Глава 11

Олеся

— Я читал статью, что первым половым партнером девственницам лучше выбирать опытного мужчину, — заявляет Артем, когда мы выезжаем на трассу. — Что ты на эту тему думаешь?

— Я думаю, что не хочу с тобой обсуждать подробности моей возможной личной жизни, — сердито отвечаю я. Знаю, что лучше всего не вестись на эти провокации, что мой сводный братец только этого и добивается, но каждый его вопрос вгоняет в краску.

— А зря, между прочим. На сегодняшний день мы с тобой будущие молодожены, между нами не должно быть никаких секретов. О родинке на твоей ягодице я уже знаю. Но может, есть еще какие-то факты о тебе, о которых мне стоит знать?

— Я ненавижу кретинов, которые имеют довольно вычурные представления об этике общения, — отвечаю я.

— Это не те факты, — усмехается Артем. — Хм, может, расскажешь, что тебя возбуждает? Каким сайтом ты пользуешься для просмотра порнографии?

— Сайтом отвали придурок точка нет.

— Ага, значит, любишь русское порно с лайтовым насилием, так и запишу.

— Куда мы едем? — я перевожу тему. Уже заметила, что обмениваться остротами мы с Артемом можем круглосуточно.

— В бутик, — просто, как ни в чем не бывало, отвечает Артем.

— В какой бутик? — я напрягаюсь. Уже заранее знаю ответ, как и то, что он мне не понравится. Вообще не понравится.

— Если мы хотим переманить на свою сторону эту Полобородько, то нам надо выглядеть сверхпрезентабельно. Я ничего не имею против твоего платья, особенно мне нравится его вырез и яркие картинки того, как я его с тебя снимаю, но поскольку Инесса женщина, то у нее может не возникнуть такого желания.

— Я не готова покупать новую одежду, — крепко стискивая кулаки, отвечаю я. Представляю, в какой магазин меня может привести Артем. В такой, где я за одну футболочку половину своей зарплаты оставлю, если не полностью.

— Конечно, не будешь. Это сделаю я, — тянет Артем.

— Мы договорились не всаживать в это кучу денег!

— Ага, — он почему-то улыбается. Слишком уж таинственно и загадочно, чтобы не ждать от него подлянки. — И у тебя есть два варианта.

— Что за варианты? — вновь напрягаюсь.

— Вариант первый, — как в каком-то заправском телешоу начинает Артем. — Я тебе покупаю одежду, и ты меня как-нибудь особенно благодаришь. Можно с использованием того невинного розового сиськодержателя. И вариант второй, мы не будем срезать ценники и вернем все шмотки в тот же день.

— О да, первый вариант меня вполне устроит, — едко произношу я. — Я связываю тебя этим, как ты выразился, сиськодержателем в каком-нибудь лесу. И оставляю в сверх романтической обстановке со всякими насекомыми и шакалами.

— Мне нравится твоя фантазия, Ягодка.

— Ты готова? — я без стука вхожу в комнату и застаю Ягодку возле ростового зеркала. Она придирчиво осматривает себя. Платье цветочек до колена, светлая джинсовка и дешманская белая сумка через плечо. Нет, так дело не пойдет. — Понятно, не готова.

— Вообще-то, я уже оделась! — замечает она, оборачиваясь.

Оценивающим взглядом проходится по моему наряду — да, дорогая, сам не рад — и хмурится. Неловко поправляет юбку платья.

— Мне стоит объяснять, почему твой наряд не подходит? — с насмешкой уточняю я. — Это вовсе не потому, что я хочу тебя раздеть, а потому что нам надо произвести впечатление.

— Это самая подходящая одежда, которая есть в моем гардеробе, — сухо выдает Олеся. Еще немного, и ее щеки будет цвета моей рубашки.

— Посмотрим, — флегматично выдаю я, уверенным шагом подходя к ее шкафу. Резким движением распахиваю створки.

Мда, и правда негусто. Несколько рубашек, футболки сложенные аккуратными стопками на полках, джинсы и еще пара платьев, отличающихся от того, что надето на Олесе лишь расцветкой. Взгляд скользит по полкам. Может, хоть там что-то худо-бедно приличное завалялось?

