Глава 11

— И?

Ну что мне с ним делать? Я пробовала быть незаметной и избегать его, пробовала быть резкой, пробовала грубить, пробовала игнорировать. Ничего, решительно НИЧЕГО не помогло. Остаётся только один способ, который я ещё не использовала. Откровенность.

— Серёж, я понимаю, что мои функции никак не сопоставимы с обязанностями заместителя генерального директора, но у меня, правда, работы валом! Скоро Глеб Викторович приедет. Если он снова застанет нас вдвоём, — очень надеюсь, подобного не произойдёт, иначе я сквозь землю провалюсь (вот точно!), потому что губы до сих пор горят от вчерашнего трепетного поцелуя. — Это будет уже совсем несмешно и абсолютно безнравственно. Пожалуйста, освободи приёмную.

— О моём нраве Солнцеву известно не понаслышке. Вряд ли он удивится.

Ох, как же Расторгуев ошибается. Должен ведь быть способ его отсюда выслать?

— Зато я в его глазах упаду так, что ниже просто двигаться будет некуда. Серёж, ну ты ж мужик нормальный. Ну что ты прицепился ко мне?

— Ты преувеличиваешь. Цепляюсь я совершенно по-другому, мышка.

— Чего ты хочешь?

— Я хочу, чтобы ты провела со мной вечер. Взамен того потерянного, когда сбежала.

— Зачем?

— Как бы тебе так сказать… Ты красивая, милая, рассудительная. Почему нет? Я не настолько плох, как ты думаешь. И, кроме того. Хочу, чтобы ты озвучила причины. Меня так давненько никто не опрокидывал.

А сразу нельзя было адекватно всё объяснить? Давно бы уже расставили все точки над и!

— Я прошу прощения за тот инцидент. Правда. Но ты тоже был хорош. Твое поведение отдавало чистейшим кобелизмом. И, поверь, оно очень отталкивает.

— Да я, вообще-то, этого никогда не скрывал и сейчас не скрываю. Но ты ведь поначалу ясно дала понять, что не против.

— Не против пообщаться и не против лечь под тебя через полчаса после знакомства — совершенно разные вещи. Ты подкатил в ресторане, вальяжно крутя на пальце брелок от ягуара. Я думаю, в зеркало ты на себя смотришь каждый день, поэтому вполне обосновано можешь предположить, какой эффект производишь на женщин. В том числе и на меня, что ж скрывать.

— Но сбегать, когда мы уже договорились продолжить вечер вместе с вполне определённым подтекстом…

— Скажи. Если мой теперешний неизменный отказ не смущал тебя последние несколько недель, неужели ты тогда просто так отвалил бы от меня?

— Разумеется, нет.

— Вот и пришлось мне импровизировать, пока ты не вцепился в мою руку гигантской клешней и не запихал на заднее сидение своего роскошного авто.

— Дааа, — мечтательно произнес мужчина, — у меня были очень интересные планы на тебя. Тебе бы понравилось.

Одна ночь? Кто бы спорил…

— Но в последний момент ты включила хорошую девочку, мол, я не такая. Ненавижу, когда так делают.

— Серёжа. Это не я не такая. Это ты не такой. Пожалуйста, уйди, пока директор не приехал.

— Как тривиально.

— Не поверишь. Да! Ты хотел скрасить вечер. С первой попавшейся девушкой. Мне поначалу просто понравился привлекательный и обаятельный мужчина. Наши интересы в корне не срослись. Какие тут могут быть пояснения?

— К слову сказать, не с первой попавшейся. Я подверг тщательному визуальному осмотру свой выбор. И кстати, ты была единственной блондинкой. А у меня к ним жуткая слабость.

— Ради Бога! Избавь меня от подробностей.

— Ладно. Сначала я был прекрасным принцем. И что же произошло потом?

— Серёж, тебе нужен простой разовый перепих. А мне нужно нечто большее.

— Для нечто большего я наглухо забаррикадирован. Но не вижу ничего отталкивающего, если мы с тобой ещё раз посидим в ресторане. И просто поговорим, как старые друзья.

