Глава 11

Сэм

Наша фирма планирует начать строительство гостиницы в Сан-Франциско для Лулу, дочери Майкла. По этой причине, Майкл с семьёй решили осесть в этом городе. Чтобы чаще видеться с внуками Эмили и Аланом.

Майкл открывает дверь и удивлённо приподнимает бровь.

— Не ожидал. Ну проходи, — он отступает, пропуская меня в квартиру. — Хочешь чего-нибудь выпить?

— Нет. Мне сейчас не до милых посиделок. Ты обещал позвонить и придумать что-то.

— Пойдем. Не на пороге же нам разговаривать.

— Ты один?

— Да. Вальтер с Амелией уехали к дочери. А я занимаюсь твоим вопросом.

— И как?

— Пока никак.

— Кто этот Мстислав? Я даже не знаю его. Никогда не слышал о нем.

— Давай начну сначала, — Майкл садится в кресло, я занимаю место на диване. — Около четырех лет назад были созданы наши племена.

— Постой. Давай не с начала нашей истории.

— Это нужно, чтобы ты понял, кто такой Мстислав. Итак, были созданы псы-воины. Со временем, мы мутировали. Одних, как тебе известно, называют вервольфами, другие мы, волки-оборотни. Мы разделились на два враждующих между собой лагеря. Самый первый волк-оборотень это Мстислав, у вервольфов — Рогволод Руд. Два брата. Они и начали войну между нами. До недавнего времени, все считали что они мертвы. Столько времени прошло. Оказывается нет. Мстислав, самый первый волк-оборотень. И он жив.

— Ты его видел?

— Нет. Но многие альфы рассказывали, что он вызывал их к себе. И у него безграничная власть над нами. Он способен подавлять нашу волю. Любого из нас. И видимо, он назначил тебя зятем.

— Какое мне дело до проснувшейся мумии?

— Возможно, это связано с тем, что ему не нравится, что мы женимся на людях. У него дурацкая идеология про чистую кровь. А в твоём роду одни оборотни. Никто из вас не связывал свою жизнь с человеком. По твоим рассказам я понял, что он хочет продолжить род от тебя.

— Флаг ему в руки. Он может желать что угодно, я не буду плясать под его дудку!

— Он заставит. Ему подчиняются все волки.

От Майкла я вышел в растрёпанных чувствах. Это просто сказки, слухи. Никто его толком не видел. Но он уже окружён ореолом таинственности и мнимого могущества.

А вдруг, я его недооцениваю? Бэзил его боится. Это факт. А моего отца трудно чем-то напугать.

Приехав домой, направился прямиком в кабинет отца.

— Я был у Майкла. Он мне рассказал про этого старпера, Мстислава, — опёрся на стол и сверлил Бэзила взглядом — И мне плевать! Никто не может решать за меня мою судьбу!

— Сынок. У нас гость. Прошу тебя, веди себя достойно и держи язык за зубами. На все соглашайся, иначе нам несдобровать.

— Что? — повернулся на звук открываемой двери. В кабинет отца, по-хозяйски вошел мужчина, лет сорока. В дорогом черном костюме. Его бесцветно-белые волосы были собраны в хвост, а взгляд янтарных глаз выражал полную скуку. Он сел в кресло, подперев подбородок указательным пальцем.

— Вот значит какой ты. Сэмюэль Бейкер, — он осмотрел меня с ног до головы и презрительно скривился.

— А ты что за хуеплет? — в тон спросил его, хотя и без пояснений всё было ясно.

— Сэмми! — одернул меня отец. — Я же просил!

— Он является в МОЙ дом, без разрешения садится, ведёт себя как надменное мудило. А я должен вести себя достойно? — незнакомец с дурацким хвостиком обернулся на дверь, где появилась девушка с такими же белыми волосами.

— Пап. И вот это, — она очертила меня рукой, словно указывала на кучку навоза. — Мой будущий муж? Отец моих детей? — теперь уже я с интересом осматривал тонкую худую как доска фигуру, совершенно плоскую со всех сторон.

Издав издевательский смешок, посмотрел на Бэзила.

— Да у меня на это пугало под сотней таблеток Виагры не встанет.

— Сэм!

— Я серьезно пап. Адиос, — помахал им рукой. — У меня ещё есть дела поважнее. Выход найдете, — я направился к двери.

— На место сел! — приказал мужик с хвостиком.

— А если нет? Ты что ли, старый хрен, меня заставишь? — глаза Мстислава зло сверкнули. Он махнул рукой и я подлетел к нему.