— Эй! Вообще-то это мой шкаф! — протестует она, пытаясь меня оттеснить в другую сторону комнаты. Но я держусь.

— Все мое-твое, дорогая сестричка.

Замечаю розовую лямку и тяну на себя. Ага, лифчик. Нежный, почти без рюшек — в голове тут же возникает образ того, как туго стискивают грудь Ягодки эти чашечки, как я ныряю в них лицом, а потом избавляю ее от этого хлопкового плена. Бюстгальтер выглядит настолько невинно, что никак не мог избавиться от желания его опорочить.

— А вот это неплохо, — кидаю в нее бюстгальтером, получая настоящий кайф от того, что Ягодка заливается густым румянцем. Теперь она явно ярче моей поросячьей рубашки.

— Я не могу пойти только в лифчике, — она пытается взять себя в руки, даже откидывает вещь в сторону и сверлит меня недовольным взглядом.

— Если бы ты была только в лифчике, то мы бы точно с тобой никуда бы не пошли, — подмигиваю.

— Извращенец, — шипит она.

— Ладно, поехали. У меня есть идея, — немного подумав и еще раз окинув взглядом скудный гардероб, выдаю я. — Только теперь надо действовать быстро. Нам назначено на час.

— Сейчас же только десять.

— Нужно доверять своему деловому партнеру.

О да, деловому. Совмещу приятное с полезным. Расстрою это свадьбу и хорошенько растормошу Олесю. Уверен, еще немного, и она сама будет не против побыть сверху. А потом снизу, сбоку, спереди — мы попробуем по-разному, Ягодка не останется обиженной.

Одно я могу сказать с уверенностью: эти девушки получают зарплату не просто так.

С первого раза, даже не спрашивая моего размера, они принесли платье, которое идеально село по фигуре. Темно-зеленое с тканевыми — что-то похожее на бархат — вставками в зоне пояса. И мне… мне одновременно чертовски нравится то, как я в нем выгляжу, но в то же время мне не хочется выходить из просторной раздевалки. Платье облегает, как вторая кожа, но при этом не смотрится пошло или вульгарно. Довольно высокое декольте нивелируется чуть открытой спиной, буквально до лопаток — и мне неуютно, словно я голая.

Стою, как дурочка, на пушистом коврике и гипнотизирую себя в зеркале. А ценник? Лучше бы я его не видела! Потому что страшно даже пошевелиться.

— Ну как? — Артем без спросу отодвигает шторку и окидывает меня придирчивым взглядом. — Ага, берем!

— Нет, Артем, не берем, — тихим голосом отвечаю я. — Оно слишком дорогое.

Он чуть сдвигает брови, делает шаг в раздевалку и касается моих волос. Осторожно перекидывает их на плечи — и в этот момент я не в силах ни вдохнуть, ни выдохнуть, от его прикосновений к моей шее в животе все стягивает тяжелым узлом — вот только тянется он не ко мне, а к этикетке.

— Пфф, брось, оно еще и по скидке. Но дело даже не в этом. Ягодка, ты отлично в нем смотришься, я бы прямо тут…

— Перестань, — в моем голосе звучит истерика. — А если я ненароком пятно поставлю или порву?..

— Спокойно, вдох-выдох. Ты помнишь, ради чего мы все это делаем?

— Помню, — растерянно отвечаю я, а сама чувствую себя героиней дурацкого ситкома.

Артем кладет мне руки на талию, смотрит на меня через зеркало, а мое тело будто током прошибает. Я не в силах ни оттолкнуть его, ни сама отстраниться. Просто пустым взглядом смотрю в одну точку, не решаясь встретить взгляд Артема в отражении.

— Олеся, на сегодня мы с тобой жених с невестой, представители зажиточных семей с Рублевки. И мы это делаем не ради развлечения, а ради благой цели. Помнишь?

— Помню, — отвечаю я. Мне в нос ударяет аромат его терпкого парфюма, я внезапно для самой себя чихаю. И это разряжает обстановку.

