ГЛАВА 23
ГЛАВА 23
Павел
Получасовая пробежка дала ощутимый результат. Только ощутим, он не в тех местах, где надо было бы. Подтягивания на брусьях, удары по висящей тут же, на стадионе, груше. Стандартный комплекс моего утреннего тренировочного процесса, ещё со времён активных выступлений на ринге.
Раньше это хорошо помогало не только держать себя в форме, но и прочистить голову. После встречи с рыжим лисенком, второй пункт стал невозможен. Её образ не вытравишь уже ничем. А надо настроиться на рабочий лад.
Быстрый взгляд на часы, пора возвращаться. Душ, завтрак и ещё звонок Кириллу перед началом основного мероприятия.
Восстанавливаю дыхание, глубокий вдох и по венам сочится чистейший кислород, лицо подставляю тёплым лучам майского солнца.
Пора…
— Здравствуйте, Павел Аркадьевич, — приветствуют меня молодые спортсмены.
— Здравствуйте, — обращаю на них внимание. А они зависли и смотрят куда-то за мою спину.
— Хороша-а-а-а! — тянет с восторгом Сорокин.
— Ага, журналистка что ли, вчера вечером её здесь не было!
Проследив за взглядами парней и разглядев ту, что их так зацепила. Еле сдержал мат, рвущейся наружу. Какого хрена она тут и вот в такой вот позе стоит. Неугомонная и самостоятельная, до жути, смотрю я.
— Слюни подобрали, рты позакрывали, — чётко и с грозным видом выдал указания.
— А что такое? Или она ваша? Ну, так вы ж, зачем её пускаете одну гулять по базе, где сексуально активных парней, месяц тренирующихся безвылазно, полсотни?
А то я сам не знаю. Поэтому и сказал ждать в номере, но кто ж меня послушается, а я вот что то подобное и предполагал.
— Я ясно выразился или повторить? Увижу рядом, головы по откручиваю! — Бросил зло парням и направился к этой возмутительницы мужского спокойствия.
Чем ближе подходил к месту дислокации моей строптивицы, тем больше росло желание переодеть её во, что-то менее сексуальное.
Захожу в беседку и встаю вплотную к Варе, перекрывая вид на её аппетитную попку, облаченную в юбку-карандаш насыщенного, вишнёвого цвета. Образ деловой красотки дополняет приталенный пиджак и туфли, хорошо хоть не на шпильках!
— Хорошо Кирилла Андреевич, — только и успела сказать она, когда я, обняв её за талию, притянул к себе.
— Кир, мы позже перезвоним! — заявил другу, отобрав телефон. Нажал кнопку “отбой” не дожидаясь ответа.
— Павел Аркадьевич…
— Можно просто Павел, — шепчу ей.
— Павел Аркадьевич, — подчеркнуто вежливо повторяет она, — мы на работе и давайте наши отношения будут деловыми.
— Нет.
Разворачивается в кольце моих рук и упирается ладошкам в грудь. Попытка оттолкнуть проваливается, так же как и стремление причинить мне хотя бы какой-то дискомфорт, колотя кулачками. Хотя, вру, дискомфорт есть, но чуть ниже, в паху.
Смотрю в её потемневшие от негодования глаза и тону в желании зацеловать эти сладкие губы.
— Варь, угомонись, — наклоняюсь к самому уху и глубоко вдыхаю её аромат. — Я попросил остаться в номере и дождаться меня?
— Вы не просили, а приказали, — фыркает мегерка.
— Я попросил, — настаиваю на своём, — я не хочу за сегодня прослыть ревнивцем и расквасить рожу кому-то из этих, — киваю головой, сто процентов уверен, что они ещё там.
— Но они ведь школьники? — удивленно шепчет, выглядывая из-за моей спины.
— Эти половозрелые самцы на базе безвылазно уже полтора месяца, — разъясняю ей суть моих опасений. Вспоминая себя в этом возрасте и на таких же сборах.