Если бы на моем месте была любая другая девушка, которую этот мужчина привлекает, после произнесённых слов она была бы согласна на что угодно. Да я и сама какое-то время назад с удовольствием согласилась бы вновь встретиться. Чем чёрт не шутит?

Но… Вчера меня поцеловал Глеб. Поэтому сегодня даже говорить не о чем.

— Мне кажется, мы общаемся на разных языках. Серёж, ты мне не интересен. Извини. Да и дело даже не в этом. А в том… — фух, была не была! — А в том, что в моей жизни уже есть другой мужчина. И терять его из-за твоей принципиальности и ставить под вопрос наши зарождающиеся отношения я не собираюсь.

— Так в чём же дело? Сказала бы сразу. Я же не идиот.

— Идиот ты или нет, нам ещё только предстоит выяснить. Расторгуев, ты опять бездумно ошиваешься около моего кабинета? Тебе тут мёдом намазано что ли?

— Зашел поздороваться с твоей новой ассистенткой. Вот и всё.

— Думаешь, она не справится со своими обязанностями без твоего «здрасти»?

— Просто хотел ей облегчить вступление в новый коллектив. От тебя же не дождёшься.

— Не такой уж и новый, как выяснилось. Иди и собирай мне сведения, о которых мы говорили вчера, облегчитель. И поздоровайся с кем-нибудь из аналитического отдела, чтоб тебе цифры за прошлый месяц быстрее предоставили. Я жду.

— Да у меня почти всё готово. А ты что нервный такой? Ты же только приехал.

— Серёга, не выводи меня. Иначе завтра на совещание к верхушке в семь вечера поедешь сам! По самым пробкам! Побудешь вместо меня мальчиком для битья. Для разнообразия.

— Ну нормально же полчаса назад общались. Кто успел тебе настроение подпортить?

Лицо Солнцева выражает такую дикую неприязнь, что Расторгуев счёл за лучшее помолчать и без дальнейших замечаний слинять из приёмной.

Как только за замом закрылась дверь, мой самый «ласковый, солнечный человечек» перевёл на меня негодующий взгляд. Нормально! А я-то тут при чём?

Ладно, попробую как-то разрядить обстановку.

— Доброе утро, Глеб Викторович. Кофе?

— Кофе, Юлия Владиславовна.

Как только горячая дымящаяся кружка оказалась на столе начальника, над моим ухом раздался грозный мужской рык.

ГЛЕБ

— Ты же говорила, что у Вас с ним чисто служебные отношения?

Какого чёрта я сорвался? Как ни пытаюсь, до сих пор не могу совладать с собственным неподконтрольным раздражением! Что он ходит вокруг неё кругами?

— Так и есть.

Мне нужно заткнуться. И успокоиться. Даже не знаю, откуда взялась такая неудержимая волна ярости, когда я услышал обрывки их разговора, и накрыла меня с головой. Полностью. А если бы их услышал кто-то другой? Точно поползли бы слухи. А это мне сейчас нужно меньше всего. Да и ей тоже.

Но, на самом деле меня разозлило другое.

«Я был для тебя прекрасным принцем. Что же произошло потом?»

Выходит, они всё-таки знакомы немного ближе, чем допускают служебные границы. Разве я не задал ей даже не наводящий, а абсолютно прямой как палка вопрос?! И получил вполне конкретный отрицательный ответ! А теперь вот, пожалуйста!

Я знаю, что она не обязана отчитываться! Я понимаю, что не имею никакого морального права злиться, в конце концов, сегодня мы друг для друга чужие люди. Но, чёрт возьми! Как же у меня руки чешутся встряхнуть её немного!

Глубоко вдохнул. Медленно выдохнул. На совещаниях всегда помогает.

Сделал небольшой глоток.

— Хороший кофе. Как всегда. Спасибо.

Так. Вроде отпустило. Я всегда умел мгновенно взять себя в руки. Вот и сейчас, это нужное качество не отказало мне, пусть и пришлось для этого приложить кое-какие усилия.

