Глава 13

Дарья проснулась среди ночи. Открыла глаза и лежала, глядя в потолок.

Девушке нравились эти места. Дом отдыха под странным названием «Совок» и с обаятельным пожилым хозяином не мог не нравиться. Даже шутливые перепалки Грини и Руслана веселили Дарью. Ужин, как и обед, были незатейливыми, но сытными. И пока мужчины о чем-то негромко беседовали, Дарья проведала нового знакомого – пса по кличке Людоед.

А после ужина Руслан вновь привез ее сюда, в этот крохотный домик. Крохотный – в сравнении с хозяйским домом дяди Димы, или в сравнении с домом Дарьиных родителей. Но именно здесь, где была всего одна спальня на втором этаже и небольшая гостиная, Дарья чувствовала себя как никогда прежде свободно.

Возможно, виной этому чувству была природа, что окружала дом. Возможно, мысли, что здесь нет чужаков, и добраться сюда сложно. Только вплавь.

А возможно – из-за мужчины, который спал в одной постели с Дарьей.

Его широкая, тяжелая ладонь перехватывала Дарьин живот, прижимала к матрасу. И стоило девушке пошевелиться, как рука сжималась крепче. Руслан спал очень чутко и, что веселило, совсем не храпел.

Дарья легла набок, чтобы беспрепятственно смотреть на парня. Он красивый. Даже когда хмурится. Хотя, Дарья не самый объективный судья. Потому что любимый мужчина – он всегда самый красивый.

Дашка осторожно коснулась кончиками пальцев переносицы. Здесь у Ермака появлялись морщинки, которые хотелось разгладить. А сейчас, во сне, морщинок не было.

Провела указательным пальцем вдоль носа, едва задела твердые губы, которые хотелось поцеловать.

Она поняла, что Руслан тоже уже не спит. Но мужчина не открывал глаз, только крепче сжал руки и притянул Дарью ближе.

– Что тебя тревожит, Даша? – тихо пробормотал Ермаков.

– Ничего…, – соврала девушка, но потом решила, что Руслан все равно не примет ее ответа, – Почему в меня стреляли? Я ведь ничего не сделала. Ничего не видела. Ничего не знаю. Меня не посвящают в дела клана. Кому я могла перейти дорогу?

– Не думай об этом, – произнес Руслан и открыл глаза. – Я сделаю все, чтобы обеспечить твою безопасность.

– Именно это меня и тревожит больше всего, Руслан! – скривилась Дарья и уткнулась лбом в его плечо.

Дарья Ирбис не привыкла чувствовать себя слабой, но именно такой она и была рядом с Русланом. Слабачкой и размазней. И сама себя не узнавала.

– Знаешь, Дарь Демидовна, – вкрадчиво вдруг пробормотал Ермаков, – мне кажется, ты совсем не о тех вещах думаешь сейчас.

– О чем мне еще думать? – фыркнула Дарья, носом она касалась горячей кожи на груди Руса, ладонями гладила плечо и колючую щеку. А ее футболка задралась почти до самой талии. Но ведь темно, еще и под одеялом, все равно никто не видит.

Двуспальная кровать скрипнула под весом тела Ермака, а Дашка оказалась прижатой спиной к матрасу. Поздним вечером, когда ложились спать, Дарья и не обратила внимания на то, что Руслан лег нагишом. Впрочем, Дашка была настолько уставшей, что уже и не соображала ничего толком. Рухнула в кровать и отключилась.

А сейчас даже смутилась. Она ведь прежде не делила постель ни с кем. Особенно с обнаженным мужчиной.

– Например о том, что на тебе до хрена одежды, – пробормотал Ермаков и легко устроился меж разведенных бедер. Дарья будто и не контролировала собственное тело. Рус делал это за нее.

Возбужденные твердый член уперся в нее, и мешала лишь ткань трусиков. Рус потерся бедрами так, что Дарья готова была застонать.

– Я хочу, чтобы ты не думала о всяких глупостях, малышка, – шептал мужчина прямо в ее губы, а Дарья все же застонала.

Там, внизу, было уже очень горячо и мокро, а все тело становилось невероятно чувствительным. Словно каждый нерв оголен.

