Глава 76
Вася
- Ты обещал, - упираюсь ему в грудь, удобно устраиваясь на коленях.
- Что? – Влад смотрит на меня глазами полными желания. – Когда твоя попка ёрзает по мне, я начинаю путаться в своих обещаниях.
Сегодня нам ещё «нельзя». Врачебный запрет. Несмотря на то, что Влад забрал меня сегодня из больницы к себе в съёмную квартиру, я пока недоступна для его жарких ласк.
- Ты обещал рассказать мне свою историю, - надуваю губы. – Нет, ну правда! Я уже здорова и не нервничаю, честное слово!
- Правда? – прищуривается он, глядя мне в глаза. – И ничего не болит?
- Нет! Врач, ведь, сказал…
- У тебя щёки так и пылают, - прикладывает тыльную сторону ладони к моим щекам. – Ты уверена, что хорошо себя чувствуешь?
- Абсолютно! – заявляю.
- А вот тут? Кажется, я чувствую что-то… - его наглая ладонь скользит по моему колену, а потом всё выше и выше, пока не забирается под коротенькую домашнюю юбочку. – Чувствую тут особенный жар…
- Влад! – не могу сдержать смех. И рвущееся наружу желание тоже. Между ног у меня, и правда, стало очень горячо…
Ёрзаю у него на коленях, чувствуя, как в попку упирается твёрдый член…
- Что? – усмехается он, продолжая своё наглое путешествие в моё нижнее бельё.
- Решил в доктора поиграть?
- Да… - низкий голос хрипит от возбуждения. – Ну… то есть нет! Чёрт! - Смотрит на часы. – Ещё сорок минут воздержания, и наступит «завтра»! Тогда, ведь, можно?
Если честно, сегодня на выписке доктор сказал мне на осмотре, что всё хорошо, и я могу жить половой жизнью. Но… мне хочется немного помучить будущего папочку. Так, для профилактики!
Все пять дней, что я лежала в больнице, Влад вёл себя безукоризненно! Каждый день приходил ко мне с какими-то приятными сюрпризами. То цветы, то корзина с фруктами, то плюшевый мишка… Казалось, словно этот новый Влад – совсем другой человек. Будто его несдержанность и агрессия, что проявлялась в самом начале нашего знакомства случались как раз из-за того, что Влад копил в себе негатив, был вынужден всё ото всех скрывать и никому не мог доверить свою тайну. Роль двойного агента давалась ему с трудом.
Но вот теперь он смог, наконец, расслабиться.
- Через сорок минут можно, - хитро прищуриваюсь, давая добро. – А пока мы можем скоротать время за разговором, - серьёзно смотрю на любимого, ожидая, что вот сейчас, наконец-то он мне всё расскажет!
Влад очень упрямо избегал тем о своём прошлом всё время, что я была в больнице. Так и не рассказал мне о своей трагедии… А я уверена, что трагедия в его жизни была, и ещё какая! И связана она с его отцом…
- Ты точно хочешь этого? – вздыхает.
- Да!
- Ладно, тогда слушай…
Он смотрит в пустоту перед собой и погружается в воспоминания.
Мне кажется, ему неприятно вспоминать о прошлом, и я очень ценю, что он решил всё-таки мне открыться.
- Моего старшего брата, Диму, все любили. Отец и мама в нём души не чаяли. Он был весёлым и обаятельным. За меня в школе заступался… Когда отец с мамой ссорились и неделями не разговаривали, он всегда был рядом со мной, помогал, оберегал… Я рос довольно упрямым и нелюдимым, в то время как Дима… в общем, он был душой компании везде, где появлялся.
Внимательно слушаю Влада, а у самой сердце в груди замирает. Ведь я помню, как однажды Влад рассказал мне о том, что его родного брата больше нет в живых…
- Мы были лучшими друзьями, несмотря на разницу в шесть лет. Но… всё изменилось, когда Дима закончил школу. Тогда мы жили в другом городе, и брат поступил в местный ВУЗ на юридический. Однако у нашего отца были на него другие планы. Он хотел, чтобы брат больше вникал в его «бизнес». Мы знали, что отец занимается чем-то нелегальным, и мама умоляла его не впутывать в свои дела сыновей. Помню, как она стояла перед ним на коленях в гостиной нашего дома… Как просила его не брать Диму на какую-то «встречу». Но отец просто оттолкнул её с пути и заставил брата пойти с ним.
