Глава 14. Тайна Золотых холмов

Марьяна де Лэр

Проклятые продажные ведуны! Всегда терпеть их не могла. А эти вообще самые отвратные образчики этой касты!

Староста сказал, что люди отмечают некую связь между появлением в их деревне загадочного гостя, пожелавшего остаться инкогнито и смертью скота. Причём эта связь обнаружилась недавно, потому что никто не помнил о том госте до поры до времени, пока нищета и голод — невероятно сильные эмоциональные стимулы, не пробудили память, наверняка усыпленную неким “гостем”.

Пока жители всё вспомнили, пока собрали воедино все события, было уже поздно — скот практически весь вымер. А когда они обратились к ведунам за помощью, те только руками разводили. А некоторые для вида пробовали рассыпать стертую в порошок траву, о назначении которой простой люд мог только догадываться.

Естественно, скот вымер весь, окончательно, до последней головы. На что ведуны, коих было целых два на деревню, скорбно объявили, что Мор настиг Золотые Холмы и скоро все начнут умирать, не только животные.

Про то, что можно было просто сообщить о происходящем Ковену, староста понятия не имел. Оно и понятно. О таком знают лишь недоучки-ведуны, являющиеся связующим звеном между Ковеном и мелкими деревеньками.

Я скрипнула зубами, когда показался домишко на окраине деревни. Причем, добротный домишко. Явно побогаче всех вместе взятых. Одни только позолоченные ставни на окнах чего стоили.

Асгар задумчиво следовал за мной и не мешал моим думам. Идеальный мужик! А вот Инквизитор уже изворчался бы давно. То не так, то не эдак. Увязался бы за мной к старосте. Настаивал на главенстве в отряде. Тьфу.

Я спешилась. Огляделась вокруг. Асгар повторил мои действия, а на его лице отразилось непонимание того, что я выискивала. А выискивала я магическим зрением ближайшую могилку, чтобы поднять зомби второго уровня и устроить ведунам трёпку.

Погрызет их зомбарь, погоняет немного, и они быстро во всём сознаются. Кто, зачем и когда их подкупил за молчание. И что вообще произошло в Золотых Холмах на самом деле.

— Помочь? — почувствовав мою силу, спросил Асгар, подходя ближе. От него шла приятная энергия мужчины. Тёмного мужчины. С ним было находиться — одно удовольствие. Но…

Я даже сама на миг застыла, пытаясь ухватить продолжение этого “но”.

И когда это я успела поменять свою точку зрения о мужчинах, практикующих тёмную магию? Марьяна, похоже, ты не в себе!

— Да, помоги, — не стала отказываться, — давай развлечёмся на славу, — злобно осклабилась я, предвкушая потеху.

Зомби, поднятый из могилы, уже плёлся в сторону дома. Вяленько, но настырно. Это из-за того, что сейчас, некстати, был день. Ночью бы он быстренько доковылял до ведунов. И грыз бы их с двойным усердием. Но выбирать не приходится. Меня уже порядком подбешивал этот загадочный “гость”, успевший навести шороху не только среди нечисти, но и среди животинок.

Вот их обижать ему явно не стоило. Надо было с людей сразу начинать. С таких вот экземпляров, как эти самые ведуны.

В домишко я ворвалась с ноги. Асгар опутал Тьмой весь дом по периметру, не давая и шанса сбежать продажным особям человеческой расы. Ворон одобрительно заржал, завидев зомбяшку на горизонте.

— Ты кто? — впечатлился блондинистый ведун, выронив из рук жирную ляжку гуся. Толстый, усатый, лицо измазано в жиру. Это мы застали их во время обеденной трапезы.

Второй был немного лучше на вид, черняв и более худощав, но не совсем отставал от блондинистого. И был, видимо, умнее и расторопнее, потому что выпалил:

— Да это ж некромантка! Тьфу на неё, Светлый, — и вскочил из-за стола, чтобы сигануть в окно, бросив при этом недоеденное крылышко, но не тут-то было.

За окном сверкал фиолетовый барьер, а сквозь стекло уже заглядывал внутрь полуразложившийся зомби, приветственно оскалив нестройный ряд зубов.

Ведуны синхронно заорали и начали бегать вокруг стола. На что надеялись? Зомби, конечно, тупенький, но дверь нашёл безошибочно, почуяв дозволение хозяйки погонять этих живых. И с таким плотоядным взглядом он принялся за это дело, что нам с Тёмным магом осталось только диву даваться и стройно похрюкивать от смеха.

