33

7 дней назад

Карим моргнул фарами, завидев въезжающий на парковку ресторана «крузак» Сыча. Опустил окна, чтобы впустить в салон свежий вечерний воздух, и заглушил машину. Через несколько минут Сергей занял соседнее пассажирское сидение.

— Ну как? Готов? — поинтересовался он напряженно, опуская приветствие.

Саша скупо кивнул. Достал сигареты, закурил, молча протянул пачку другу. Тот не отказался.

— Мандражируешь? — поинтересовался, тоже подкуривая.

— Есть немного.

Сыч выпустил вверх сизую струйку дыма и перевёл пристальный взгляд на Сашу.

— Я иногда поражаюсь тебе, Карим. Сколько в тебе еще сюрпризов?

— В смысле? — безучастно уточнил тот, опустив руку с зажатой меж пальцев сигаретой на руль.

— Откуда в твоей башке рождаются такие бредовые идеи?

Саша безразлично пожал плечами. Но Серегу такой ответ, кажется, не устроил.

— Ты понимаешь, что с вероятностью девяносто девять процентов тебя там просто по асфальту раскатают? — с раздражением поинтересовался он.

— Не раскатают, — холодно отозвался Саша.

— Откуда такая уверенность?

— Седой впряжётся.

— Нахер ему это?

— Никуда не денется. Он не дурак же. Понимает, что я слишком много его секретов знаю. И обиду затаить могу.

— Ну а если все-таки нет? Что тогда?

Саша повернул голову к другу и растянул губы в холодной улыбке.

— Тогда война.

Сергей удивленно округлил глаза, а после скривил лицо в презрительной гримасе.

— Ты серьезно, Карим? Хоть понимаешь, с кем воевать собрался?

— Да понимаю, понимаю…

— Сейчас же не девяностые! Не получится просто так всех толпой положить и сухим из воды выйти!

— Если ты мне не доверяешь, просто уезжай, Сыч.

— Я просто не понимаю, нах тебе сдался этот геморрой? Тебе че, плохо живётся? Башкой своей рисковать ради чего? Лично мне бабла хватает!

Карим поднёс сигарету к губам и медленно втянул дым в легкие.

— Если подвернулся шанс получить больше, почему им не воспользоваться? — невозмутимо произнёс, выдыхая.

— Это все из-за неё, да? — со злостью выплюнул Сыч. — Скажи честно, ты ведь из-за Насти жопу рвёшь? И п. здишь мне, что все пройдет гладко, что ты все продумал! Это, бл. ть, самоубийство чистой воды!

Каримов бросил на друга короткий злобный взгляд и отвернулся к окну.

— Ты можешь уйти, — сухо произнёс он.

— И чем же так хороша эта шлюха? Чтобы всем ради неё рисковать?

— Тебе не понять.

— Блять… — прорычал Сыч. — Ну ты дебил конченый…

— Уезжай, Сыч. Ты не при делах. Я и один справлюсь.

— Нет, ты объясни мне! Я все же хочу понять! Сначала она трахалась с ублюдком, который завалил нашего брата. Ну это ладно. Дела старые. Кто из нас не без греха, да? Но сейчас она беременна от какого-то козла… — Сергей вдруг округлил глаза и ошеломленно уставился на друга. — Или, может, не от козла вовсе, а? Ох, них. я себе… Я понял! Да это по ходу ты её и обрюхатил! Поэтому и жопу рвешь! Ну ты даешь, Саня! И когда только успел, а?

Саша внимательно выслушал друга и неожиданно для самого себя громко рассмеялся.

— Че ты ржешь?! — возмутился Сыч.

— Да нет, ниче… — Кое-как справившись с истеричным приступом веселья, Карим вновь стал серьезным и посмотрел на друга в упор. — Слушай. Расклад такой. Риск, что эта ночь станет для нас с тобой последней, конечно же, есть. Но если все пройдет по плану — перед нами откроются просто сказочные перспективы. Стоит того этот риск или нет — решать тебе. Я для себя все решил. Какие причины меня на это толкнули — тебя заботить не должно. Смекаешь?

— Ну и сука же ты, — недовольно скривился Сыч.

Саша пожал плечами.

— Ну так что? Идем? Или досвидос?

— Конечно, идем, — оскалил зубы в хищной улыбке Серега. — Неужели я — и пропущу всё веселье?

Карим усмехнулся:

— Тогда пошли. Пора.

Выбросив в окно сигарету, он проверил ствол и вышел из машины.

Мужчины вошли в ресторан. На входе их досмотрели, попросили сдать оружие. Два бугая в черных костюмах проводили их в кричащий показательной роскошью вип-зал, где за огромным, ломившимся от пафосных закусок столом сидели пятеро мужчин. Все взрослые, с благородной проседью в волосах, за исключением одного — Шамиля. По правую руку от него расположился Седой. Еще троих Карим видел впервые. Но был достаточно наслышан, поэтому примерно догадывался, кто из них кто.

Пять пар цепких, продирающих до самых костей глаз уставились на вновь прибывших.

— А вот и наша молодая мафия пожаловала, — произнёс один из незнакомцев, противно растягивая слова, и окатил мужчин взглядом, полным презрения. — Милости просим к нам на огонёк!

