Эпилог

Три года спустя, июль

— Вдохни глубже, — просит мама.

Я послушно втягиваю воздух в легкие и замираю. Родительница затягивает мой корсет.

— Зачем ты выбрала такое платье? — задает риторический вопрос. — Ты же в нем есть не сможешь.

— На Мальдивах отъемся.

— Готово! — объявляет и отходит от меня на шаг. Оглядывает меня с головы до ног. Мамины глаза наливаются слезами.

— Кирочка! Доченька моя любимая! — складывает руки в замок. — Когда же ты у меня так вырасти успела?

— Мам, пожалуйста, не плачь. Ты испортишь макияж.

Я ковыляю на шпильках к ростовому зеркалу. Смотрю на себя и… не узнаю.

На меня смотрит невеста как с подиума Недели моды. Белое платье — такое неудобное и не дающее есть и дышать — настоящее произведение искусства. Корсет, обшитый кружевом, делает талию осиной. После него идет юбка, вышитая пайетками и жемчугом. Она обтягивает бедра и уходит вниз красивым длинным шлейфом. Грудная клетка открыта, так как корсет без бретелей. Ее немного прикрывает ожерелье с бриллиантами — подарок мамы Ромы. Волосы собраны в высокую прическу, из которой идет фата. Несколько прядей ниспадают на лицо красивыми локонами.

У меня дыхание перехватывает при виде собственного отражения.

— Кирочка, я так рада за тебя, — мама подходит и обнимает.

В дверь раздается короткий стук, и она открывается. Заглядывает голова папы.

— Ну что, идем? — Он резко осекается, бросив на меня взгляд. — Кира! Это ты?

— Да, пап, я, — смеюсь сквозь слезы.

Отец проходит в комнату и становится у зеркала возле нас с мамой. На родительнице платье светло-сиреневого цвета. На папе черный смокинг. Они такие красивые, и на мгновение я забываю, что они в разводе, и папа встречается с какой-то не то певицей, не то моделью примерно моего возраста. Хорошо хоть ему хватило ума не притащить ее на мою свадьбу.

— Ну что, пойдем? — первой прерываю тишину.

— Да, — папа отмирает. — Гости уже расселись по местам.

После развода родителей мы с папой отдалились друг от друга. Я не таю на него обид, просто он живет отдельно, и у него очень бурная личная жизнь. Но на своей свадьбе я хотела, чтобы он вел меня к алтарю.

Мы спускаемся на первый этаж нашего коттеджа. Вернее, это уже мамин коттедж. Она живет тут одна после того, как я переехала к Роме три года назад. У отца новая стильная квартира в Москве.

— Ну что, готова? — спрашивает меня с улыбкой.

Беру отца под руку и киваю. Папа подает сигнал диджею, и он включает музыку.

Мы выходим из дома в сад. Головы всех гостей повернуты к нам. Но я никого из них не замечаю. Мой взгляд устремлен только на одного человека.

На моего жениха. На моего Рому.

Он стоит в темно-синем костюме возле цветочной арки и также не спускает с меня завороженного взгляда, как я с него. Я не слышу песню, не слышу свист и восторженные голоса гостей. Весь мир словно остановился.

Папа подводит меня к Роме, жмет ему ладонь и передает меня из своих рук в его.

— Ты прекрасна, — шепчет мне Рома одними губами.

— Я тебя люблю, — шепчу ему в ответ.

— Дорогие гости! Сегодня мы все здесь собрались… — выездной регистратор — молодая женщина лет сорока — начинает торжественную речь.

Я не могу поверить, что этот день настал. Мы с Ромой женимся. Он сделал мне предложение полгода назад в новогоднюю ночь. Для нас обоих Новый год имеет особенный смысл. Это не просто праздник, это начало нас как пары.

Мы отмечали вдвоем у себя дома. Только я и Рома. Когда пробили куранты, и мы выпили по глотку шампанского, Рома встал передо мной на одно колено и достал из кармана бирюзовую коробочку с кольцом. Мы не говорили до этого о свадьбе, поэтому предложение Ромы стало для меня настоящим сюрпризом. Я опустилась к нему на пол и, зарыдав от счастья, сказала: «Да».