— Помилуй, Светлый! — кричал блондинистый обжора, размахивая откуда-то взявшимся в руках окороком как шпагой.

— За что?! — вопил второй, прячась за тушу собрата по несчастью.

Но зомби проявил нетипичную резвость и уже совсем скоро взгрызся в шедевр кулинарии, звонко щелкая зубами. Светловолосый ведун рефлекторно стал трясти руку с зажатой костью, но это было все равно, что собаку отдирать от законной добычи. То есть — совершенно бесполезно.

— Да это же Михаль! — озарило того, кто похудее, пока он с испугом глядел на поглощение жирного окорока, — говорил я тебе, он нам не прости-и-т!

Тощий потыкал своего защитника в зад, как бы намекая, что можно попробовать выпрыгнуть в окно.

Но не тут-то было. Зомбарь уже расправился с гусём, сверкнул зелёным туманом мёртвых глаз, выдал самую настоящую зомбячью отрыжку и зловеще щёлкнул зубами прямо под носом у толстяка. Того перекосило. Не понятно, чего он боялся больше: двух магов на пороге или восставшего старого знакомого.

— Михаль, это же я. Ведун Шалай. Помнишь, как мы вместе выпивали? Совсем недавно. В картишки играли, хоть и неугодно это Светлому. Ты мне тогда овцу проспори-и-л, — на мертвяка уговоры не действовали, и он опять звучно щёлкнул челюстью, едва не зацепив кончик носа-картошки отъевшегося ведуна.

Худой тем временем раздобыл стул и кое-как защищался от покойника. Попробовал огреть его по голове, но Михаль лишь почесал череп, проглядывавшийся сквозь клочья волос.

— Ну подумаешь, ты потом сдох от голода… Так мы тут не при чём! — продолжал бесполезные уговоры толстяк. Сразу понятно, у кого из этих двоих язык лучше подвешен. Жаль, на мёртвых не действует дар красноречия.

Михаль явно очень ненавидел ведунов ещё при жизни. Потому что принялся гонять их с удвоенным рвением, несмотря на прихрамывающую ногу.

***

— Пора заканчивать этот балаган, — озвучил мои мысли Асгар.

По мановению пальцев, высекших сноп зелёных искр, мертвяк замер в миллиметре от жирного пальца светловолосого ведуна.

— Тёмного дня, неуважаемые… — процедила сквозь зубы. Весь этот нервяк с отравлением Рантара и внезапное появление третьего члена отряда сильно меня раздражали. Я была готова взорваться от негодования, помня тот факт, что, если бы не эти идиоты, работы у меня было бы гораздо меньше!

— И вам, госпожа некромантка, — глаза обоих ведунов подозрительно забегали. Свежо ещё было впечатление от Михаля.

— Объясните, неуважаемые, какого Тёмного я должна разбираться с вашими проблемами?! — я быстро подошла к двум мужчинам. При моём приближении они стали трястись. То ли от страха, то ли от предчувствия предстоящего наказания.

— Г-госпожа некромантка, о каких проблемах вы говорите? — спросил тощий.

— Позволь мне вмешаться, Марьяна? — приятный голос Асгара горячим мёдом излился на мою уставшую за сегодня душу. Я так утомилась всё решать сама… Лишь кивнула, слегка отойдя в сторону.

Шалай, воззрившись на грозного и внушительного по сравнению с ними мага, вжал голову в плечи. Его маленькие глазенки забегали туда-сюда. И стоило Асгару просто приподнять руку, как оба ведуна резко зажмурились и завизжали по-поросячьи.

— Мы всё скажем! Во всём сознаемся, только не трогайте нас! — тёмный маг насмешливо хмыкнул, взглянув на меня из-за плеча.

— Какие сговорчивые попались. Эх, а я только настроился, — с досадой протянул брюнет.

В глазах ведунов промелькнул ужас, и они побелели, вероятно, в красках представив самую жуткую пытку, на которую был способен тёмный маг.

Поначалу рассказ продажных обжор не отличался от того, что рассказал мне староста, а вот дальше становилось всё интереснее и интереснее.

— Гость этот, — продолжал пухлый обжора, — чуть ли не в каждый дом заглянул, но нигде ему не дали ночлега. Так, Дергину, — кивнул на худого, — жалко стало бедолагу, предложил ему у нас остаться. Сам гость был малёхонький, едва мне до плеч доставал. Ручки худющие, тоненькие, белые-белые. Будто труп. Много места бы не занял. Да и мы не боимся мертвяков, — Асгар прыснул в ладонь, и я была с ним солидарна, ведь зомбарь погонял их только так, но мне было не до смеха.