— Дамы, нам бы сюда еще пиджачок для улицы, сумочку и туфли, — он резким жестом открывает штору, обращаясь к консультантам.

— Ой, как вам идет! — тут же говорит одна из девушек.

— С такой фигурой вам можно смело отказываться от платьев-палаток, — подмечает вторая с вежливой улыбкой.

А я лишь неловко мну пальцы. Если уж платье столько стоит, то вместе с туфлями, пиджаком и сумочкой хватило бы на оплату половины семестра.

— Расслабься, говорю, — шепчет Артем.

Но расслабиться не получается, от этого шепота волоски вдоль позвоночника встают дыбом, соски напрягаются, и мне остается лишь молиться, чтобы Артем всего этого не заметил. Но в присутствии двух модельного вида девушек мне, видимо, можно не переживать: ему есть, на кого смотреть. С небрежным видом Артем прикладывает телефон к терминалу для оплаты покупок.

— Переоденешься в машине, — новый шепоток на ухо, и мы, поблагодарив девушек за помощь, идем к выходу.

Я думала, что как только мы выйдем на свежий воздух, станет полегче. Но нет. Беда никогда не приходит одна, и Вика, замершая на крыльце, тому подтверждение.

— Артем? — выдыхает она, ее губы тут же расплываются в улыбке. Улыбка чуть сползает, когда девушка видит меня. — Оксана?

— Олеся, — вяло поправляю ее я.

— Без разницы, — сухо бормочет она, не забывая улыбаться.

— Прости, Вика, мы спешим, — Артем пытается обойти ее по широкой дуге, но не тут-то было. Она плавно наклоняясь, преграждая ему путь.

— Может, хотя бы кофейку? Тут неподалеку наше…

— Мы. Спешим, — цедит Артем, и я буквально кожей чувствую его недовольство. Не знаю, как мне стоит себя вести, а потому просто отмалчиваюсь.

— Что, вернулся в Москву, и сразу погрузился в дела, что тебе до старой подруги теперь нет никакого дела? — Вика обиженно и оттого еще более наигранно дует губки, прижимается к Артему своим бюстом, вцепившись в руку.

— Никакого, — кивает Артем, каменным изваянием замирая на одном месте. На рыжеволосую намеренно не смотрит.

— Жаль, а то повторили бы наши эксперименты, как в старые добрые, — сексуально облизнувшись, произносит Вика. Я не знаю, куда мне смотреть. Даже уйти не могу, оставив этих двоих вдвоем — они преграждают путь.

— Не люблю б/у товар, — возвращает ей Артем улыбку.

— А вот раньше тебя это не волновало.

— Можно я все же пройду? — подаю голос. Смотреть на эту парочку мерзко, и я бы с удовольствием бы отсиделась в машине.

— Что, решил привить своей сестренке вкус? Уже отметились в раздевалке? — с насмешкой выплевывает она. — Ну да, инцест — дело такое. Только в кругу семьи, тут третий лишний.

От последней фразы меня накрывает ужасом. Она что… совсем ку-ку?!

— Вика, мне никакого дела нет до твоего живого воображения, просто отойти в сторону и дай мне пройти, — в моем голосе буквально плещется яд.

— Да пожалуйста, — он делает крохотный шажочек в сторону, ничем не облегчая мне дорогу.

— Детский сад, — раздраженно бросает Артем и все же выдергивает свою руку из ее цепкой хватки. — Олеся, пойдем.

Хватает меня за запястье и тянет к машине, даже не оборачиваясь на Вику. Я чувствую его напряжение, чувствую, как его потряхивает. Интересно, это от злости или от того, что рыжая хорошенько так потрясла перед ним грудями?

— По-моему, она была бы не против сыграть с тобой в «тили-тили-тесто», — бормочу я, оказавшись в салоне машины, подальше от Вики. — Может, стоило дать ей эту роль?

— Мне кажется, или Ягодка ревнует? — лицо Артема чуть не лоснится от самодовольства.

Боже, ему самому-то не надоело каждое слово пропитывать сексуальными намеками? Один, ну два раза это еще было бы забавно, но тысячу… Если бы не страх запачкать платье кровью, саданула бы ему как следует.