Саша с Сычом заняли свободные места за столом.

— Ну и кто из этих двоих твоих подопечных наш герой-любовник? — обратился этот же человек к Седому.

Судя по прищуренным до тонких щелок раскосым глазам, это был Монгол. Правая рука Сумранова. Сам же Сумранов восседал в центре стола. Его Карим узнал сразу по знаменитому серповидному шраму над левой бровью и броским перстням на пальцах. В остальном мужик был ничем внешне не примечательным; если снять с него дорогой пиджак и эти кольца — с легкостью можно было бы принять за обычного человека. Еще одного незнакомца Саша не узнал, да и не было времени тщательно разглядывать. Интуиция подсказывала, что в этом обществе надо проявлять себя сразу.

Карим посмотрел на Монгола в упор и отчетливо произнёс:

— Это я.

Монгол брезгливо поморщился, словно ему в рот кто закинул ложку дерьма, и медленно перевёл испепеляющий взгляд на Сашу.

— С тобой пока никто не разговаривает, камикадзе, — ядовито процедил он.

— Монгол, не кипятись, — вступился Седой. — Я ведь уже говорил тебе, что девушка позвонила парнишке, когда у её супруга начались проблемы. Саша забрал её к себе, понятия не имея о положении вещей.

Карим кивнул в подтверждение его слов и невольно бросил беглый взгляд на Шамиля. Тот с ненавистью смотрел в ответ и сжимал челюсть так, что желваки ходили на скулах, но, к счастью, молчал. Хватило мозгов не подставить в том числе себя, раскрыв этим людям правду.

— Ну ясно, ясно, — раздраженно покачал головой Монгол и снова перевёл взгляд на Сашу. — В общем так, спасатель. Девушку придётся отдать.

— Я не хочу, чтобы с ней случилось что-то плохое, — спокойно возразил Карим, глядя на мужчину из-под бровей.

Тот оскалился и злобно процедил:

— Что ты сказал?!

Вдруг Сумранов слегка приподнял ладонь над столом, привлекая к себе внимание, и все взгляды тут же устремились на него.

Сам же он пристально смотрел Кариму в глаза, словно оценивая, чего тот стоит.

— Любовь — дело молодое, — задумчиво и даже как-то мягко произнёс криминальный авторитет. — Я все понимаю, сынок. Но эта депутатская гнида кинула меня на десять миллионов. И мне насрать на твои нежные чувства. Девушку завтра привезёшь ко мне. В противном случае я приеду за ней сам, но тогда не обижайся.

Его дружелюбный тон и смысл произносимых слов вызывали полный диссонанс. И вместе с тем перечить этому человеку не хотелось совершенно. Напротив, хотелось поскорее согласиться и немедля кинуться выполнять его «просьбу». Карим моргнул, чтобы прогнать эти беспонтовые ощущения, и уверенно посмотрел криминальному авторитету в глаза.

— Что если вместо девушки я найду и привезу вам её мужа?

Сумранов слегка приподнял брови.

— И как же ты собрался это сделать?

— У меня есть план.

— Не поделишься?

— Если поделюсь, боюсь, меня могут опередить. Назовем это коммерческой тайной.

Во взгляде Сумранова промелькнул неподдельный интерес. Это сильно приободрило, и Карим продолжил свою речь еще более уверенно.

— Забрать девушку силой будет непросто, — с вызовом произнёс он, дерзко задрав подбородок. — Мой дом и посёлок охраняют профессионалы Черномора. Я им очень хорошо заплатил. Поэтому без перестрелки и горы трупов не обойдётся. Но если вы позволите мне найти депутата и вернуть ваши деньги, взамен я прошу всего десять процентов от долга…

— Что, бл. ть?! — внезапно заорал Монгол, его маленькие глазки буквально налились кровью. — Да кто ты такой, чтобы тут условия ставить, оборзевший щенок?!

— Погоди. — Сумранов снова вскинул руку, но Монгол так разгорячился, что казалось, его уже ничто не остановит.

— Семён, дай я хребет пополам сломаю этой выскочке малолетней, чтобы другим неповадно было!

— Я сказал, погоди, Монгол, — терпеливо повторил Сумранов, не отрывая проницательных глаз от Саши. На этот раз Монгол не посмел возразить. — Ходят слухи, что «щенок» этот дико талантлив. Так, Седой?

— Да, — напряженно отозвался тот. — За ним ни одного пр. ёба.

— Поручился бы за него? — с нажимом поинтересовался Сумранов и перевёл испытующий взгляд на мужчину.

Седой сжал зубы, исподлобья глядел прямо перед собой какое-то время. И только после этого посмотрел Сумранову в глаза.

— Да.

Карим мысленно выдохнул, хоть расслабляться было еще рано.

— Что ж, — задумчиво произнёс авторитет, вернув внимание парню. — Раз такие дела… Даю тебе месяц. Но учти. Если не найдёшь депутата — его долг станет твоим. Будешь пахать на меня, пока не отработаешь. Вероятнее всего — пожизненно. Согласен?

— Согласен, — не задумываясь, кивнул Карим.

— Самоуверенность — это хорошо, — скривился в ухмылке Сумранов. — Тогда время пошло.