Влад делает паузу и тяжело вздыхает…
- Их не было всю ночь. Мы с мамой не спали. Она плакала, явно понимая - что-то пошло не так. А я по-детски успокаивал её как мог… Отец пришёл только под утро. Один. Разбитый, печальный. Оказалось, что на той «встрече» что-то пошло не так, брата ранили, он в больнице. Мы с мамой тут же собрались, чтобы поехать к нему, но… не успели. Когда мы приехали, Дима уже умер.
Влад рассказывает эту печальную историю как-то отстранённо. Но я всё равно чувствую горечь его утраты. По щекам текут тихие слёзы…
- Я был жутко зол на весь белый свет. На отца, на мать, на себя и даже на Диму… Юношеский максимализм зашкаливал, и я поклялся, что когда-нибудь отомщу отцу за то, что он втравил Диму в свои дела… Но тогда я был всего лишь пацаном и ничего не мог. На следующий день мама сбежала от отца, забрав меня с собой. Мне было четырнадцать. Мы уехали в другой город, жили в нищете, на съёмных квартирах, перебивались случайными мамиными заработками… - Я крепче сжимаю ладонь Влада. – Она заставила меня пообещать, что я больше никогда не свяжусь со своим отцом. Но спустя годы я, всё же, нарушил обещание.
- Поэтому ты сказал, что вы с мамой сейчас не общаетесь? – тихо переспрашиваю. – Она думала, что ты стал работать на него после того, что случилось с твоим братом?
- Да. Когда мне исполнилось восемнадцать, я уехал в Москву, поступать на юридический. Отучился, написал диссертацию. А когда проходил практику в прокуратуре, то познакомился там со следователями, ведущими дела по организованной преступности. Угадай, кого они тогда взяли в разработку?
- Твоего отца? – с замирающим сердцем спрашиваю я.
- Они годами пытались проникнуть в его группировку, но всё было тщетно… Торговля оружием, сутенёрство, рэкет и многие другие преступления, которым не находилось доказательств. Свидетелей находили мёртвыми, документы странным образом исчезали…
- И тогда ты вызвался помочь?
- Была сформирована тайная оперативная группа. Я должен был вступить в ряды преступной группировки, и, заручившись доверием отца, найти доказательства его многочисленным преступлениям…
- Влад… - сжимаю его ладонь в своей. – Мне очень жаль, что тебе пришлось пройти через такое…
Кладу голову на его плечо и обнимаю любимого. Он кажется напряжённым, но когда я приникаю к нему ближе, Влад немного расслабляется.
- А… какую роль играла в этом Вероника? – тихо спрашиваю, решая расставить все точки над i.
Губы Влада округляют хитрым полумесяцем.
- Всё ещё ревнуешь?
- Вовсе нет! – поднимаю брови. – Ничего я не ревную… Просто… просто интересно стало, вот и всё…
- Вероника, сама того не зная, сливала мне информацию о своём отце. О его делах с моим, об их совместном «бизнесе» и тому подобное… Мне даже удалось убедить её ответить на мои вопросы перед камерой. Пришлось сказать, что мы репетируем «допрос», если ею, вдруг, заинтересуются органы.
У меня от его слов глаза на лоб лезут.
- То есть ты ей врал? – серьёзно смотрю на него.
- Ей – да, - кивает, спокойно выдерживая мой взгляд. – Тебе – нет.
Влад проводит пальцем по моим волосам, а потом берёт за подбородок, поднимая его вверх.
- Тебе я никогда не врал, детка.
- Ага, - закатываю глаза. – Просто не договаривал! И, кстати, кого это вы с Виктором хотели в саду закопать?
- О, малышка, - Влад прищуривается. – Слишком много будет знать, волосы поседеют…
Внезапно он подхватывает меня за талию и придавливает к дивану, на котором мы сидим.
Быстро смотрит на часы.
- Ещё пять минут… - шепчет хриплым от возбуждения голосом. – А потом…
Касается моих губ своими и быстро просовывает в мой рот язык, не давая сказать ни слова против. Не сказать, чтобы мне так уж хотелось сопротивляться… Чувствую, как под его рубашкой ходят стальные мышцы. Жар его тела проникает и в меня тоже. Я загораюсь в его руках как спичка. Да… мы ждали слишком долго!