— На колени! — его глаза опсно вспыхнули. Мое тело, словно магнитом тянуло к земле. Я сопротивлялся, к своему ужасу проиграл. Рухнул на колени перед ним. — Я слишком много времени и усилий приложил, чтобы ты, Бэзил, вырастил из него достойного сына своих предков. А то что я вижу перед собой — удручает. Он же невоспитанное хамло. Животное.

— Я воспитывал как мог. Ему дали лучшее образование. Он учился на дому у лучших преподавателей. И весьма успешно.

— Простите, что перебиваю. Но мой член ты так же поднимать будешь?

— Да легко, — Мстислав кивнул дочери. Та подошла и коснулась моей щеки костлявыми пальцами. Меня окутала какая-то энергия, лаская тело.

— Странно. Ничего, отец. Он меня не хочет.

— Не удивительно. Ты в зеркало себя видела? — сквозь зубы прошипел я, уворачиваясь от мерзких прикосновений.

— Проверь на нем, — Мстислав махнул рукой и Бэзил буквально подлетел ко мне, упав на колени рядом со мной. Плоскодонка подошла к нему и коснулась его щеки. Отец прикрыл торчащую ширинку и часто задышал, пошло поглядывая на дочку Мстислава.

— На него действует, — сухо произнесла она.

— Продано! Забирай его и имей как хочешь. — отец в гневе посмотрел на меня и прошептал.

— Я Люси люблю. Что ты городишь?

— А я Бьюлу. Но кого это волнует? У нас с этой костлявой несовместимость. Ты же видишь. У меня на нее не встанет. Эх, отец. Придется тебе заняться продолжением великого рода чистокровных оборотней. Осеменитель, — я зло рассмеялся, а Бэзил заскрипел зубами. — Что ты сверкаешь взглядом? Не нравится? А меня так можно подкладывать как знатную шлюшку.

— Милана может заставить любого желать её. Тут дело в другом. Не пойму в чем, — Мстислав наклонился, внимательно всматриваясь в меня. — Ясно. Он встретил истинную и более того, они сплели души.

— Я слышал, — начал отец. — Есть заклинание разрывающее их связь.

— Да знаю я. Что ты меня учишь? Только ты не подумал о последствиях. Придется отрезать часть его души. Он не будет её помнить, но это съест его изнутри. Он превратится в зверя. Неизвестно, какое потомство от этого получится. И я не хочу такой судьбы для дочери. Зачать от животного. Кто хоть она? Надеюсь, оборотень?

— Человек.

— Вы с ума все сошли? Испортить такие гены? А если у них ребенок родится?

— Это не ваше дело! — возмутился я, пытаясь встать с колен.

— Нет! Мое! Мы с Рогволдом хотим принять закон, чтобы такие союзы были недопустимы. Это против природы. Все чаще от таких союзов рождаются обычные люди, без способностей. Если ты хочешь быть с ней, то пусть она становится оборотнем. Или мы её убьем, а ты сойдешь с ума от тоски.

— Пошел ты! Я не позволю! — Мстислав склонился надо мной.

— И что ты сделаешь? Ты даже с колен встать на можешь. Я тебе не по зубам. Даю тебе три месяца. После этого срока я приду за ней. И если она всё ещё будет человеком, то пеняй на себя! — Мстислав вышел. Я тут же поднялся на ноги.

— Спасибо, что помог, папочка! — с яростью выплюнул я. Пошел к себе в комнату. Мне так хотелось позвонить Бьюле. Но она просила время на размышление. К концу следующего дня, я не выдержал. Сел в машину и поехал к Росалии. Однажды я уже был у нее дома, когда мы с Бредом планировали как заманить Бьюлу на праздник в честь её дня рождения.

— Что ты тут делаешь, Бейкер? — Росалия преградила дорогу.

— Я хочу ее видеть.

— Я тебя не пущу! — она попыталась закрыть дверь, но я поставил ногу и отодвинул её в сторону.

— Бьюла? — осмотрел квартиру. На диване, развалившись, сидел Бред.

— Где она?

— Её здесь нет!

— Ты скажешь мне, или из тебя все клещами тянуть придется?

— Я не знаю. Даже если бы знала, ни за что не рассказала бы. Она ходит как приведение, на мои вопросы не отвечает. Не знаю, что между вами произошло, ей не пошло это на пользу. Поэтому держись от моей подруги подальше! — я понял, что не дождусь помощи от Росалии.

— Бред. Пойдем покурим? — мы вышли на улицу.

— Я же не курю. Да и ты тоже.

— Хоть ты мне скажи, где она.