Горячие ладони нырнули под ее футболку, накрыли ноющую от возбуждения грудь. Грубоватые пальцы принялись перекатывать сосок.

Дарья скрестила ноги, обвила ими бедра Руслана, уперлась пятками в его поясницу, а пальцы вонзила в широкие плечи, наверное, даже поцарапав ногтями кожу.

– Какая же ты у меня…, – сквозь колотящийся в ушах пульс расслышала Дарья, – кошка моя дикая.

Она действительно чувствовала, как внутри просыпается дикая ярость. Но не та, которую девушка испытывала на ринге во время боя. Эти чувства были иными, сродни ломке наркомана. Руслан был ее наркотиком. Дарья это осознала сейчас.

Ловко извернувшись, Дарья повалила Руса на спину. Понимала, что он поддается ей. Но как же сладко было чувствовать его всей кожей.

Дарья поерзала бедрами, мысленно проклиная ткань влажных трусиков. И закрыла глаза от удовольствия, когда горячие ладони огладили ее спину, талию, ягодицы, бедра.

Ее ладони уперлись в широкую грудную клетку. Девушка развела пальцы, лаская горошины сосков. И открыла глаза.

Она сидела на Руслане, тихонько раскачиваясь, взад и вперед, сходила с ума от того, как твердая плоть давила на нее через ткань. Но больше всего Дарью волновал взгляд любимого мужчины. Он смотрел на нее так… Будто… Словно…

Всего на секунду Дашкины мозги вернулись на место, выплыли из чувственного наслаждения близостью, и девушка шепнула:

– Это мне угрожали? Ты из-за меня уволился?

Пришлось наклониться ниже, чтобы видеть темные горящие страстью глаза Руслана.

– Так нечестно, Даш. У меня ж сейчас мозги совсем не думают.

– А ты просто скажи правду, – потребовала Дарья и вновь потерлась бедрами, дразня Ермака. Еще и рукой нырнула ниже, коснулась кончиками пальцев головки, огладила, размазав влагу.

Руслан глухо рыкнул, подхватил Дашку, точно пушинку, и подтянул выше.

Дарья вскрикнула, когда поняла, что ее промежность оказалась в опасной близости от мужского лица.

Покраснела вся. Вспыхнула смущением. Это ведь… как минимум, не гигиенично!

Но все здравые мысли испарились, стоило Русу сдвинуть ненавистные Дашке трусики.

Руками он удерживал ее неподвижно. А ртом вытворял такие вещи, о которых Дарья боялась даже думать.

Чтобы не свалиться, Дашке пришлось схватиться за резное изголовье кровати. А Руслан словно пытал ее наслаждением, наказывал.

Дарья уже не могла контролировать себя. Двигалась навстречу порочным ласкам и движениям языка, легким или требовательным. И когда наслаждение стало нестерпимым, Дарья забилась в чувственном оргазме. Она рассыпалась на сто тысяч крохотных Дашек Ирбис и никак не могла вернуться в реальность.

Только чувствовала, как Рус вернул ее обратно, на свои бедра, притянул к себе, жадно поцеловал в губы. Этот поцелуй отличался, был порочным и жадным настолько, что Дашка перестала смущаться. Да и смысл краснеть, если рот Ермакова ласкал ее так откровенно.

А потому Дарья не возражала, когда Рус избавил ее от трусиков. А следом и от футболки. Охнула, стоило любимому уложить ее спиной на прохладную простыню.

С готовностью развела бедра, принимая горячую, обжигающую плоть Руслана в себя. Одним движением он вошел в нее плавно и до конца. Кажется, коснулся ее глупого влюбленного сердечка.

И Дарья всхлипнула. Настолько остро и глубоко он был. Растягивал ее. Заставлял кричать от удовольствия. Он принадлежал ей сейчас. Только ей одной. В эту секунду.

Дарья, должно быть, совсем потеряла рассудок. Потому что не сразу расслышала собственный шепот. Свои же слова. Которые она шептала при каждом медленном толчке в ее тело.

