, и пошла прочь.

— Наигралась? — угрюмо спросил супруг, ожидавший неподалеку. — Надеюсь, привела их в форму, потому что надо допросить этих троих.

— И стоило ли тогда лечить? Раны достаточно серьезные. Особенно травма головы у брюнета, поэтому не переусердствуйте, если они нужны вам живыми. А если не нужны, нечего было их сюда тащить.

Лео закусил губу. Да, мои слова ему не нравились. И — да, я не хотела его обижать, прекрасно зная, как ужасно он себя чувствует. Но мне тошнило от войн, ран и смерти. Почему эти люди должны умереть? Только потому, что они принадлежат к другому народу? Потому что послушались приказа своего правителя? Возможно, и среди них есть личности вроде тех, что убили Илли, но сейчас я видела в них просто больных, истерзанных мужчин, которым была нужна помощь. Лучше мне не приближаться.

Вскоре послышались крики. Видимо, все же допрашивают. Очень хотелось заткнуть уши, но я не могла себе этого позволить. Среди наших солдат многие были в тяжелом состоянии, и я переходила от одного к другому, заглушая боль, стараясь помочь хоть немного даже там, где готова была признать бессилие. Крики стихли. Тишину нарушали только стоны раненых. Я забилась в угол шатра, села и обхватила голову руками.

— Эмми, может, чаю? — спросила моя помощница.

— Не надо. Ничего не хочу.

Действительно, не хотела. Желала только, чтобы все это поскорее завершилось, и такая надежда существовала, ведь мы разбили основные силы противника. И это мы взяли их в кольцо, а не они нас, как предполагалось. Мало кому удалось уцелеть. Возможно, это заставит короля Изельгарда Осмонда оставить Литонию в покое и вернуть наши земли, чего и добивался Илверт.

— Амелинда! — раздался голос Лео.

— Я здесь, — вышла из шатра. — Есть новости?

— Полно, — кивнул он. — А еще меня срочно вызывает его величество. Приказано доставить в его расположение всех пленных и прибыть лично. Ты, конечно же, едешь со мной.

— Леонард, тут много раненых. Девочки без меня не справятся.

— Приказ короля, — отрезал муж. — Хочешь спорить — спорь с ним сама.

Нет уж… Илверт сейчас в таком состоянии, что и нас казнит вместе с пленными за непослушание. А в том, что он задумал публичную казнь, я не сомневалась. Не первая война. До сих пор были живы в памяти страшные картины прошлого противостояния с Изельгардом. Тогда все виселицы были полны пленными, а потом Литонии пришлось отступить и пойти на мирный договор.

— Хорошо, кто я такая, чтобы спорить с его величеством? — ответила супругу. — Раз он считает необходимым наше прибытие, значит, так и поступим.

Взгляд Леонарда стал мягче.

— Когда выдвигаемся? — спросила я.

— Утром. Может, к вечеру и доберемся. Придется ведь еще тащить пленников. А если не повезет, то будем ночевать где-то в поле.

— Но повсюду враги, — встревожилась не на шутку.

— Эмми, милая, — Лео опустил руки на плечи. — Враги зализывают раны. Мы отбросили их достаточно далеко отсюда. Так что опасаться изельгардцев не стоит. А вот то, что пленников придется тащить пешком, скверно. Это замедлит нас в пути.

— Пешком? — обернулась туда, где оставила пленных. — Но они же ранены, не дойдут.

— Издохнут — туда им и дорога, — сурово отрезал муж. — А теперь идем отдыхать. Мы оба с ног валимся.

Он был прав. У меня пересохло во рту от перерасхода магии. И лучшим способом восстановиться действительно был сон. Но оказалось, что уснуть, когда ты одержим какой-то мыслью — непростая задача. И я ворочалась с боку на бок пару часов прежде, чем поняла: не усну. Аккуратно выбралась из объятий супруга.

— Ты куда? — сонно спросил он, приоткрыв глаза.