— А если я сменю духи на хвойный освежитель воздуха, ты перестанешь меня так называть? — мрачно вопрошаю я, но Артема ничем не проймешь. Он ржет, скотина, и нисколечки не сожалеет о своем поведении. — Слушай, я понимаю, тебе весело. Но, может, хватит до меня докапываться? Бери свою рыжую ведьму и вперед, она изобразит влюбленную невесту куда убедительнее.

Смех будто застревает у Артема в горле, и он крепче сжимает руль.

— Нет, с ней я больше связываться не стану, — в голосе Артема появляются такие жесткие нотки, что мне становится не по себе.

— Вот как? Потому что она тебя отвергла в свое время? Или предпочла другого?

— Ты бы не говорила, о чем не знаешь, — Артем сосредоточенно смотрит на дорогу. Потом вздыхает и продолжает: — Она больная, Лесь. Натуральная психопатка.

— Да ладно! Потому что она тебя домогается, а не наоборот? И вообще, как будто тебя когда-то останавливало, что у женщины выше сисек.

— Представь себе, — резко отвечает Артем. — Я не хочу, чтобы за секс мне потом вскрывали череп. Плюс она меня не возбуждает.

— Ой ли… — подозрительно щурусь я, потому что перед глазами стоит яркая картинка, как он самоублажается в кресле после Викиного визита.

— Хочешь послушать, кто меня возбуждает на самом деле? — Артем понижает голос до интимного баритона и, остановившись на светофоре, поворачивается ко мне, выразительно изогнув бровь.

— Твою ж мать, — я устало закрываю лицо рукой.

— Давай-ка соберись, невестушка, — не унимается Артем. — Мы уже подъехали почти, а у тебя никакой страсти.

Он паркуется около бизнес-центра, и на одной из табличек я замечаю логотип точь-в-точь, как на каком-то буклетике дома. Стало быть, мы на месте. Набираю побольше воздуха, медленно выдыхаю, стараясь унять дрожь в пальцах. Врать я никогда не умела, а мысль о том, что мне придется еще и исполнить целую роль, да так, чтобы на нее купилась посторонняя женщина, которая целыми днями только и видит счастливые парочки, добивает. Изобразить влюбленность в Артема? Когда мне хочется его придушить? А от каждого его прикосновения меня словно бьет электрошокером? Отлично вообще.

— Значит, легенда такая, — Артем ставит машину на тормоз. — Мы познакомились год назад на свадьбе дочери Валикова.

— Того самого? — округляю я глаза. — Певца с шевелюрой?

— Ага, у которого еще перхоть прошла после первого применения шампуня, — улыбается Артем. — Я погуглил, свадьба и правда была год назад, тут не подкопаешься. И там была такая уйма гостей, что нереально проверить. Загородный отел «Риверсайд», запомни, если вдруг пригодится. Там сосны, река, короче, сплошная романтика. Ты сломала каблук и заблудилась в лесу, я нес тебя на руках до номера. Китайские фонарики, музыка… Короче, мы сразу поняли, что нашли друг друга.

— О, да кое-кто, оказывается, знает толк в бразильском мыле!

— Потом были конные прогулки, — Артем игнорирует мой сарказм. — Я пригласил тебя в круиз по Средиземному морю, мы не вылезали из каюты, разумеется.

— Угу, — киваю я. — Позы тоже надо будет ей перечислять?

— Балда! Это все наши воспоминания. И они должны быть на свадьбе, поняла? Мы хотим свадьбу в средиземноморском стиле. За городом. Белые занавески, соответствующее меню, колонны. Плюс лошади. Наша задача сейчас нагрузить ее такими пожеланиями, чтобы она сразу поняла: мы — дико капризные, нам надо угодить по полной, чтобы потом выйти на медийных клиентов.

— Капризная, медийная и на лошади. Это твой идеал?

— Не старайся, Ягодка, — улыбается он. — Я же вижу, как ты нервничаешь!

— Из меня актриса — никакущая, — кисло отзываюсь я.

— Хорошо. Вот Вика тебя бесит?

— Риторический вопрос.