— И вы предполагаете, что они начнут ко мне приставать? — язвительно так интересуется, с ухмылочкой, — так я большая девочка, смогу за себя постоять и объяснить им, что…
Не даю договорить, накрывая рот… Перекрывая поток словоизвержения… Чувствую мягкость её губ на моей ладони. По коже пробегает электрический разряд, заставляющий напрячься все мышцы. Сердце делает кульбит. Фантазии… Резко отдергиваю руку. Вдыхаю полной грудью пытаясь успокоиться.
— … что я не…
Куда там, успокоится?! Словарный запас Вари неиссякаем, продолжает вещать с прежней уверенностью.
Закрываю ее рот, и теперь уже не ладонь служит мне кляпом. Мои губы с легкость берут в плен ее. Бережно прохожусь языком по нижней, слегка прихватывая зубами, заставляя открыться и впустить меня. Покоряется с тихим: “ох”. Торжествую, углубляя поцелуй. Языки соприкасаются и выводят па в древнем танце чувств.
— Пора на завтрак, — осипшим голосом говорю первое, что пришло в голову, как только смог здраво мыслить.
Ее удивленно-ошарашенный взгляд затягивает, разрывает мой мозг тысячью разных вариантов развития событий. И все они не для посторонних глаз и уж точно не в этих условиях.
Нехотя выпускают её из объятий, но только для того чтобы развернуть в сторону выхода и приобняв, прижимаю к своему боку. Направляемся в столовую.
Малышка безропотно следует в заданном направлении. Отлично! Вот как бы ещё убедить её переодеться. Эта юбка сводит меня с ума. Чем плохи вчерашние джинсы и свитер толстой вязки? Мы ж на спортивной базе.
Пищеблок полон народа: спортсмены, тренера, журналисты.… Нахожу свободный столик в дальнем углу общего зала.
— Что ты предпочитаешь с утра? — интересуюсь у Вари, усаживая её за стол.
Поднимает на меня свои изумрудные глаза, фокусирует взгляд и как будто выныривает из раздумий. Хлопает ресницами, прогоняя неуверенность и возвращаясь в реальность.
— Кофе, тосты с джемом и омлет.
— Хорошо.
Здесь на утренней трапезе шведский стол. Надеюсь, что все, что заказала Варя, окажется в наличии. Себе возьму то же самое.
Завтрак и весь дальнейший день прошли в штатном режиме. Со всеми запланированными событиями. Почти без эксцессов.
Открытие Олимпиады, торжественная речь, первые этапы соревнований, интервью и даже общение с молодым поколением спортсменов.
Ближе к обеду прибыли ещё и Варины друзья, для проведения мастер-классов. И пока я общался с парочкой въедливых журналистов, моя Лисичка мило любезничала с Костей. Этот жук обнимал её за талию и, даже, что-то весёлое шептал на ушко. Скосив на меня свой игривый взгляд, приподнимается на носочки, даря ему поцелуй. От расправы Костю спасает только то, что поцелуй в щеку, а он, видя мой взгляд, не рискует ответить взаимным. Но черти в голове уже готовят для него сковороду.
Делаю глубокий вдох, прикрываю глаза, давая себе возможность успокоится. Блядь, ведь понимаю же, что она это специально сделала, но как ревнивый мужлан, завелся. И желание утащить ее в свою пещеру становиться все ярче.
— Варь, — оплетая рукой её стройную талию, утыкаясь носом в висок, чтобы вдохнуть так необходимый мне сейчас аромат моей сладкой девочки. — А ты поужинаешь со мной по приезду в город?
— Павел Аркадьевич…
— Павел, — в сотый раз поправляю ее, — и желательно на "ты".
— Паша, — о, а это уже гораздо лучше. И я расплываюсь в улыбке, — я согласна, но при одном условии.
Удивленно смотрю на малышку, что она задумала? Но соглашаюсь.
Её довольная улыбка подсказывает мне, что я об этом пожалею. Потом… Не сейчас…