— Записывай задания…

Про Коробинникова я сказал, перенести завтрашние обеденные встречи тоже. Стрясти нужную мне информацию с трёх отделов. Остальной перечень я выслал ещё вчера — список должен висеть у неё на почте. Так. Ещё план и смету от Серёги бы получить… Ну уж нет. Пожалуй, лучше сам коллеге по несчастью мозг вынесу. Это я предпочитаю делать с особенным усердием и тщательностью.

— Глеб Викторович. Я всё записала. И ещё во вчерашнем письме…

— Всё верно. Рад, что ты не забыла. Надеюсь, времени на пустую болтовню с коллегами у тебя не останется? — вот, опять я начинаю кипятиться!

— Я и так ни с кем из коллег почти не общаюсь. Возможности нет.

— И ключевое слово в этой фразе — «почти».

— Глеб Викторович, если Вы намекаете на Сергея Александровича…

— Юля. Я никогда не намекаю. Я говорю открытым текстом. Мне не нравятся подобные разговоры. Ни на рабочем месте. Ни вообще. И кстати. А если бы вас услышал кто-то ещё? — её виноватый взгляд просто выводит меня из себя!

— Простите, больше такого не повторится. Никаких личных разговоров на рабочем месте.

То есть, вне офиса — так пожалуйста?!

— Насколько я помню, ты утверждала, что с Расторгуевым тебя связывают сугубо служебные отношения, — ну вот я и произнёс вновь то, что гложет меня изнутри. И главное, сам не пойму, какая муха меня укусила!

— Так и есть, — да что он заладила?

— Юля. Если ты считаешь, что меня можно вот так просто…

— Глеб! — её громкий оклик заставил меня замолчать, потому что раньше по имени она меня не называла никогда. — У меня с Расторгуевым ничего не было, нет и не будет. Если причина твоего раздражения кроется только в этом, думаю, тема закрыта. Но если, Вы, Глеб Викторович, обладаете рядом других причин срывать на мне своё далеко не радужное настроение — я внимательно Вас слушаю.

— Иди, работай. Уже.

А что я ещё скажу? Разумеется, других причин срываться на девушке у меня нет! Сегодня летел в офис прямо-таки окрылённый. Впервые за последние недели. Скорее, даже месяцы. И такой облом! «Я был для тебя принцем». Знаем мы таких… недоделанных. Фраза: «Я не собираюсь рисковать зарождающимися отношениями…», — просто выбила из колеи. И я почему-то только сейчас подумал. А кого она может иметь в виду, если не меня?

Почему я так зациклился на девчонке, для меня самого загадка. Всего лишь несколько последних дней многое изменили. Я даже стал с радостным предвкушением выезжать на работу. Правда, пока доеду до офиса, обычно найдётся парочка особо успешных личностей, способных уже с утра подгадить мне день.

Но факт остаётся фактом. Девочка от меня отделается ещё оооой как нескоро. И крутить романы налево и направо я ей совершенно точно не позволю.

ЮЛЯ

Начальник взъелся за меня из-за неосторожного разговора. И поделом мне. Нечего на рабочем месте всякой ерундой заниматься.

Обратила внимание на экран телефона. Новое сообщение.

Гриша: Ты сегодня как обычно?

Я: Да. А что такое?

Гриша: Приедешь с Глебом?

У меня на секунду дар речи пропал от возмущения.

Я: Разве то, что он пару раз меня подвозил, автоматически относит его к разряду «как обычно»?

Гриша: А разве нет?

Дразнящийся смайлик меня, откровенно говоря, выбесил! Как Гриша может совать свой нос туда, куда его совершенно никто не просит!

Я: Ты делаешь преждевременные выводы. И лезешь туда, куда лезть не надо!

Гриша: Окей. Разбирайтесь сами. Видимо, я не должен был говорить, что у твоего приятеля уже и на сегодня созрели планы:)

Это что такое? Какие планы? И почему я не в курсе?

Ну что за человек мой руководитель! Как он может наши личные встречи обсуждать с ребёнком? Нормально, они ещё и телефонами успели обменяться…