Глава 36

Юля – Марк, пожалуйста… – взмаливаюсь, но мужчина лишь сильнее перехватывает меня за волосы. – Не дергайся. Будет хуже. Расслабь попку. Не сжимайся, я осторожно все сделаю. Тихо. Начинаю паниковать. Я знаю размеры Марка. Он меня порвет. Точно проломит дыру в моей заднице своим членом. Начинаю возиться, но Марк сильнее меня перехватывает, а после… я чувствую поцелуй. Продолжая удержать мои руки за спиной, Батырев второй рукой привлекает меня к себе и впивается губами в мои губы. Он целует меня жестко, без права на отказ, после чего сразу же подключает язык и начинает трахать мой рот им в унисон своему члену. На удивление, это помогает мне отвлечься от ужаса того, что сзади делает со мной Марк, и я всецело отдаюсь поцелую с демоном, которого ненавижу. Постепенно напряжение в анусе становится просто невероятно сильным, и я чувствую, как Рахманов уверенно вводит в меня свой член. – М-м-м! М-м-м! Хочу отстраниться, но они зажали меня крепко. Шансов нет никаких. Я нанизана на оба члена одновременно, и это просто ошеломительное ощущение наполненности, которое до предела растягивает мои стенки. – Тихо, мышка. Я использую смазку, не бойся. Все… уже все. Хорошо. Хорошо, девочка. Да, бля… Почувствуй нас обоих. Марк наклоняется и целует меня в шею, а я… рассыпаюсь просто от невероятных ощущений. Необычно, остро, на грани боли, но, блин, мне нравится! Я хочу этого. Хочу, чтобы они продолжили двигаться во мне! Орать не могу. Просить остановиться тоже. Боже, что они творят с моим телом? – Умница. Какая хорошая плохая девочка. Голыми лопатками ощущаю ласковые поглаживания Марка, однако после нежность заканчивается, и он начинает трахать мою попку членом. Сначала медленно, но постепенно усиливая толчки. – Блядь, какая ты тугая. Идеальная! – одобрительно добавляет босс. Ему нравится. Сомнений быть не может. Чувствую себя буквально насаженной на два ствола, и это просто… невероятное ощущение наполненности! Батырев прекращает поцелуй и серьезно смотрит на меня, ни на миг не останавливая толчки. По моим бедрам стекают мои же соки. Я не могу пошевелиться. Я полностью в их власти, и мне нравится. Мне до покалывания в пальцах приятно! По щекам стекают слезы. Боже. Боже, помоги… – Так сильно больно, принцесса? Влас немного ослабляет хватку на моих руках, однако почему-то при этом я сразу чувствую пустоту. Нет. Я не хочу, чтобы он меня отпускал. Ни за что. – Нет, боже, мне так… стыдно. Ах! – говорю правду, не в силах сдержать эмоции, и замечаю ухмылку на лице Батырева. – Поздно стесняться, девочка. Наслаждайся. После этого мужчина лишь крепче меня перехватывает и начинает буквально раздирать мою писю остервенелыми фрикциями членом, в то время как Марк таранит мою попку сзади своим. – А-а-ай! – Что? Хватит? – Не-е-ет… – Что нет, малыш? Сволочь, Рахманов! Он просто издевается. – Не надо… – Проси, что ты хочешь! – говорит это и намеренно останавливается, дразня и тут же вырывая у меня умоляющее признание: – Не… оста… навливайтесь, пожалуйста. А-а-ах-х, пожалуйста! Напряжение лавиной расползается по венам. Их тела согревают мое. Их яйца бьются об меня. Так пошло, грязно, развязно, но мне плевать. – Умница. Такого наслаждения я еще ни разу в жизни не испытывала, и, наверное, я буду гореть за это а аду, но, черт возьми, я не хочу, не хочу, чтобы они сейчас останавливались. Ни за что! Тугой узел в моем животе завязывается сильнее, но эти самцы даже не думают меня отпускать. Их толчки становятся сильнее, и я слышу, как мужчины начинают рычать. Словно дикие звери, они разрывают мое тело на куски, порабощая его, подчиняя себе и наполняя собой. До упора. Влас рычит и обхватывает мое горло одной рукой, в то время как Марк сильно хватается за мою талию, начиная совершать просто невероятной силы толчки, которые одурманивают мне мозг. Наши тела становятся мокрыми, но