— То, что нужно! Значит, представь, что ты ее передразниваешь. Веди себя так, как она. И не бойся переборщить: поверь, по хамству и скандальности у золотых деток трудно пробить дно.

— Говоришь, как будто по себе знаешь, — щурюсь я.

— Вот-вот. Только еще побольше хамства и… — он переходит на жеманный противный голос, — …и ваще, все — холопы и быдло, ты одна принцесса.

Я не могу сдержать смех, и, как ни странно, от этого мне становится легче. Удостоверившись, что я в норме, Артем выходит из машины и галантно открывает перед собой дверь. Зажмуриваюсь на мгновение и пытаюсь представить себе, что я — Вика. Как бы она вела себя?

Грациозно ставлю на асфальт сначала одну ножку, потом другую, вылезаю, вильнув задом.

— Ты нарочно поставил машину в такой пыли? Мне что, выбросить теперь эти туфли? — надуваю губки.

— Это ты-то плохая актриса? — неподдельно удивляется Артем. — Женщина, ты меня пугаешь?

— Мы тут будем стоять и кота за яйца тянуть или все-таки закажем свадьбу? — с каждой секундой я все глубже погружаюсь в роль и даже начинаю получать от этой игры непривычное удовольствие, по венам разливается адреналин.

Вальяжно беру Артема под локоть и походкой от бедра шурую к входу.

— Ты поаккуратнее размахивай задом, — со смехом произносит Артем. — Сшибешь кого-то!

— Не учи меня жить! — я делаю губы уточкой, отчего Артема буквально сгибает пополам. Я бы и сама расхохоталась, удерживает одно: Вика должна быть Викой до конца.

В приемную свадебного агентства я захожу, как королева. Не в том смысле, что держу осанку или аккуратно помахиваю ручкой, как Елизавета из открытого автомобиля. Просто смотрю вокруг так, будто все здесь принадлежит мне.

— И имей в виду, — капризно заявляю я, словно продолжая начатый разговор. — Я хочу только эту. Нет Инессы — нет свадьбы.

Встреть я сама такую мерзкую девицу, какую пытаюсь изобразить, обошла бы ее за километр. Но на секретаршу мое поведение действует магическим образом: она вскакивает из-за стойки и кидается к нам наперерез.

— Чай? Кофе? Есть латте, капуччино, раф…

— С лавандовым сиропом? — брезгливо выгибаю бровь.

— Нет, но…

— Тогда минералки. Есть приличная? С газом, лимоном и льдом.

— Но льда нет…

— Вы что, не слышали? — включается в игру Артем. — Что вы вообще за контора такая?

— Это точно тот самый «Экстра Веддинг»? — возмущаюсь я, растягивая английские слова. — Элла сказала, что у них хороший сервис…

— Да-да, мы, определенно, тот самый «Экстра Веддинг», — выплывает к нам навстречу из кабинета невысокая блондинка с тугим гладким пучком. — Лучший и единственный. Приятно познакомиться, Инесса Полубородько. Вы же Ивановы?

Я озадаченно смотрю на Артема. Ивановы? Серьезны? Это все, на что была способна его фантазия?.. Моя заминка заставляет Инессу подозрительно нахмуриться, и я уже проклинаю себя за то, что не умею импровизировать.

— Ну, вообще-то Иванов пока только я, — Артем обнимает меня и сжимает плечо, давая понять, что надо собраться. Правда, вместо того, чтобы сконцентрироваться, я думаю лишь о том, почему у него такие горячие ладони. — Леночка думает, будет ли брать мою фамилию. Да, рыбонька?

— Да… — я судорожно пытаюсь вспомнить вульгарное прозвище. — Да, сусличек.

Вот же дура! Какой суслик? Чувствую, как напрягается Артем, потому что я несу какой-то бред. Впрочем, вида он не показывает.

— Пройдемте, — Инесса приглашает нас в кабинет.

— А моя вода со льдом? — капризно ною я.

— Конечно, сейчас будет, — невозмутимо улыбается Инесса, выразительно глядя на секретаршу.

— Но Инесса Юрьевна, у нас нету льда…

— Значит, найдите, — сурово перебивает хозяйка конторы.

