Глава 49

– Юна-тян, – прошептал Рихард на ушко своей юной любовнице. – Проснись. Девушка никак не отреагировала. – Юна-тян, – чуть громче позвал он и повернул ее лицо к себе, но девушка не слышала его сквозь сон. Настолько устала? Конечно, Рихард и намеревался выжать из его Юноны все соки, но вопросы гигиены никто не отменял. Им обоим нужно сходить в душ, а уже потом спокойно спать. Рихард слегка сжал кулак, все еще ощущая на ладони поцелуи Юноны. Она так трогательно благодарила его сегодня. Сейчас это воспоминание заставило Рихарда улыбнуться. И тут же он вспомнил их первую сессию от начала до конца. Не слишком ли жестко он обошелся со своей любовницей? Рихард перевернул девушку на другой бок и осмотрел ее ягодицы. Да, отходил он ее розгами прилично. Кожа была вся в красных отметинах. Они пройдут уже на утро, но скорее всего, завтра Юноне будет больно сидеть. На левой ягодице было небольшое рассечение. Пустяк, но все же нужно обработать. А перед этим искупать эту соню-Юнону. Однако прошло уже минут десять с момента, как она уснула, и теперь даже педантичный Рихард не решался требовать соблюдение всех правил. Но ведь он должен позаботиться о своей воспитаннице! Рихард решительно встал и взял со стола упаковку влажных салфеток. Затем он переложил Юнону на другую сторону кровати и принялся тщательно удалять все последствия их страсти. Юнона же спала как убитая, никак не реагируя на откровенные прикосновения. – Да, сильно ты за день устала, – усмехнулся он. – Но даже не думай о послаблениях. Рихард бросил быстрый взгляд на будильник и убедился, что он установлен на шесть утра. Юнона только вошла в расписание. Нельзя сейчас уклоняться от него. Иначе потом она опять разленится. Рихард знал эту девчонку не первый год, и также знал ее талант отлынивать от дел. Поэтому, как бы она ни устала и как бы Рихарду ни было жалко ее, но сейчас нельзя расслабляться. Хотя сегодня он все-таки ее пожалел. После порки ему вдруг искренне захотелось приласкать эту глупышку, согреть в своих объятьях, сказать что-то приятное. Такое проявление ласки было крайне несвойственно Рихарду, и он был удивлен своим поведением. Он выбрал для себя Тему именно потому, что не испытывал привязанность еще ни к одной девушке. Он не любил и не умел проявлять ласку и всегда считал, что не создан для романтических отношений. Конечно, он планировал когда-нибудь жениться и завести детей, но чисто для галочки. Потому что так надо. Потому что в деловой сфере семейные бизнесмены добиваются своего чуть легче и к ним больше доверия со стороны начальства. Однако при этом в его планах не было относиться к своей супруге с нежностью. Даже иногда. Он был в принципе не уверен, что сможет кого-то полюбить, а даже если это случится, то нежность никогда бы не пробила броню из его холодности и строгости. Но сегодня Юноне удалось смягчить его, и Рихард не понимал, как это произошло. Не так уж и сильно ему было жаль эту девочку, чтобы дойти до нежности. А даже если бы ему было жаль ее так сильно, он бы просто остановил сессию, но не продолжил в таком мягком ключе. Странно. Очень странно. Никогда прежде он не замечал за собой такого поведения. Чтобы это далось ему так естественно и по его же собственному желанию. Но ему понравилось это чувство. Он словно отпустил себя, снял броню, и перестал контролировать процесс. Это получилось так легко и обыденно, что Рихард даже не заметил этого в процессе. Сейчас же он чувствовал себя легким и по-настоящему отдохнувшим. Он расслабился. Впервые за долгое время. Мужчина за своими мыслями прошелся спиртовой салфеткой по ягодице Юноны, и девушка чуть нахмурилась во сне. – Ладно, Юна-тян, – он перевел будильник на четверть часа позже, – дам тебе все же маленькую поблажку. Поспи завтра на пятнадцать минут дольше. Однако через секунду он снова передумал и опять перевел будильник на шесть утра. – Нет, – нахмурился он. – Иначе ты из меня веревки вить начнешь. Никаких послаблений. Он закончил осматривать девушку, поэтому поправил ей подушку и накрыл легким одеялом. Юнона уютнее зарылась в свой кокон, но так и не проснулась. И как ему ни хотелось сейчас остаться со своей милой любовницей, но его вопросы гигиены тоже никто не отменял. Поэтому, сокрушенно вздохнув, Рихард нехотя поднял себя с кровати и направился в душ.