— Я не знаю. Честно! Бьюла, вернулась с работы какая-то странная. Попросила у Роси электрошокер. Она ушла буквально перед твоим приходом.

— А вас, заступники, это не насторожило? Зачем Бьюле понадобилась защита? — я набрал её, но трубку никто не брал.

— Откуда мне знать. Это твоя девушка.

— Сможешь вычислить её местоположение по телефону?

Бьюла

Я не питала иллюзий насчёт Стаса и его благих намерений. Он не просто так отдаст мне видео. Но я подготовилась. В одном кармане у меня лежит перцовый баллончик, а в другом электрошокер. Немного успокаивало, что позвал в квартиру, а не на склад. Здесь и на помощь позвать можно, если средства защиты не сработают.

Остановилась возле двери, вытерла вспотевшие ладошки о джинсы. Перед глазами мелькали воспоминания того, что было в лесу, но у меня нет выхода. Я не допущу, чтобы Сэму грозила опасность.

Уверенно постучалась, под нарастающее биение сердца. Послышались шаги. Стас открыл, улыбаясь как гиена.

— Проходи, мисс Родригес. — Я шагнула внутрь.

— Отдай запись, Стас. И я уйду.

— Чай, кофе? Или может что покрепче? — он проигнорировал мой вопрос, напыщенный индюк. Прошел к барной стойке, я поплелась за ним, нащупав в кармане баллончик.

— Я не в гости к тебе пришла. Может и нет никакой записи? — Стас покопался в телефоне и протянул мне. На нем, была девушка со странным шальным взглядом, она стонала и кричала. Неужели это я?

— Я любитель фильмов для взрослых, но это просто огонь, миссис Родригес, — быстро стёрла запись.

— Не думаешь же ты, что это единственный экземпляр? Предлагаю сделку. Ты, по доброй воли делаешь мне минет, я стираю все записи и отпускаю тебя на все четыре стороны. Достойная компенсация моей испоганенной жизни. Твой дружок меня выкинул с волчьим билетом. Единственное куда меня возьмут — это школа в бедном районе. Учиться со всяким быдлом — не моя судьба. Так что минет это даже слишком мало.

Буря чувств ураганом пронеслись во мне. От страха до гнева и желания спустить этого золотого мальчика с небес. Я подошла к нему, улыбаясь самой порочной улыбкой.

— О, да, детка! Я чертовски тебя хочу, с того самого момента как увидел.

Провела рукой по шее, чуть ниже он запыхтел как паровоз.

— Смелее, мисс Бьюла. — хотел ко мне прикоснуться, я строго шлёпнул его по руке.

— Плохой мальчик!

— Ролевики? Супер! Ты моя горячая училка.

— Я научу тебя хорошему поведению. — глаза Стаса радостно загорелись. Достала электрошокер, нажала кнопку и приложила к животу подонку.

Стас заорал, задёргался и упал на пол. Связала ноги и руки полотенцами.

— Тебе не говорили, избалованный мальчик, что не стоит хамить взрослым тетям? Придется взяться за твое воспитание. — шокер затрещал возле паха, в его глазах появился ужас.

— Где другие копии?

— В облаке! Убери эту штуку от меня!

Я подошла к ноутбуку, Стаса не пришлось долго убеждать и вымаливать пароль. Удалила все из облака и хотела идти, когда толстая дверь буквально слетела с петель и с грохотом упала на пол.

— Бьюла! — на пороге появился Сэм. Его взгляд полный тревоги и гнева, метался по комнате, пока не наткнулся на меня, мирно сидевшую на стульчике, с не эстетично открытым ртом.

— Сэм? Как ты тут?.. — продолжить мне никто не дал. В два размашистых шага он преодолел расстояние между нами, и жёстко врезался в губы.

— Ещё раз тебя потянет на приключения, и я привяжу тебя к кровати! Я чуть с ума не сошел, когда понял что ты у этого… Кстати. Где он?

Из-за барной стойки раздался жалобный стон. Сэм посмотрел на связанного Стаса и начал хохотать.

— Что? — обиженно нахмурилась. Я его тут спасаю, а он веселится.

—Не за того боялся. Надо было переживать за недоноска. Ну ты и Мата Хари! Что он хотел от тебя?

— Помнишь в лесу, ты говорил, что кого-то видел. Потом он показал видео где мы… — покраснела. — И ты… В общем, я все удалила.

Сэм поставил дверь на место, мы спустились вниз. Я мялась, не зная как начать разговор.

— А где твоя тачка?

— Я на метро добиралась.

— Садись в машину. Я подвезу куда скажешь. — он открыл дверь.