С каждым словом Шалая я мрачнела всё больше, так, что худой, не выдержав моей злобной некромантской ауры, с криком “Помилуй наши души окаянные, Светлый”, вылетел из дома, будто за ним сам Тёмный гнался. И даже зомбарь, стоявший на пути уже не пугал его так, как я.

Шалай же оставался на месте, спеша закончить рассказ, понимая, что далеко не убежит. Всё, что ему оставалось — провожать завистливым взглядом пятки Дергина.

— Жил тот гость у нас недолго. И на то были причины. По ночам исчезал он куда-то, а на утро наши скот недосчитываться стали. Ну, и староста, как самый умный мужик на деревне, быстро догадался что к чему. Пальцем показал на нашего гостя, который так и скрывал своё лицо под капюшоном, да погнали его жители вилами и граблями — кто чем. Закончилось всё странно. Мы из любопытства за толпой шли. Гость привёл нас к яме с трупами скота. А наши деревенские подошли, посмотрели и ушли. Мы с Дергином только глазами хлопали да диву давались. А гость-то наш целехонький стоит у края ямы, да на нас смотрит своими кроваво-красными глазами.

— Не тяни лича за саван! — рявкнула я, когда Шалай замялся. — Быстрей переходи к сути! Почему вы не попали под групповое воздействие на разум?

— Не знамо мне! — испуганно вскинул руки перед собой обжора. — Прокряхтел нам, что, если мы будем молчать — он нам заплатит. Очень много заплатит. Дергин не поверил, сплюнул. А гость возьми и кинь нам под ноги мешок. Открываем, а там не цинтеи даже — золото! Мы и согласились. Дела нам нет до чужого скота и что тот гость с ними вытворял.

Асгар, стоявший впереди, как-то странно напрягся. Внимательный взгляд уцепился за ставшую прямой, словно жердь, спину и нервно вздрогнувшую руку.

Что-то знает? Или что-то скрывает? Что ж, нужно будет потолковать с ним по душам в таверне.

— Будьте милосердны, госпожа Некромант. Мы ведь не со зла, а ради денег. От ведунства даже цинтея в день не имеешь. Мы голодали, — промямлил жалобно.

— Зато теперь вся деревня ваша голодает, а вы — нет. И из золотого в ваших Холмах только это, — Асгар саркастически хмыкнул, скрестив руки на груди, и обвел взглядом золотую утварь, стоящую на столе и на деревянных полках домика.

— Так хто ж знал, господин тёмный, — отчаянно пищал Шалай, искоса наблюдая за мной, сжимающей кулаки. И ожидал вердикта.

— Говоришь, гость не показывал лица?

— Так и есть, госпожа. Единственное, что помним — его красные глаза, да низкий рост. Сам был закутан в коричневый балахон и никогда его не снимал. Что тот делал со скотом, вот знак святой, не знаю. Как и Дергин. Пощадите, — сложил руки в молебном жесте, — рассказали всё, что знали.

Я цокнула языком от досады, резвеяла некромагию, и зомби, гниющим трупом, упал прямиком на пол, оставляя после себя зловонную слизь.

Мне не было дела до этих придурков и их жизней. Жители деревни сами их накажут. Больше всего меня волновал тот загадочный “гость”. Не нужно быть и семи пядей во лбу, чтобы понять, что он из нашей с тёмным братии. На кровопийцу он не похож, слишком мал, да и те не питаются кровью животных. На вурдалака тоже. Тогда зачем он убивал по ночам животных? Для чего ему это было нужно? Что я упустила?

— Ты же ведун, Шалай! — внезапно меня осенило. От моего воодушевленного возгласа обжора даже как-то потерялся.

— Почему дохла скотина? Ты должен был почувствовать эманации.

— Дак, здоровы они все были. Животинки, как на подбор, — пожал плечами в ответ.

А вот и оно! Я с торжеством в глазах посмотрела на Асгара, который заметно притих.

— Ритуал поглощения, — сказала тихо, — теперь мне всё ясно. Отыщем этого любителя мертвечины по энергетическому следу от ритуала, превратим его самого в мертвяка и дело с концом.

— П-поглощения? — спросил Шалай, — но разве это не запретная магия?

— Ещё какая запретная. Да и не просто так всё это было проделано… Ладно. Идём.

Хлопнув в ладоши, скомандовала Асгару седлать коней и возвращаться в таверну.

Интересно, как там Рантар?