Сразу после новогодних праздников мы начали готовиться к торжеству. Сейчас модно не устраивать свадьбы, но нам с Ромой хотелось. Мы решили делать банкет в нашем коттеджном поселке дома у моей мамы. У нее большой красивый сад, и здесь помещается шатер. У Самохиных сад меньше.

А сегодня утром я проснулась с мыслью, что нахожусь во сне, и это все не может быть правдой. Но это правда. Рома в красивом костюме стоит передо мной и, счастливо улыбаясь, отвечает:

— Согласен.

А я вторю ему:

— Согласна.

Мы надеваем друг другу кольца, нас объявляют мужем и женой, и мы мы сразу целуемся. Рома отрывает меня от земли и кружит в воздухе.

— Я люблю тебя, Кира Самохина, — успевает сказать мне на ухо перед тем, как нас окружают гости.

Родственники и друзья наперебой рвутся обнять нас и поздравить. На нашей свадьбе собралось пятьдесят человек. Большинство из них со стороны Ромы, потому что у него на удивление оказалось много родни. Одних только двоюродных братьев и сестер человек десять, не меньше.

Когда поздравления заканчиваются, ведущий предлагает всем гостям пройти в шатер и занять свои места. Мы с Ромой медлим. Он обнимает меня, а я украдкой смотрю ему за спину на ворота дома.

— Они не приехали, — тихо говорю, чувствуя привкус горечи во рту.

Тело Ромы напрягается под пиджаком. Он шумно выдыхает мне на ухо.

— Возможно, им нужно еще время. Пойдем к гостям?

Киваю. Рома берет меня за руку и ведет к шатру. Но мы и двух шагов сделать не успеваем, как издалека за спиной раздается громкое:

— Ну вы же не думали, что мы пропустим вашу свадьбу!?

Мы с Ромой одновременно замираем на месте и поворачиваем головы. У меня из груди вырывается громкий всхлип.

К нам направляются Артур и Влада.

Они приехали! Они приехали на нашу свадьбу!

Я срываюсь с места и со всех ног, застревая шпильками в мягкой земле и путаясь в подоле платья, мчусь к ним. Влада бежит мне навстречу, и через пару секунд мы тонем в объятиях друг друга.

Я рыдаю. Мой красивый свадебный макияж размазывается по лицу.

— Вы все же приехали. Вы все же приехали, — бормочу, крепко вцепившись в подругу.

Влада тоже плачет. Мы вместе плачем и смеемся. Артур и Рома крепко обнимаются, и, глядя на их объятие, я начинаю рыдать еще сильнее.

Последние годы были тяжелыми для всех нас. После того кошмара, который пережили Артур и Влада, мы почти перестали общаться. Нам всем требовалось время, чтобы прийти в себя. Больно было всем.

Я отправила Владе и Артуру приглашение на нашу свадьбу, не рассчитывая, что они приедут. Но все равно сегодня целый день я ждала именно их. Смотрела из окна своей комнаты на пребывающих гостей и искала глазами только их.

— Разве мы могли не приехать? — отвечает мне Артур.

Он выпускает Рому и тянется обнять меня. Я тоже обнимаю Градова и по-дружески чмокаю в щеку.

— Не знаю. Вам далеко ехать.

— Ерунда, — отмахивается Артур. — Но мы отвыкли от московских пробок, поэтому немного не рассчитали время и опоздали на вашу торжественную часть.

Я оглядываю ребят с головы до ног. Боже, какие они красивые. Влада подстригла черные волосы, теперь они чуть ниже плеч. На подруге красивое платье до колен цвета пыльной розы. Артур в классическом костюме.

Но главное не их одежда. Главное — их глаза. Они светятся счастьем. Когда я видела Артура и Владу в последний раз, их глаза были полны боли, печали и отчаяния. А сейчас… они словно переродились заново, и я счастлива за них больше, чем за себя в день своей свадьбы.

Я делаю к ребятам шаг и обнимаю их двоих. Артура левой рукой, а Владу правой. Сверху нас троих обнимает Рома. Так и стоим вчетвером. Я снова начинаю плакать.

— Пойдемте? — предлагает мой муж. — Самое интересное начинается сейчас.

И мы вчетвером направляемся к шатру. Я крепко держу под руку Владу. Рома обнимает за плечи Артура. И вот теперь я с легким сердцем понимаю: все самое плохое наконец-то осталось позади.