***

Сначала Ермак решил, что ослышался. Он ведь и без того утонул в этой девчонке. А здесь, когда она кончала в его руках, когда он языком слизывал ее сок, смаковал вкус ее удовольствия, он и вовсе сошел с ума. Оторвался от реальности. И совсем не планировал возвращаться обратно.

Потому, когда расслышал произнесенные сбивчивым шепотом рваные фразы, подумал, что бредит. Но нет, Дарья говорила именно это. Под каждое плавное скольжение, а ведь Ермаку хотелось отпустить себя, сорваться, сбиться с медленного ритма. Хотелось вколачиваться в нее глубже, резче, сильнее, еще и еще, до опустошения…

– Люблю…,– шептала Даша. – Тебя… Я… Тебя… Люблю…

Она повторяла вновь и вновь, заставляя Руслана ускоряться. Он не хотел, совсем не планировал, но сорвался в дикий темп. А сердце тарахтело, точно вот-вот взорвется. И взорвалось, оглушив Руса грохотом.

Он жадно дышал, уткнувшись в подушку поверх девичьего плеча. И никак не мог пошевелиться, хотя понимал, что собой придавил Дашку.

Пришлось собрать последние силы и перевернуться. Дарья крепко держалась за его плечи, затылок, гладила пальцами волосы, целовала в уголок рта и в щеку.

Черт, у него же щетина, как наждак! Но Дашенька не жаловалась. Лишь прижимала его к себе крепче. А он все еще был внутри нее. И меж их телами растекалась его сперма.

Черт! Он же давно не пацан, а никакой ответственности! Он должен был, обязан позаботиться о безопасности. Но его мозгов хватило только на то, чтобы оградить Дарью от воздействий извне. Но ведь он и сам для нее – угроза.

У нее вся жизнь впереди. Наверняка, в двадцать три Дарья не планировала рожать ребенка, еще и от кого? От бывшего майора. От телохранителя. У которого за душой только однушка, мелкие сбережения и гонорар от Дашкиного отца.

Тормоз и эгоист!

Но как же тепло от ее слов. От того, как доверчиво Дарья прижимается к нему. Как целует. Как льнет к нему. Как дарит ему всю себя.

– Ты не ответил, Руслан, – жарко шепнула она ему на ухо. – Кто тот очень близкий тебе человек, ради которого ты расстался со службой.

– Дашка…, – вздохнул Руслан, прикрыв тяжелые веки.

– Я же все равно не отстану, – предупредила она. Рус верил ей. Упрямая она у него. До зуда во всех органах, упрямая.

– Да-а-аш! – чуть повысил голос Рус, но уже знал, что обречен.

А между тем Дарья нырнула рукой ниже, чуть сдвинулась. Теперь его член оказался в плену тонкой ладошки. И с каждым движением нежных пальцев Рус чувствовал, как член наливается желанием с новой силой.

– Значит, кто-то вышестоящий по званию имел виды на меня? Так, майор? – шептала Дарья, не переставая ласкать его ладонью. – А ты разбил ему лицо. Верно говорю?

– Дал в морду, – прошипел Рус.

– И этот кто-то может нанять киллера, или подрядить кого-то из подчиненных? Я видела, какое оружие было у того человека из лифта, – шептала Дарья, – На вид табельная пушка. У вас такие на вооружении.

– Дашка, так нечестно! – простонал Руслан, а Дарья лишь отбросила его руки и сдвинулась ниже, теперь она сидела на мужских бедрах и смотрела Русу в глаза. А ее теперь уже обе ладони ласкали возбужденную плоть.

– А обманывать меня честно?

– Я не обманывал!

– Просто не говорил всей правды! – уличила Дарья. – Учти, Ермаков, мне терять нечего. Я тебе уже все сказала. Ты все слышал. У меня нет тайн от тебя.

– Да-а-аш! – сипло пробормотал Руслан, а руками вцепился в простыню, комкая ткань в кулаки.

– Что Даша? Даша не дура. Даша знает, что рискнуть всем можно только ради близкого человека. А ты сам говорил, что ни жены, ни девушки у тебя нет. И в телефоне у тебя нет ни одной фотки незнакомой мне девчонки. Там пусто. Тебе никто не звонил за то время, что ты со мной. Никто не писал, – говорила Дарья, словно размышляла, и не сводила глаз со своих пальцев на его члене. А Руса это заводило еще сильнее.