отвращения нет! Совсем, даже капельки. Они оба очень мужественны и сексуальны, и мое тело снова предает меня. Полностью. Возбуждение достигает пика, когда Влас сжимает руку на моем горле и начинает в унисон Марку трахать меня. Перед глазами все темнеет. Я понимаю, что возбуждена до предела, и ничего не могу с этим поделать. Я хочу их. Хочу их обоих, сейчас, пожалуйста, немедленно! Словно голодная самка, я издаю утробное рычание, ощущая дикие толчки в теле. Они меня трахают вместе. Жестко, развязно и дико, не давая и шанса на отступление. В какой-то момент я понимаю, что теряю сознание. Влас придушивает меня ладонью слишком сильно. Напряжение в теле становится невыносимым, и я просто взрываюсь на миллион острых осколков сладкого невероятного оргазма. Это лавина. Она разливается по венам, бьет в голову, дурманит, заставляет громко кричать. От удовольствия, сладкого греха, наслаждения и кайфа. Воздуха критически не хватает, я вскрикиваю, содрогаюсь в спазмах, а после… отключаюсь. Глава 37 Влас Ощущение такое, словно принцесса вообще своего тела не знает, да только назад пути нет. Мы укладываем ее с Рахмановым на кровать и крепко фиксируем. Юля сначала упирается, однако, как только я вхожу в нее, широко раскидывает ноги и уже через минуту начинает мне подмахивать. Единственная проблема – ее руки, которые она не знает, куда деть, поэтому ее тонкие запястья приходится перехватить, и я сразу же замечаю: ей нравится, когда мы ведем. Конечно, я не против, чтобы она сама на мне нормально поскакала, но, похоже, эта поза для нее новая, поэтому девчонка ведет себя аккуратно, и мы с Марком еще осторожничаем. С каждым моим толчком грудь Юли приятно качается перед моим лицом. Крупная, полная, с торчащими от возбуждения розовыми сосками. Идеальный пейзаж, если бы не ее нытье. Я понимаю, что девчонка хнычет, и не вдупляю, какого хрена. Ее щель мокрющая, аж хлюпает вся от естественной смазки, тогда как сама принцесса плачет. Думаю, что больно ей, но нет. Ни хуя. От стыда, видите ли, ревет. Честно, такого еще не видел, но меня это не останавливает. Я хочу ее. Давно так никого не хотел. Глазки Юли становятся больше, а ротик призывно распахивается, когда Марк ее трахать сзади начинает. Девчонка тут же вскрикивает, но я лишь крепче ее сжимаю и целую. Знаю, ей может быть больно, но, блядь, это просто невыносимо кайфово. Я буквально ощущаю, когда Рахманов входит в ее тугое колечко и рычит. Теперь места в девочке становится намного меньше. Мы быстро подстраиваемся друг под друга и начинаем ее трахать вместе. Не очень быстро, осторожно. Хотим, чтобы Юля сначала привыкла к нам обоим. И да, она улавливает кайф, понимает, что к чему, и совсем скоро уже начинает ласково постанывать вместе с нами в унисон. Больше не плачет, что меня не может не радовать. Не-ет. Слезами тут и не пахнет. Ее тело расслабляется, спина больше прогибается, а щель становится мокрой. Да, девочка. Вот так. Шикарно просто. Мы не первый раз с Марком телку одну на других раскладываем, однако это всегда были опытные девушки, женщины даже, часто рожавшие. Тут же совсем другой кейс, и эта без трех дней девственница ни хрена не умеет, потому нам приходится все же знатно придерживать коней. Постепенно Юля полностью расслабляется. Я чувствую, что она уже перестает вырываться, а ее киска идеально принимает мой хуй, который я ввожу в ее разгоряченное тело до предела. Марк подогревает ее шлепками, и, клянусь, после каждого Золушка заводится и начинает под нами стонать, точно голодная самочка. Она хочет большего. Намного большего. Вскоре обхватываю ее горло и придушиваю, тут же видя отклик. Нет, я не хочу ее задушить, но такой маневр помогает ей еще больше завестись, и мы с Рахмановым это сразу же ощущаем. Ей нравится. Принцесса аж глаза свои шикарные закатывает. Умница. Наконец-то вошла во