Девушка испуганно моргает, потом кивает и, схватив сумочку, выбегает из офиса. Видимо, чтобы искать где-то лед. Мне безумно жалко ее, как официантка я отлично понимаю, что такое вредный клиент. Но что делать, должны же мы убедить Инессу, что мы — V.I.P.-клиенты! Да еще и богаче Сергея.

— Итак, — оживленно продолжает Инесса, когда мы заходим в ее кабинет и устраиваемся в кресле для гостей. — Давайте знакомиться. Какие у вас пожелания? Я всегда лично составляю индивидуальную программу праздника, чтобы у вас было запоминающееся уникальное торжество. Кроме того, могу предложить специальные анкеты, по ним можно разработать свадьбу, учитывая все пожелания обеих сторон.

— У меня одно пожелание, — Артем тянется ко мне, кладет руку на коленку и как бы невзначай поглаживает. — Хочу, чтобы моя девочка была довольна.

И эти слова он произносит таким интимным тоном, так смотрит на меня, будто вкладывает в них особый сексуальный подтекст. Я буквально врастаю в кресло. Знаю, невесте не положено цепенеть от подобных намеков, предполагается, что мы уже давно вместе и наверняка протестировали чуть ли не всю Камасутру от начала до конца и обратно. Но как бы я ни старалась, у меня не получается убедить себя в том, что это просто игра. Дыхание перехватывает, пульс зашкаливает, пересохший язык царапает небо.

— Прекрасно, редко вижу мужчину, готового к компромиссам! — Инесса переводит взгляд на меня.

Я растерянно моргаю, сжимаю кулаки так, чтобы ногти впились в ладонь, но мысли плавают в густом киселе, словно я опрокинула не один, а два волшебных Вовиных коктейля. Черт, ведь не мог же Артем стырить у Вовы чудо-таблетку или попросить рецепт?!

От неловкой паузы меня спасает секретарша: запыхавшаяся, она врывается в кабинет и протягивает мне стакан воды со льдом и лимоном. И все это с таким видом, будто раздобыла мне молодильные яблоки. Вода приходится как нельзя кстати: я жадно припадаю к стакану и, пока пью, охлаждаюсь и собираю силы для нового раунда.

— Так, — я закидываю ногу на ногу, подспудно сбрасывая ладонь Артема. — Значит, я хочу в средиземноморском стиле. За городом. Лошади обязательно. Белые. Ну, и нужна хорошая сцена и оборудование. Нельзя позориться перед звездами.

— Только у нас одно условие, — мягко прерывает меня Артем. — Первого июля.

— В такие короткие сроки?! — ахает Инесса. — Подобные мероприятия согласуют минимум за полгода…

— Для вас это проблема?! — с нажимом уточняет Артем.

— Минутку, я сверюсь с календарем… — Инесса поворачивается к компьютеру и суетливо щелкает мышкой. — Так… Первое июля… У меня был предварительный заказ на эту дату…

— Ну вот! — я изображаю истерику. — Я так и знала! Все против нас! Надо отменить свадьбу.

— Тише, рыбонька, — Артем снова хватает меня за коленку, будь он трижды проклят. — Твой суслик все уладит.

Вот зачем он это сказал? Я тут изо всех сил пытаюсь сыграть вселенские страдания, а он с этим сусликом! Нечеловеческими усилиями сдерживаю уголки губ, которые предательски растягивает от подступающего смеха. Даже подбородок дрожит — но Инесса, кажется, думает, что я собралась реветь.

— О нет, это пока только предварительная договоренность…

— Мой отец приедет из Италии только тридцатого июня, не раньше! — я трагически хватаюсь за переносицу и опускаю лицо.