– Ты копалась в моем телефоне? – фыркнул Рус.

– Не съезжай с темы, майор! – шепнула Дарья коварно.

Руслан упрямо сжал губы. И смотрел, как Дарья ласкает его, как гладит, скользя нежными пальцами. Как склоняется все ниже. Как замирает в паре сантиметров от его дрогнувшей плоти.

Руслан понимал, что сдохнет, если Дарья не возьмет его в рот. Сейчас. В эту секунду.

А Дашка, словно издеваясь над его выдержкой, осторожно лизнула мокрую головку. Обвела языком, улыбнулась.

– Ты ведь все мне расскажешь? – шепнула она, провела по стволу сверху вниз и обратно, Рус вскинул бедра, отчаянно требуя продолжения, требуя всего.

– ДАШКА! – прорычал Рус, а чертовка только едва ощутимо лизнула его, все дальше подталкивая к бездне удовольствия.

– Что, любимый? – шепнула она, убив его окончательно.

Тогда Рус списал все на ее оргазм. В порыве страсти можно ведь всякое сказать. По крайней мере, Руслан уговаривал себя именно такими доводами.

Но теперь Дарья отдавала отчет себе и своим действиям. А еще Дарья Ирбис никогда не врала. Руслан это четко знал.

– Я тебя люблю, Руслан. А ты? – он прикрыл глаза, чтобы не утонуть в ее взоре. Но понимал, что спасовал перед мелкой девчонкой. Она уделала его, положила на обе лопатки.

– Да, черт возьми! – рявкнул Руслан.

– Да?

– Да! – прошипел он.

– Видишь, совсем не страшно, – промурлыкала Дарья и склонилась еще ниже.

Руслан не мог не смотреть на такую картинку. Жадно следил за каждым движением розовых губ по его члену. Наслаждался тем, как Дарья ласкает его, как угадывает каждое его желание. Делает именно так, как нужно ему.

Идеальная. Словно создана специально для него.

Или нет?

Колючая ревность дала о себе знать. Рус прикинул, что не обязательно расставаться с девственностью, чтобы сделать минет бывшему парню. Дарья, она ведь раскрепощенная, дерзкая, она могла бы…

Руса скрутило волной оргазма, он сопротивлялся, оттягивал, совсем не собирался кончать вот так, когда Дарья ласкала его.

Попытался дернуть девчонку на себя, перехватить член рукой. Но Дарья воспротивилась. Лишь глубже вобрала его.

Нет, не могла она… просто не могла с кем-то до него… Рус в это верил. Но и промолчать не мог. Ему необходимо было знать. Необходимо было спросить. И увидеть ответ в любимых глазах.

Когда дыхание стало возвращаться в норму, Ермаков повернул голову и посмотрел на Дарью.

Девчонка устроилась на его груди, обняв и прижавшись щекой к его плечу.

– Что? Я что-то сделала не так? – всполошилась Даша.

Рус медленно поднял руку, провел пальцами по нежному бархату щеки.

– Даш, ты ведь прежде… Ничего такого… Нет? – сбивчиво и бессвязно пробормотал Руслан.

– А ты? Скольким девушкам ты делал куни до меня? – прищурилась Дарья.

– Ты первая, – глухо ответил Рус.

– Вот и ты у меня первый. Во всем, – пробормотала Дарья.

Руслан сгреб Дарью могучими руками. Его все еще слегка потряхивало, зато на душе – покой и настоящее счастье.

– Люблю тебя, Дарь Демидовна, – шепнул он в ее висок.

– Знаю. Давай спать, – зевнула Дарья, а Ермаков глухо рассмеялся. Ну за какие грехи ему досталась такая вредная ведьма, а?

Хотя, нет. Это же чудо, а не девушка. Видать, Ермаков сделал в жизни что-то хорошее, раз судьба наградила его Дашкой.

– Утром все мне расскажешь, – уже засыпая, потребовала Дарья. А Руслан вздохнул. Нет, и все-таки ведьма.

***