Глава 31. Саймон

Хлопнула дверь. Я до того устал накануне, что у меня не было даже сил повернуться и посмотреть, кто там. Должно быть, кто-то из коллег решил немного отдохнуть. И тут моей шеи коснулись нежные губы. Бриджит, понял я. Все мои инстинкты обострились, как у собаки Павлова. Вот только этот пес не готов был пока взглянуть на своего хозяина.

Я притворился, будто сплю. У Бриджит не было смены этим утром. Может, ее вызвали подменить кого-то. Я слышал, как она тихонько ходит по комнате. Вскоре дверь снова открылась и закрылась. Я перекатился на спину. На тумбочке рядом с кроватью лежала сложенная вдвое записка. Здесь же стоял большой бумажный пакет.

Первой я взял записку.

Саймон!

Я отвезла Брендана в школу и заехала сюда, чтобы угостить тебя вкусненьким. Надеюсь, твоя вчерашняя встреча с адвокатами прошла успешно. С нетерпением жду, когда ты вернешься домой. В пакете – кое-что из того, что поджидает тебя после смены.

Целую, Бриджит

PS. Да, так и есть.

Да, так и есть? Пожав плечами, я взялся за пакет. Стоило мне открыть его, как в нос ударил запах свежеиспеченного хлеба. Я достал завернутый в фольгу еще теплый ломоть. Кроме него в пакете оказались апельсиновый сок, кофе и что-то, что я принял сначала за стопку салфеток. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что это трусики Бриджит.

Я достал их и развернул. Среда. Поскольку сегодня была как раз среда, в голове у меня мелькнула мысль: она что, разгуливает без нижнего белья? И тут я понял, что Бриджит уже ответила на этот вопрос: да, так и есть. Эта женщина знала меня как облупленного. Она отвечала на мои вопросы еще до того, как я успевал задать их. Разве мог я ей солгать? Но лучше солгать, чем сделать больно.

Я с трудом отошел от шока, когда понял, что женщина, обвинявшая меня в некомпетентности, была когда-то любовницей Бена, покойного мужа Бриджит. Поначалу я пытался убедить себя, что это просто совпадение. Почему бы не допустить, что сразу два Бена Валентайна погибли в автокатастрофе пару лет назад? Мне не оставалось ничего другого, как только расспросить обо всем адвоката. И Арни Шварц с радостью вывалил на меня грязные детали этого дела.

Больница обратилась в детективное агентство, чтобы узнать подноготную Джины, включая характер ее отношений с водителем. Сердце у меня болезненно сжалось, когда Арни упомянул о том, что жена водителя работала в больнице медсестрой и что у пары был ребенок.

– У дочери Джины в свидетельстве о рождении не указано имени отца. Вряд ли малышка когда-нибудь узнает, что у нее есть брат.

– О чем ты? – Я попытался изобразить непонимание.

– У жены есть сын, у любовницы дочь. Вполне возможно, что у них общая ДНК. Не хватало еще, чтобы у этой парочки завязался со временем роман – так, по незнанию.

* * *

Я не мог встретиться с ней лицом к лицу. Рассказать Бриджит о том, что человек, которому она всецело доверяла, изменял ей, – значило нанести серьезную рану. И не факт еще, что рана эта когда-нибудь заживет. Но и умолчать о случившемся я тоже не мог, ведь дочь этой женщины вполне могла оказаться сестрой Брендана.

От всех этих новостей голова у меня шла кругом, и я решил, что мне не помешает как следует поразмыслить. Другое дело, что не стоило идти ради этого в паб. Чем больше я пил, тем мутнее становилось у меня в голове. Кончилось все тем, что в четыре утра, когда я лез в окно гостиной, сработала сигнализация. В пьяном тумане я никак не мог вспомнить правильный код.

В следующее мгновение в комнату ворвался Найджел с бейсбольной битой в руке.

– Саймон, ты спятил? Я же мог проломить тебе голову!

Потеряв равновесие, я рухнул с подоконника вниз, каким-то чудом умудрившись приземлиться на задницу.

– Счастье еще, что вы не закрыли окно.

Я с трудом поднялся на ноги.

– Саймон? – На пороге появилась Каллиопа. – Ты что, спятил?

– Именно это сказал мне твой муженек.

Неожиданно вся ситуация показалась мне до того комичной, что я разразился пьяным смехом.

– Ты что, пьян? – вытаращилась на меня Каллиопа.

– А как насчет тебя? – хихикнул я.

– Ладно, – вздохнул Найджел, – вы тут повеселитесь, а я пойду сварю кофе.

Я с трудом добрался до дивана и тут же рухнул на него.

– Что случилось, Саймон? Почему ты решил забраться в дом через окно, да еще и в разгар ночи?

– Вы что, поменяли код сигнализации?

– Ничего мы не меняли.

– Значит, она сломалась.

– Пусть так. Но почему ты здесь, а не у Бриджит? Вы что, поругались?

– Нет. Все в ажуре.

– Тогда в чем дело?

– Видишь ли, – я многозначительно помахал пальцем, – инцест – это очень плохо. Запросто может родиться двухголовый ребенок. Уж я-то знаю – я врач.

– Что за чушь ты несешь?

Чувствуя, как кружится моя голова, я в изнеможении откинулся на спинку дивана.

– Я люблю ее, Каллиопа.

– Кого? Бриджит или двухголовую девочку?

– Я бы любил даже двухголовую девочку, будь она дочкой Бриджит.

– Ладно, Саймон, сейчас четыре утра, и ты несешь пьяную чушь. Пошли, выпьем кофе, а там решим, что нам делать.

* * *

На следующее утро, когда я добрался наконец до дома, Бриджит уже собиралась на работу. Накануне вечером я отправил ей сообщение, что слишком пьян и не могу сесть за руль. Счастье еще, что до дома Каллиопы можно было добраться минут за десять на своих двоих.

Наклонившись, я поцеловал Бриджит в щеку.

– Брендан уже в школе?

– Да, я только что отвезла его, – она взглянула на меня с искренним сочувствием. – Как ты? Хочешь кофе?

– Честно говоря, я не в форме. Не надо было столько пить.

– Вся эта история с иском заставила тебя попереживать, – она слегка нахмурилась. – Жаль, что не могу остаться с тобой сейчас. Я и без того опаздываю на работу. У тебя, если не ошибаюсь, сегодня выходной?

– Да. До вечера я могу побыть дома.

– Что ж, самое время немного отдохнуть и прийти в себя.

Бриджит уехала на работу, а я принялся лихорадочно размышлять, что же мне делать дальше. Каллиопа не советовала мне лично встречаться с Джиной Дельмонико. Поскольку суд еще не состоялся, у меня могли возникнуть проблемы. Но мне необходимо было переговорить с ней, прежде чем выкладывать все Бриджит.

Бесцельно расхаживая по дому, я заглянул в комнату Брендана. На одной из полок я заметил фотографию его отца. Взяв ее в руки, я принялся беседовать с Беном Валентайном:

– О чем ты только думал, когда спутался с этой потаскушкой? Не будь ты уже на том свете, я бы тебя точно прикончил.

Похоже, вчерашний стресс дал себя знать: я принялся угрожать расправой мертвому парню!

– Спасибо, что оставил меня разгребать свое дерьмо. Не дай бог, эта маленькая девочка окажется твоей дочкой! Поговори там наверху кое с кем – пусть уладят это дельце.