Глава 35
Ольга не была дрянью, как он пытался выставить ее сейчас. Если бы она была шкурой, то действительно сделала бы так, как он приписывал ей, только пошла бы куда более простым путем — нашла бы однофамильца Тиграна, заплатила бы ему и уже давно жила где-нибудь в Болгарии.
— Считаю, что ты немного припозднилась…
— Пересчитай, — она наконец вернула его шутку.
Ольге стоило прикусить язык. Она ведь не хотела проверять на что еще пойдет больная на голову женщина, чтобы получить ее ребенка, который странным образом похож на всех ее сыновей. Но…
— Обойдусь без советов от…
Она приподняла уголки губ, ожидая очередного оскорбления.
— Давай, Тигр, — поторопила она его, — скажи мне еще что-то.
За весьма короткий период знакомства этот мужчина наградил ее достаточным количеством клише и предубеждений. Ей ли боятся чего-то?
— Ты ведь так мало сказал мне за все это время? Как еще тебе нужно обозвать меня, что я перестала нравиться тебе?
Она вынырнула из напряженных объятий Тиграна и подошла к Макару, присев возле него колени.
— Все хорошо. Чего ты испугался?
Она говорила это сыну, а сама понимала, что все он сделал правильно. Когда еще пугаться, как не в тот момент, когда твоих близких обижают?
— Тигр рычит, — принялась объяснять она, вытирая заплаканные щеки, стараясь быть спокойной и уверенной при этом, — спорит и отказывается идти на ужин.
Она подхватила сына на руки и ушла с ним на кухню, наливая ему и себе компота. В холодильнике осталось совсем немного и этого было не жалко, чтобы накормить сына. Просто это было все не то. Они уже ели кашу и фруктовый салат на завтрак, подкреплялись бутербродами и супом на обед, а теперь, что у них осталось?
— Сейчас придумаем с тобой что-нибудь, поедим, поиграем с Вуки.
Идти на улицу, прохаживаясь под любопытными и еще час назад просто смущающими взглядами жителей Цовика не хотелось. Но Оля думала вот о чем: как она поедет в общем поезде, да еще и с собакой?
— Ты ведь любишь играть с ним?
— Твою мать, Багдасарова! — прорычали ей в спину на хорошем армянском.
Она вздрогнула, но оборачиваться не стала, продолжая гладить сына и взъерошивать его светлые волосы.
— Потерпи, родной, — говорила Ольга через пару минут, перемешивая в чашке творог с йогуртом, — приедем в город…
Багдасарова говорила с сыном, а сама, в своих мыслях, уже бегала по дому, собирая вещи. Обозленный на весь мир Карпов уже не казался ей таким страшным, как то, что происходило здесь, в сотнях километрах от Москвы.
— Предупредим участкового, — говорила она большей частью себе, чем сыну. — Если надо будет снимем дачу в Подмосковье…
Она сидела рядом с Макаром, наблюдая как он ест. Так происходило обычно — они ужинали вместе или Оля составляла ему компанию, не оставляя сына в одиночестве за огромным столом. Так она убивала двух зайцев сразу — добивалась того, чтобы сын съедал все содержимое тарелки, а еще создавала ощущение семьи.
— Надо было сразу так сделать и не ворошить прошлое, оставив его там, где оно должно было быть. Правда?
Сын норовился ответить ей, но она качала головой, показывая глазами ему на тарелку и ругая себя при этом. Сама же учит его: когда я ем, я глух и нем. Сама же заставляет нарушать правила.
— Кончай страдать ерундой.
Тигран умел появляться эффектно, заставлять ненавидеть себя, проклинать, а теперь еще и подпрыгивать на месте. Он поставил на стол блюдо с жареными кусками мясо, обильно усыпанное свежими и печеными овощами, а потом посмотрел на Макара.
— Сколько ты будешь прятаться?
— Ну мне ведь стыдно!
Оле достался пристальный взгляд и вырвавшийся из груди мужчины, рванный вздох, после чего он развернулся и вновь оставил их одних, но к большому сожалению Ольки не вышел прочь, а устремился наверх.
— Ты куда?
— Спать! Как ты и советовала, мне нужно отдохнуть.
Ольга остановилась у подножия лестницы, пытаясь вспомнить, когда же она наговорила такого, заодно наблюдая за тем, как поднимается мужчина, преодолевая последние ступеньки, прежде чем загрохотать чем-то наверху.
— В округе полно пустых домов!
Она обернулась на сидящего за столом Макара. Он, как и она терзался любопытством. Тигр вернулся.
— Не собираюсь мыкаться по ним, когда у меня стоит полупустой свой собственный!
— Ну разумеется! — выдохнула со злостью окончательно дезориентированная Ольга. — Почему я сразу не подумала об этом?!
Потому что сначала не увидела в том ничего такого. Ну выделила Гоар один из хозяйских домов! Что такого? А потом?.. «Потом» — это было вчера, и Оля была слишком счастлива, чтобы скандалить, требовать и вести себя, как нескладный подросток.
* * *
Макар спал, а Ольга бегала по дому подобно сказочной девчушке — тихо-тихо, на цыпочках, чтобы не разбудить грозного хозяина и выполнить работу вовремя. Вот только она не пироги пекла, а собирала вещи. Они вдруг оказались повсюду — на кухне, спальне, веранде, ванной, прачечной. Помощников гномов или говорящих мышек у нее не было.
