39

Прошли ровно сутки с тех пор, как Настя прилетела в Стокгольм, и вот она снова была в аэропорту «Арланда» на пороге осуществления своей мечты о новой жизни.

Осматривая заинтересованным взглядом внушительное здание, Настя испытывала странное чувство нереальности происходящего. В голове до сих пор не укладывался тот простой факт, что теперь она сама по себе.

После того, как Настя обманула Олега, что потеряла ребёнка, какое-то время он ещё пытался уговорить её остаться. Называл желание уехать одной безрассудством. Но уже без прежнего энтузиазма. И в конце концов, согласился на все её условия. Дал денег. Гораздо больше, чем Настя просила. И вызвал Михаила, чтобы тот отвёз её в другой отель.

Прощаясь, Олег заставил девушку пообещать, что она ему позвонит, как только доберется и устроится на новом месте. Вот только Настя не собиралась этого делать. Она обманула мужа, назвав город, куда планировала отправиться. Это был очередной побег. Если уж начинать жизнь с чистого листа, нужно рвать все старые связи.

Прошедшие сутки Настя потратила на изучение рынка трудоустройства в Европе. Перелопатила кучу статей в сети, форумов, с учетом своей непростой ситуации. К счастью, она еще со школы любила и изучала английский язык, и после окончания университета у неё был довольно неплохой уровень. Благодаря этому Настины изыскания принесли свои плоды. Девушка определилась с городом, выкупила билет на самолет и, прокатившись напоследок в такси по Стокгольму, заблаговременно отправилась в аэропорт.

Проходя мимо стеклянных витражей терминала, поймала своё отражение в их зеркальной поверхности, замерла на мгновение и непроизвольно расправила плечи. Свободные темные брюки и не менее свободная полосатая блузка, что предоставила ей Алиса, сидели на фигуре очень хорошо. Рука девушки сама собой легла на всё еще плоский живот и нежно погладила его. Если верить интернету, он уже должен вот-вот начать расти. Но благодаря таким вот свободным вещам, которые сейчас как раз в моде, скрывать беременность можно будет еще довольно долго.

Несмотря на всю тяжесть, что по-прежнему давила на сердце неподъемным грузом, на мгновение Настей вдруг овладело какое-то необъяснимое воодушевление. Отчего-то она была абсолютно уверена, что поступает правильно. И у неё всё получится.

До регистрации на рейс оставался еще целый час, и Настя заняла один из столиков в небольшом уютном кафе на втором этаже терминала. Заказала сэндвич с сыром и зеленью и имбирный чай. Достала из сумки смартфон, что дала ей Алиса, любовно провела по нему пальцами. Этот гаджет успел полюбиться девушке, но пришло время с ним расстаться. В век компьютерных технологий и интернета нельзя затеряться в толпе, пользуясь современными средствами связи.

Эта, казалось бы, простая мера предосторожности неприятно царапала изнутри. Настя уже всё для себя решила, но… чувства нельзя отключить по щелчку пальцев.

В сущности, этот небольшой чёрный прямоугольник из стекла и металла был последней ниточкой, связывающей её со старой жизнью. Девушка с невыносимой тоской думала о маме. О сестре и о брате. Которые наверняка будут с ума сходить, когда узнают, что она пропала. Если, конечно, до сих пор еще не узнали… И даже об отце Настя думала с тоской. Накопленная годами обида на него не мешала испытывать угрызения совести за свой эгоистичный поступок. Ей не хотелось причинять родственникам боль, но иначе было никак. Пока близкие ничего о ней не знают — они в безопасности.

А еще Настя без конца думала о Саше. Сердце так и щемило, стоило представить, что он почувствовал, узнав о её побеге. В груди неприятно кололо, даже дышать становилось сложно… Особенно если вспомнить, какую они провели накануне ночь.

Почему-то было стыдно перед ним. Словно той ночью она пообещала ему что-то, а потом подло предала. Эти ощущения казались полным абсурдом, ведь на самом деле Настя ничего ему не обещала. Более того, открыто говорила о своём желании избавиться от всех мужчин в своей жизни! Хватит с неё! От них одни беды… К тому же, теперь у неё был ребенок, безопасность и счастье которого имело первостепенное значение.

Вот только никакие доводы рассудка и здравого смысла не в силах были притупить это дурацкое и нелогичное чувство вины перед Сашей.

С чаем и сэндвичем было покончено. Взгляд рассеянно скользил по тёмному экрану смартфона, который девушка планировала оставить прямо на этом столике вместе с чаевыми, когда ей в голову вдруг пришла безумная идея. Меньше чем через час она навсегда покинет Швецию. Ничего же страшного не произойдет, если она позвонит Саше на пару минут? Скажет всего лишь пару слов? Ведь она улетает навсегда и больше никогда не увидит свою самую большую в жизни любовь!

От этой сумасшедшей мысли сердце в груди заколотилось так, что Настю буквально затрясло. Ладошки вспотели, кровь прилила к лицу. Желание в последний раз услышать его голос и сказать все то, что так хотелось сказать, затуманило рассудок и здравый смысл. Даже очертания окружающей обстановки стали казаться размытыми, так рассеялся и поплыл взгляд!

Сашиного телефона Настя не знала, но отчего-то была уверена, что он всё еще держит при себе её сотовый. А если нет, то значит — не судьба. Так и решив, девушка взяла в руки смартфон, разблокировала экран и набрала нужные цифры подрагивающими от дикого волнения пальцами.

Гудок. Другой. Третий. Внутри всё похолодело от ожидания, всё тело так и трясло.

Четвертый, пятый гудок. Настя до боли закусила губу и уже собиралась сбросить вызов, как внезапно на том конце провода раздался щелчок — соединение пошло.

Сердце забилось еще чаще, девушка даже бросила молниеносный взгляд на экран, чтобы убедиться, что её звонок приняли, но в динамике по-прежнему царила тишина.

Руки тряслись так, что казалось, сейчас трубка выскользнет из пальцев. С губ сорвался прерывистый вздох…

И наконец, до слуха донеслось:

— Алло.

Спокойное. Холодное. Вне всяких сомнений — его. Этот голос Настя узнала бы из тысячи.

Сердце буквально выпрыгивало из груди, горло безжалостно сковало клешнями подступающих слёз. Плотно закрыв ладошкой рот, девушка беззвучно всхлипнула и зажмурилась, осознавая, что явно погорячилась. Вряд ли она сейчас сможет хоть что-то ему сказать.