Глава 21. Женя

Заходим в кабинет. Здесь как всегда царят спокойствие и полумрак. Тишина накрывает пространство своим куполом.

Отец зол. Он до невозможности взбешен моим поведением и не скрывает этого. Мне плевать. Я уже давно не маленький мальчик и не обязан подчиняться его приказам.

Не собираюсь играть в его дурацкие игры. И уж тем более мстить за смерть брата Кошкиной.

Дина не заставляла Ваню выкручивать руль. Не просила о помощи. Девчонка готова была погибнуть сама, она не собиралась рисковать жизнью моего брата.

Это был его выбор. Его решение. Его жизнь.

Все, что там осталось, так это лишь светлая память.

Я привез девчонку к отцу. Доставил в целостности и сохранности, так сказать. Не стал раскрывать коварного замысла, что-то рассказывать и объяснять. Пусть сами с ней возятся. Достала!

Какие ко мне могут ещё быть претензии? Правильно. Никаких!

Что касается моей реакции на предоставление Дине комнаты моего погибшего брата, то она вполне закономерна и логична. Я против! Категорически! Неужели он что-то другое мог ожидать?

Любой здравомыслящий человек на моем месте поступил бы точно так же. Это не прихоть. Это нормально.

– Евгений! Что ты себе позволяешь? – отец с ходу накидывается на меня.

Была бы возможность, он бы меня сломал. Но у него не получится, я слишком силен. Поэтому я всего лишь стойко выдерживаю его натиск.

– В отличии от тебя, ничего! – смотрю на родителя. Мой взгляд пылает. Я зол не меньше, чем он.

– Ты слишком много о себе возомнил, щенок! – рявкает. – Пока ты живёшь в моем доме, будешь делать то, что говорю тебе я! – повышает голос. Он может себе это позволить, дополнительная шумоизоляция работает исправно. – Ты ещё не дорос, чтобы самостоятельно принимать решения, – слова отца вызывают новый приступ злости. Но я душу ее, не даю разрастаться.

– Я буду делать так, как считаю нужным, – смотрю ему прямо в глаза, чеканю каждое слово. – Ты мне не указ! – делаю паузу.

Заколебал! Злобный тиран! Я достаточно натерпелся от него в своей жизни, больше не собираюсь.

– А если не хочется, так могу переехать, – озвучиваю самый соблазнительный для себя вариант. Пока торможу с переездом. Из-за Дины. – Мне есть куда идти и ты это знаешь. Я не завишу от тебя, как бы тебе не хотелось обратного.

Мой отец не хочет принять тот факт, что его сын вырос. Он привык управлять и командовать у себя в офисе, привык к подчинению и безропотному выполнению каждого своего слова. Дома всего этого нет. Вот он и бесится.

Раньше был Ваня. Брат сглаживал возникающие между отцом и мной конфликты. Теперь не осталось и его.

Выхожу из отцовского кабинета и минуя гостиную, сразу поднимаюсь наверх. Иду к себе.

– Марин, не переживай. Со мной все в порядке, – из комнаты брата доносится тихий голос. Дина.

Твою ж мать!

– Что ты здесь делаешь? – с ноги распахиваю дверь, вырываюсь внутрь и… застываю на пороге.

В груди щемит. Давно я не заходил в эту комнату. Ой, как давно.

– Вещи раскладываю, – бросает на меня мельком взгляд. – Не видно что ли? – пожимает плечами, отворачивается и вновь принимается разговаривать по телефону. – Нет, Марин, я сегодня и завтра ещё буду здесь, а там посмотрим. Мне в город нужно, крайний экзамен летней сессии впереди.

Слушаю Дину и завожусь ещё сильнее. Меня выбешивает то, что она ходит по этой комнате, прикасается к вещам брата, расставляет в его комнате свое барахло.

– Пошли, – хватаю Кошкину за руку, веду за собой. Телефон падает на пол, открывается задняя крышка, вываливается батарея.

Смотрю на аппарат и обалдеваю. Таких не выпускают уже лет сто!

– Бес! Ты совсем сдурел?! – Дина верещит. Брыкаться.

Вырывается, подбегает к сотовому, собирает разбросанные запчасти и засовывает к себе в рюкзак.

Глаза девчонки пылают праведным гневом.

Пофиг! Комнату Ваньки ей не отдам!

Беру девчонку за руку, чуть выше локтя. И под громкие проклятия тащу за собой.

– Будешь жить здесь! – показываю на свою спальню. – Вещи можешь разложить на свободные места. Постороннего ничего не трогать! Поняла?

– Нет! – вспыхивает словно спичка. – Ты офигел или как?! Я не собираюсь жить в этой комнате! У меня другая есть!

Дина похожа на маленького перепуганного котенка. Огромные от страха глаза, шерсть дыбом, спина дугой. Мне отчего-то становится ее искренне жаль.

– В той комнате тебе делать нечего, – произношу уже гораздо спокойнее. Девчонка не виновата, но моему отцу плевать. Он не станет считаться с моим мнением и продолжит претворять в жизнь свой план мести.

– Женя, тебе не кажется, что ты слишком много себе позволяешь? – усталый взгляд больше не пылает эмоциями. У Дины на них не осталось сил.

– Будешь делать то, что я скажу, – обращаюсь к ней приказным тоном. – Потом спасибо скажешь.

– Знаешь что? – гневно сверкает глазами. – Пошел ты!

Дина хватает свой рюкзак, огибает меня. Отходит в сторону.

Я помню, что она ещё с ним ходила в школу. Удивительно, как сохранилась вещь. Или просто у нее не было много выбора.

Девчонка направляется к входной двери. Догоняю ее. Торможу.

– Ты куда? – разворачиваю к себе лицом.

– Ухожу! Не видно? – гневно сверкает глазами, выдергивается.

– Я тебя не отпускал! – держу крепче, прижимаю девчонку к себе.

Ее хрупкое тело подрагивает в моих руках, чем пробуждает совершенно иные желания. Взгляд пылает, нос гордо вздернут вверх. Алые губки… Так и хочется их накрыть своими, сломать сопротивление, заставить подчиниться, стонать.

С ума сводит!

Наклоняюсь ближе. Дышу ей. Контролировать свои желания практически невозможно.

Нас разделяют сущие миллиметры. Мир сузился до пределов моей комнаты, время замедлило ход.

Тепло хрупкого тела согревает замерзшую душу, частое горячее дыхание заставляет растаять вековой лёд, сковавший сердце. Эмоции бушуют. Ураганом срывают крышу, подчиняют.

Подаюсь ещё ближе. Дина замирает. Она боится сделать лишний вдох.

– Ты должна делать лишь то, что я тебе говорю, – произношу в ее губы. Каждое слово, каждое новое прикосновение сводит с ума.

Мне нужно лишь слегка наклониться вперёд и все. Назад дороги не будет.

По лёгкому подрагиванию ресниц и быстрому биению сердца понимаю, что Дина тоже ждёт.

Моя нежная, моя хрупкая девочка, я не могу так поступить с тобой. С нами. Нам нельзя быть вместе. Мы не должны.

Совсем скоро ты узнаешь правду о Ване и тогда возненавидишь. И меня, и себя.

Я не допущу этого! Хватит с тебя бед. И так навалилось с лихвой. Со всех сторон…

– Я. Никому. Ничего. Не. Должна! – с неприкрытой ненавистью чеканит каждое слово. – А тебе, так тем более!

Вырывает свою руку из моей, распахивает дверь и убегает прочь из дома.

Стою на месте, даже не думаю ее догонять. Мне бы для начала с собственными мыслями и эмоциями разобраться.