Доехали до перекрестка молча. Мне слишком много нужно ему сказать, узнать, а духу не хватает.

— Как это произошло с твоими родителями?

— Было полнолуние. Я впервые обернулся. Ничего не помню толком. Мама позвала отца, они радовались, что все прошло почти безболезненно. Я бегал по комнате, уронил мамину любимую вазу. Она меня отчитывала и… Я дальше не помню. Очнулся уже человеком возле родителей весь в крови. Таким меня и нашел Бэзил.

— То есть, ты не помнишь как это делал?

— Нет.

— Так может это вообще не ты? Ты ведь не один оборотень на земле? Есть и другие.

— Ты выдаешь желаемое за действительное, Бьюла. Но, как я выяснил недавно, это все из-за тибетского чая. Я был гиперактивным ребенком и мама с отцом поили меня, чтобы я был поспокойнее. Я узнал, что он вызывает ярость и потерю памяти.

Я молчала, обдумывая сказанное. Все равно не верю, что Сэм способен на такое.

— Могли залезть преступники, враги твоих родителей. Да что угодно. А откуда родители взяли чай?

— Бэзил посоветовал. Тому ещё кто-то.

Мы остановились. Вечером было слишком много машин, все возвращались с работы, учебы.

Сэм повернулся ко мне посмотрел таким долгим взглядом, полным желания. Кофта стала тесна в области груди, а воздух стал невыносимо горячим. Я облизала пересохшие губы. Сэм притянул меня к себе. Нежный поцелуй превратился в ураган. Его руки нагло заползли под кофту и нашли возбуждённый сосок.

— Ох, — выгнулась навстречу настойчивым ласкам, царапая кожу на голове.

— Ты подумала? — шершавые пальцы выводили круги на моей эрогенной части тела.

— Подумала.

— Поехали домой?

— Сейчас? Я не могу. Роси расстроится. Мы планировали девчачьи посиделки.

— Вряд-ли Бред захочет быть на них.

Вернувшись к подруге, открыла дверь ключами. Роси выскочила из комнаты, в спешке завязывая халат. Мне стало неуютно. Я мешаю их личной жизни.

— Бред сказал, что вы помирились, — виновато затараторила подруга. — Прости, я не знала, что ты вернёшься.

— Я только за чемоданом, — войдя в выделенную мне комнату, взяла не распакованный чемодан и набрала Сэма.

— Ты ещё не уехал? — посмотрела в окно, выходящее на двор. Сэм стоял возле машина. Задрал голову, смотрел на меня. — Твое предложение ещё в силе?

— Да.

— Тогда я сейчас спущусь.

Домой мы вошли целующимися, Сэм прижимал меня к себе, а его руки сжимали ягодицы.

— Не надолго же тебя хватило, — мама встретила нас хмурым взглядом, скрестив руки на груди. — То, что я говорила, для тебя ничего не значит? — так же и то, что я рассказывала тебе про отца. Хотелось ответить мне.

— Мам! Прекрати. Ты слишком поздно занялась моим воспитанием. Тебе не кажется? — мама охнула и театрально приложила руки к груди.

— Я делала все, что могла! Ты ни в чем не нуждалась! — скорее у отца был нескончаемый запас алкоголя.

— Я приду к тебе ночью. Жди меня, — шепнула Сэму, наслаждаясь его мальчишеской улыбкой.

Я ждала, когда все уснут. Крадучись на цыпочках, поднялась на второй этаж и осторожно нажала на ручку двери. В комнате Сэма царил полумрак, лишь лунный свет бликами освещал его фигуру. Он лежал не двигаясь, голый по пояс, лишь шелковая ткань цвета молочного шоколада прикрывала его ниже рельефных кубиков, выделяя возбуждённую часть тела.

Он ждал меня.

Пальцы потянулись к поясу халата, развязав, замешкалась. Мне все ещё не привычно быть голой перед ним. Раньше, он помогал забыть о скромности умелыми ласками, теперь просто наблюдал.

Не трусь! Решайся!

Халат полетел к ногам, оставляя меня беззащитно-голой под жарким взглядом янтарных глаз.

Сэм

Время тянется непростительно медленно. Лёжа на кровати, представляю как буду брать Бьюлу, в каких позах и как часто. И когда моему терпению приходит конец, и я сам собираюсь идти к ней, дверь осторожно открывается.

Её глаза голодным взглядом очерчивают мое тело, останавливаются в области вздыбленного члена, я сжимаю его через простынь, пытаюсь подавить напряжение. Бьюла волнуется, но я не помогаю ей делать первые шаги. Хочу, чтобы она сама приняла решение чего хочет. И она не разочаровывает меня.