— А жаль! — проговорила в конец взмыленная Багдасарова. — Ну их нафиг!
Что он вцепилась в эти шмотки? Магазины в Москве не закроются никогда, если она вдруг вспомнит о чем-то или ей понадобится что-то, то она возьмет карту, пройдется по торговому центру, а еще лучше по сайтам онлайн магазинов и купит все. Или, как обычно в три раза больше намеченного.
— Его доме! — шипела она, повторяя напоследок брошенные слова, все еще злясь на себя за собственную наивность.
Оля уже трижды прошлась по коридору, думая о том, чтобы подпереть дверь спальни, в которой спал Тигран. Он сделал это, как всякий невозможно уставший мужчина — упал на огромную кровать, не раздеваясь и смяв под собой пышную подушку. В какой-то момент ей стало очень страшно — сколько раз она не заглядывала к нему в комнату, столько раз убеждалась в том, что он спит, но делал это неподвижно, ни разу не поменяв положения в пространстве.
— Пойдем, милый, — шептала она на ухо спящему сыну, усаживая его в автокресло спустя каких-то полтора часа. — Потерпи чуть-чуть и через часик уже будешь спать в поезде.
Обычно она радовалась крепкому сну Макара, но сейчас была совсем другая ситуация. Ей предстояла та еще задача — сесть в поезд с толком не проснувшимся ребенком, корзинкой с собакой, рюкзаком и чемоданом.
— Следующее, подать такси, — Ольга сдула со лба прядь, а потом и вовсе отмахнулась от нее. — И…
Багдасарова собиралась вызвать такси, прямо к дому того, кому она собиралась вернуть машину.
— Куда вы собрались?
Ольга дернулась, прижав руку к груди.
— Нельзя так подкрадываться к людям! — наконец выдохнула она зло, глядя на призрак Гоар рядом с собой. — Так свести в могилу не долго!
В столь поздний час, да в темноте улицы растрепанная Гоар Микаэловна с ярко горящим взглядом, в распахнутом халате и в белой сорочке под ним выглядела незабываемо жутко и страшно. Но Ольгу внезапно взволновало другое. Как часто она проделывала подобное, то есть бродила вокруг?
— Подальше от этого сумасшедшего дома.
Ей не надо было отвечать ей, смотреть в глаза и делать вид, что слышит. Но Ольгу ведь воспитывали иначе. Она не сразу справилась с чувством вины, накинувшимся на нее после того, как она стала игнорировать родную тетку, а тут пожилая женщина, которую видно, что довели до определенного состояния.
— Не надо! Не уезжайте!
Ольгу успели схватить за руку и черт ее дернул обернуться, а не просто вырвать кисть и продолжать делать то, что делала. Мать Тиграна плакала. Слезы катились по ее щекам, а сама она смотрела с мольбой, а потом открыла рот и закричала.
— Тигран!!!
— Вот ведь зараза!
Ольга вырвалась. Через мгновение она неслась по дороге, то и дело поглядывая в зеркало заднего обзора, давя на педали и отдергивая себя от того, чтобы переключить передачу и выдавить газ на полную. Впереди был серпантин, полное отсутствие асфальта и какая-никакая, но горная местность.
— О, Господи! — повторяла она снова и снова. — Пусть все получится!
Позади было темно, мелькали направляющие поворота со светоотражательной краской, вспыхивали и тут же потухали малиновыми огнями в черноте ночи, но сердце Ольги стучало, как бешеное несмотря на то, что умом она прекрасно понимала, что Тиграну незачем преследовать ее. Он вряд ли вспомнит о чем-то спросонья и скорее всего поймет, что подлая обманщица в ее лице просто решила сбежать, только потому что стыдно смотреть людям в глаза.
— Все в порядке? — поинтересовался еще сонный таксист, поглядев на нее в уже другое, но все-таки в зеркало заднего обзора.
Ольга кивала, прижимая к себе еще сонного Макара.
— В полном!
— Взгляд у вас такой, как будто за вами гонятся, — продолжал допытываться таксист, поглядывая на нее с водительского сидения. — Случайно не от мужа бежите?
Несмотря на то, что водитель был славянской внешности, Ольга особо не обольщалась на его счет. Она бы не стала рассказывать ему правду. Мужское племя было устроено странным образом — оно страдало солидарностью похуже женского и водило приятельские отношения, даже если не знало друг друга от слова «совсем». То которое водилось в местах подобных этому было хуже прочих. Они тут все были почти что братьями.
— На поезд опаздываю, — проговорила она, мысленно приказав себе успокоиться. — Перепутала даты.
— Билеты можно было и сдать.
Ольга пронзила таксиста взглядом, который призывал его отстать с разговорами и желательно сию же минуту.
— Деньги терять не хотелось, — произнесла она, а потом внезапно для себя добавила. — Чтобы вы не думали ничего такого — я не замужем.
Таксист стушевался. Люди всегда поступали подобным образом стоило только перестать играть с ними в их игры и ткнуть правдой в глаза.
— Я просто.
— Я тоже, — Ольга улыбнулась, чувствуя, что улыбка вышла даже слишком милой. — Могу и паспорт показать, хотите?
Таксист с ней больше не заговаривал, довез до вокзала, выгрузил на нем и отбыл восвояси. Ольга была рада этому. Чужие разговоры успокаивали ее, но конкретно в этому случае ей бы не хотелось, чтобы ее отвезли обратно.