вкус. Фригидная, мать ее. Хм… Тут фригидностью даже не пахнет. Это ж надо было столько лет мучить себя. Не верится даже. Финансист гребаный. Уже тысячу оргазмов могла бы получить, но теперь вижу, насколько она голодна. Юля хочет. Так сильно, что аж мурчит под нами. Ее пальцы подрагивают, дыхание быстрое, глубокое, горячее. Черт возьми, она идеальна. Просто создана для секса, и мне даже завидно тем, кто еще будет ее трахать. Почему-то делить девочку еще с кем-то не хочется. Она наша. Только наша. Малышка стонет и выгибается. Ее взгляд окутывается поволокой возбуждения, и я вижу там не что иное, как похоть. Дикую, необузданную и опасную, но это точно она. Блядская сучья похоть, которая накрыла нашу малышку с головой, и она всецело ей отдается. Не зная границ, не зная боли, купаясь в наших ласках. Сжимаю руку сильнее, начиная таранить ее тело жестче, и Марк тоже усиливает толчки. Блядь, это просто нереально кайфово. Даже если она неопытна, все равно. Девочка слушается нас и уже стонет от удовольствия, что еще больше заводит. Яйца наливаются, член становится каменным, и мои пальцы еще сильнее сжимаются на ее лебединой шее. В какой-то момент Юля крупно содрогается, стонет, и я отчетливо чувствую, как ее киска сжимает мой член. До боли, до упора. Тугая… Блядь, она кончает. Сильно, до взрыва мозга, заливая меня фонтаном сквирта, который течет между нашими телами. За этим сразу же рычит Рахманов. Тоже кончил. В ее тугое колечко. Я кончаю последним, не в силах больше сдерживаться. Юля перестала дергаться и стонать. Девчонка просто свалилась мне на грудь, и тогда я понимаю, что что-то пошло не так. *** Влас – Мышка, это было нечто. Ты просто сладкая конфета. Рахманов выходит из податливого тела, наклоняется и проводит рукой по спине девчонки, но она не двигается, совсем. – Иди ко мне, малыш. Тянет к ней руки, но я не даю к ней прикоснуться. Не знаю почему. Не хочу просто. – Марк, подожди. Она отключилась, кажется. Юля все еще сидит на моем полуопавшем члене, но не двигается, и это уж точно не нормально. Перехватываю принцессу за плечи и поднимаю ее подборок. Волосы убираю. Глаза закрыты. Черными ресницами укутаны. – Влас, это что за хрень с ней? Кончила так или что? Замечаю в голосе Марка волнение. Неужто влюбился? Сажусь на кровать и беру девчонку на руки. Не шевелится. Как кукла сломанная. Черт возьми. Мы же и так осторожными были. – Кажется, я ее придушил сильнее, чем надо. Юля меня не остановила, да и я не смог. – Блядь, Батырев! Надо силу рассчитывать! Ладно она дурочка еще, но ты-то. Думать надо! Сглатываю. Я перестарался с удушьем. Юля так дико возбуждалась от него, так текла, но, блядь, надо мне было силу контролировать. – Она сознание потеряла. – Охренеть просто. Эй, мышка… Прикладываю два пальца к ее шее. – Есть пульс. Девчонка просто отключилась. – Юль… – Юля, слышишь меня? Давай. Просыпайся. Хлопаю девочку по щеке, приводя в чувство, и наконец она приходит в себя. Глаза свои темные открывает. Задумчивые, уставшие, но точно довольные. – А? Что случилось… – Живая? Дыши. Давай. Марк ее по голове гладит, а я держу на руках. Блядь, мы ее чуть до смерти не затрахали! Рехнуться можно. – Да. Живая. Провожу пальцами по ее шее нежной, бледной. Кожа слишком тонкая, красные следы от моих пальцев уже проступают. Да, виноват, признаюсь. Надо силу контролировать, не то в следующий раз будут синяки. – Глотать больно? Сглатывает, кладет теплую ладошку поверх моей. – Немного. Что случилось? – Ты сознание потеряла. Глаза девчонки загораются. Отлично. Пришла в себя. Фурия тут же вскакивает и с силой толкает меня в плечо. – Вы… демон! Вы чуть не задушили меня! Я ведь умереть могла! Сжимаю зубы. Переглядываемся с Марком, и по его идентичному упрекающему виду я понимаю, что она права. Блядь. – Подумай над стоп-словом, иначе в следующий раз тебе так может не повезти.