Халатик летит на пол. Прикрываю на миг глаза, гашу желание наброситься на нее, сегодня я даю ей карт-бланш на все действия. Я принадлежу ей, пусть сама решает убить меня затянувшейся прелюдией, или вознестись вместе со мной на небеса.

Она подходит, перекидывает волосы назад и касается моих губ. Мучительница! Выбрала долгую смерть.

Каждый поцелуй отдается в моем теле нежным трепетом и разгорающимся желанием. Она смелее целует меня, проникает в рот языком, пока ласковая рука накрывает горячий член. Искры удовольствия вперемешку с острым желанием пронзают тело, терпеть больше нет сил.

Сажаю сверху, глажу бедра, живот, грудь. Мне все время хочется ее касаться. И это похоже на безумие. Моя ненасытность сводит с ума, лишает рассудка, рядом с ней я превращаюсь в голодное животное.

Как я наивен был раньше, думая, что другие смогут остудить мой пыл, тягу к ней. Все меркнет. Прошлое стирается, лишь стоит ей насадиться на мой член и сладко простонать, запрокинув голову назад, мое имя. Сэм.

Я позволяю ей двигаться медленно, врываюсь в нежную плоть, наслаждаюсь зрелищем. Как тяжёлые груди покачиваются, вторя толчкам, как сладкие губки приоткрыты в минуты наслаждения. Впервые мне хочется отдавать. Дарить наслаждение, а не только забирать, заботясь о себе.

— Заведи руки назад, — хрипло шепчу я. Она выполняет. Смотреть на то, как мой член пронзает нежную розовую плоть сладко и мучительно. Я на грани.

— Пососи, — сую ей палец в рот, она послушно обхватывает его губами, обильно смачивая слюной.

— Двигайся. Не смей останавливаться, — тру твердый клитор. Она скачет на мне быстрее. — Вот так. Молодец, девочка. Теперь кончи для меня, — нежные стенки до боли сжимают меня, сокращаются, а Бьюла изгибается, кричит. Её глаза ошалелые, встречаются с моими.

— Моя очередь! — переворачиваю её на живот. Она так вымоталась, устала, ноги дрожат, а по спине скатывается капелька пота. Хватаю за ягодицы и тяну на себя, пронзаю её и начинаю двигаться так, как я люблю. Быстро. Врезаясь на всю длину. Она стонет царапает простыни. Палец перемещается к попке. Плюю, точно попадаю в нужное место. Бьюла испугано встаёт, опираясь на руки, пока я массирую вход.

— Не бойся. Не сегодня. Но однажды я возьму и эту дырочку, — палец проникает внутрь. Член дёргается, одобряет выбор. — Расслабься, Бьюла. Доверься мне, — она падает головой на матрас, расслабляя мышцы. Я беру свою девочку с двух сторон. Имею обе тугие дырочки. Она вся моя.

Бьюла расслабилась и вошла во вкус, сама двигает бедрами, насаживаясь сильнее. Потом кричит.

Мы одновременно ныряем в эту пучину наслаждения. Феерии. Испытываем искушённое наслаждение. А когда выныриваем, задыхаемся от потока кислорода.

Я падаю на не сверху не желая покидать её. Жадно целую мокрую спину, шепчу какие то пошлые глупости. Совсем на меня не похоже.

Переворачиваюсь на бок, прижимаю её к себе. Не желая отпускать свою добычу ни на миг.

Странно. После секса мне всегда хотелось побыть одному. А с ней не хочется расставаться ни на минуту.

— Боже! — будит меня испуганный голос Бьюлы. — Я же на работу опаздываю! — она соскакивает, в спешке пытается попасть рукой в рукав халата. Получается не с первого раза.

— И тебе пора, мистер чертовски красивый зад, — она ударяет меня по попе. — Я ходить едва могу. — Улыбаюсь, зарываясь в подушку.

— Сэм! Работа! — переворачиваюсь на спину.

— Я встал. Частично, — показываю ей на стояк, закинув руки за голову. Ее щеки пылают.

— Я люблю свою работу. Но поездки каждый день убивают. Я скоро как лошадь буду стоя засыпать, — она расчесывает пальцами спутанные волосы. — Пенелопа Аддингтон говорила, что я на испытательном сроке. И мне не положена комната в кампусе. Но это было давно. Я хочу поговорить с ней об этом. Сегодня.

— Что?! — летит ей в спину мой вопрос.

Я определенного против! Все же так замечательно. Я могу видеть ее, когда захочу. Какой нахер кампус?!