— Ну, Леночка, мы что-то придумаем… — Артем догадывается, что меня проперло на хохот и, спасая ситуацию, подходит, обнимает меня, прижимает к себе так, чтобы мое лицо уткнулось в его розовую надушенную рубашку. Вроде и лучше — мне уже не до смеха — но вот дышать этой адской концентрацией парфюма… Я тихонько кашляю, во рту появляется привкус мыла. Боже, столько духов на квадратный сантиметр я до этого момента встречала только в двух местах: на нашем школьном выпускном и в метро в час пик. — Послушайте, мы готовы заплатить любые деньги, — голос Артема становится жестче. — Кроме того, у нас будут петь звезды. Михаил Стасов, Серега Мухин и «Ноги вниз», Леонтий Валерьев… И сам Бедросов придет в качестве почетного гостя!

— Бедросов? — благоговейно переспрашивает Инесса.

Я отстраняюсь от Артема и, вдохнув чистого воздуха, решительно произношу:

— Теперь — нет! У него мировое турне по странам СНГ! С третьего июля! И ради меня он не станет задерживаться в Москве, — я качаю головой и севшим, безжизненным тоном, объявляю: — Это знак. Мы не должна были пожениться. Помнишь, ты уронил кольцо, когда делал мне предложение?..

— Рыбонька, это суеверия! Конечно, мы не будем отменять свадьбу! И переносить. Может, найдем организатора посвободнее… — Артем бросает на Инессу едкий взгляд. — …и поприличнее.

— Нет-нет, подождите, — суетится она, заметно побледнев. — Вы не так поняли. Конечно, мы попытаемся это уладить. Я поговорю с другими клиентами, которые хотели эту дату.

— Я не могу долго ждать! — я горестно поджимаю губы. — Мне нужен ответ сегодня.

— И с этим никаких проблем, — спешит меня заверить Инесса. — У них назначено сразу после вас. Очень, между прочим, приятная возрастная пара… — она сверяется с наручными часами. — Вот! Всего через пять минут придут, думаю, мы все вместе сможем обсудить и придти к компромиссу!

Такое ощущение, будто мне прищемили дверью хвост. Нервно сглотнув, я поворачиваюсь к Артему, и в его глазах вижу отражение собственного страха. «Нам хана», — эти слова висят в воздухе Дамокловым мечом.

— Пять минут? — от ужаса у меня уши закладывают.

Если мама узнает, что я пыталась сорвать ее свадьбу… Если потребует объяснений… Тогда мне придется признаться, ради чего я все это затеяла?! Господи, куда деваться?! Я лихорадочно шарю взглядом по кабинету Инессы в поисках пожарного выхода или любого другого пути к отступлению, но все глухо. Дверь одна, этаж шестой. И даже шкафа приличного нет. Твою ж маковку…

— Мы не собираемся никого упрашивать, — Артем вскидывает подбородок, встает с оскорбленным видом и дергает меня за собой. — Пойдем, любимая.

— Но как же Бедросов… В смысле, ваша свадьба… — Инесса вскакивает.

— Мы уходим, — Артем тащит меня к двери. — У вас два часа, после этого я начинаю искать другого организатора.

У меня подкашиваются ноги, потеют ладони, в ушах звенит. Всем своим существом я сосредоточена только на одном: успеть уйти. Смотрю на ручку двери, как бедуин на стакан воды, и то ли в слух, то ли мысленно повторяю: «Быстрее, быстрее, быстрее»… Но едва Артем протягивает руку, как дверь распахивается, едва не стукнув ему по носу, и в кабинет заглядывает секретарша:

— Инесса Юрьевна, Сергей звонил, сказал, что они подъехали. Попросить подождать в приемной?

Я вцепляюсь в Артема с такой силой, что он со свистом втягивает в себя воздух. Пардон, конечно, если больно, но иначе я бы рухнула в обморок и расшибла затылок. Впрочем, это избавило бы меня от объяснений…

— Где у вас тут туалет? — Артем разжимает мои одеревеневшие пальцы и потирает предплечье.

— Вон там, — секретарша машет куда-то в сторону. — Первая дверь слева.

Не удосужившись поблагодарить девушку, Артем волочет меня в указанном направлении через приемную, вталкивает в туалет и, завалившись следом, запирает дверь. И в следующую же секунду до меня доносится мамин голос:

— …не знаю, может, все-таки лучше гортензии?

Я прислоняюсь к стене, с облегчением прикрываю глаза и чувствую, как по лбу медленно ползет капля холодного пота.