— Попью воды, пить страшно хочется, — ответила поспешно.

Лео кивнул и снова уронил голову на подушку, а я выскользнула из палатки. Для начала действительно нашла воду и сделала несколько больших глотков. Стало легче дышать. Затем заглянула к раненым, рядом с которыми дежурили две целительницы. Убедилась, что все в порядке, и уже собиралась вернуться к мужу, когда вспомнились трое раненых мужчин. Ничего дурного не случится, если помогу и им. Захватила с собой кувшин с водой и тихонько пошла в их сторону. Конечно же, пленников не оставили без охраны. Рядом с ними дежурили двое солдат. Они вскинулись, завидев меня, но узнали и поприветствовали.

— Что это вы тут делаете в такой поздний час, лери? — спросил один из солдат.

— Завтра нам предстоит вести этих людей к королю, — ответила я. — Решила подлечить их немного, иначе не дойдут, и его величество будет недоволен.

— Но лер Эйш не отдавал приказа… — попытался было возразить второй.

— Лер Эйш спит, и я не стану его будить только для того, чтобы спросить разрешения, — ответила чуть резче, чем следовало, зато меня, наконец, пропустили.

Из трех пленников спал только один — тот, который получил наименее серьезные ранения. Двое других выглядели еще более скверно, чем утром. Да уж, если король надеется устроить показательную казнь, ему придется вешать трупы.

— Здравствуйте, дейрина, — прошептал брюнет.

— Лери. Лери Амелинда Эйш.

Он устало прикрыл глаза, будто задумавшись на миг, затем жадно взглянул на кувшин в руках. Блондин молчал. Хоть он и не спал, но, кажется, воспринимал мое присутствие как отголосок бреда.

— Пить? — прижала кувшин к губам брюнета, и тот сделал несколько жадных глотков. Затем попыталась напоить его товарища, но больше разлила воду.

— Ему совсем скверно, — просипел брюнет. — Вы ведь целительница. Сделайте что-то с его рукой.

Я оглядела левую руку блондина и поняла причину опасению брюнета. Грязная повязка, пропитавшаяся кровью. Если пойдет заражение, ему конец. Поэтому сняла тряпку с раны и призвала магию, хотя бы чтоб защитить от последствий. Его кожа пылала. Да, скверно — не то слово.

— Лери Эйш, — окликнул меня один из охранников, — вам бы не стоило…

— Это вам бы не стоило мне мешать, — ответила, копируя тон мужа. — Будьте так добры, принесите мою аптечку из лазарета. И быстрее, я не хочу сидеть здесь всю ночь.

Юноша нехотя повиновался, а я продолжила плести заклинание, чтобы уменьшить боль и ускорить заживление раны на месте пальца. Методы допроса, да уж. Ненавижу войну!

— Вот, ваша аптечка, — вернулся охранник, и я достала настойки и чистые бинты. Да, утром Леонард устроит скандал. Но это будет утром, а сейчас мне было больно смотреть, как мучается этот человек, будь он хоть трижды моим врагом. Блондин застонал, закусил губу. Взгляд его стал на мгновение осмысленным.

— Попейте, — снова прижала кувшин к его губам. — Вот так, хорошо.

Всего пару судорожных глотков, но ему пока что хватит. А я покончила с перевязкой и обернулась к брюнету. Тот вряд ли что-то видел левым глазом, слишком уж большой синяк, на всю щеку, и на лбу шрам останется. Шрам на лбу… Это что-то напомнило, но я так устала, что не ухватилась за мысль, а вместо этого намочила новый бинт, обрабатывая глубокую рану на голове. И как он еще в сознании…

— Лери Эйш, — снова вмешался солдат, — не тратьте на них ваши медикаменты, все равно им подыхать.

— Какой возвышенный слог, — прищурилась я. — Лучше не стойте столбом, а помогите, отрежьте бинт вот тут. Спасибо.

Перебинтовала другие раны — и у брюнета, и у блондина их было немало. Только третий казался лишь слегка потрепанным, но и на него накинула заклинание исцеления. Ох, и компания. Интересно, Лео отбирал для нас худший вариант, или все пленники выглядят одинаково?

— Спокойной ночи, леры, — кивнула солдатам. — Безмятежного дежурства.

И пошла прочь. Сначала — мыть руки, затем — ложиться спать. Когда же все это закончится? Стоило лечь, как Лео перевернулся и крепко прижал меня к себе. Обняла его, ощущая, что хоть на краткое мгновение внутри воцарился покой, и закрыла глаза. Вот так, теперь все, как надо.

Утром же меня, ожидаемо, разбудил голос мужа:

— Эмми, ты с ума сошла?

— Что? — Я села, протирая глаза. — Лео, что ты кричишь ни свет, ни заря?

— Что я кричу? — Изо рта мужа едва не брызгала слюна. — Что я кричу, Эмми? Ты зачем ходила к пленникам? Теперь весь лагерь об этом судачит! И эти два болвана тебя пропустили.

— Эти два болвана прислушались к здравому голосу рассудка, — зевнула я. — Или ты хочешь, чтобы мы никогда не дошли до города? Король будет недоволен.

— Еще скажи, что ты это сделала для нашего же блага!

— Да, по большому счету, — кивнула ему. — Я не сделала ничего дурного, Леонард. А ты в следующий раз позаботься, чтобы после твоих допросов источники информации не отправлялись сразу на тот свет.

— Да этот демон еще меня переживет!

— Не говори так, — поднялась и обняла мужа. — Мне не нравится это слышать. А пленников действительно стоило подлечить. Ты ведь сам прекрасно знаешь, милый.

Леонард выругался, но перестал кричать. Признал, что я права. Что ж, вот и хорошо. А я поцеловала его, потерлась всем телом, заставляя забыть о причине ссоры. И вот уже муж целовал меня в ответ, почти кусая, прижимал к себе, и, если бы не необходимость отправляться в путь, все бы закончилось ожидаемо.

— Его величество ждет, — напомнила я.

— А я не могу, — пробормотал Лео, покрывая поцелуями мое лицо.

— Придется, милый, — чуть отстранилась. — Тебя уже зовут.

— Лер Эйш! — слышалось снаружи. — Лер Эйш, где вы? Еще пленников привезли, что с ними делать?

— Ничего не могут решить, как дети малые, — пожаловался Лео и вышел из палатки.

— Сковать их за ноги, чтобы не вздумали бежать, — командовал он. — Да, можно позвать мага, где я вам кузнеца возьму сейчас? И надежно зафиксируйте руки. Ничего, прогулки на свежем воздухе — это полезно. Отряд охраны, готовьтесь выдвигаться в путь. Роун, остаетесь за главного. Действовать так, как обговорено.

Пора. Я сменила платье на более чистое, постаралась причесаться, но, скорее всего, выглядела не лучше пленников. Захватила медикаменты — мало ли, в дороге кому-то может понадобиться помощь, а затем вышла из палатки, чтобы увидеть, как человек пятнадцать пленных ставят в две колонны и сковывают цепью. Что ж, предосторожности никогда не бывают лишними. Были среди них и мои знакомцы. Блондин казался чуть более… живым, если можно так выразиться. Брюнет глядел под ноги и едва ли не шатался на ветру. Их третий товарищ тревожно оглядывался по сторонам. Живы — и хорошо.

— Амелинда, сюда! — помахал рукой Лео. — Поедешь на лошади.

Да, ехать лучше, чем шагать пешком. Это на первый взгляд до города близко. Но только когда ты здоров и можешь идти свободно. Учитывая возможную скорость пленников, я ставила на ночевку в поле, надеясь, что мы все-таки успеем до ночи добраться к цели. Привезли еще пленных, и работа продолжилась. Мы торопливо позавтракали — и, наконец, выдвинулись в путь.