Глава 32

Я изумлённо уставилась на Тора Бедфорда. Он стоял и смотрел на ворвавшихся к нам вместе с ураганом и океанскими брызгами пьяных людей со стоическим спокойствием. Джентльмен! Ни дать ни взять! Чёрт бы его побрал. А я уже засучила рукава и приготовилась дать длинную отповедь — на правах супруги — обоим сразу. Но тут перехватила повеселевший взгляд Сатори и резко передумала.

Он стоял и с лёгким, галантным интересом разглядывал повисшее на шее моего мужа рыжее недоразумение.

— Она не хотела его отпускать, — Коля виновато кивнул на продолжающих пьяно обниматься Сергея и Кирочку. — Кричала, что выбросится за борт, если я уведу её мужчину… Её отвезти в каюту?

Коля, точно нашкодивший щенок, воззрился на Бедфорда.

— Дверь почини, — снисходительно бросил Сатори Коле. — И Вика из мастеровых позови…

Затем перевёл взгляд на Сергея и Кирочку. Рыжеволосая, кажется, только сейчас начала соображать, где оказалась. Разок громко икнула и опасливо огляделась. Яхта опять накренилась, и Кирочка кубарем полетела на Колю, который к этому моменту принялся разглядывать неполадки с дверью. Очередной порыв ветра завертел их ещё сильнее, и оба чуть не вылетели через перила в бушующий океан. Сергей, пьяно растопырив руки, попытался прийти на помощь, но только усугубил ситуацию. Теперь мокрые от солёных брызг, на полу палубы валялись все трое.

— Кажется, это становится опасным, — Тор Бедфорд весело улыбнулся.

Я не сразу… но тоже начала потешаться над комичностью ситуации.

С Кирочки словно сошёл весь хмель. Мокрая, в задравшейся юбке, она никак не могла подняться на ноги из-за усилившейся качки судна. Сергей так же нелепо старался встать, но валился на четвереньки. Один Коля умудрился с трудом подняться, вцепился в дверной косяк и начал что-то говорить в гарнитуру на ухе — видимо, мастеровому Вику, какие инструменты захватить.

Коля явно был не помощник. Он и сам едва держался. Так что первой не выдержала я.

Иногда качка проделывает с людьми такое: они пытаются встать, но вестибулярный аппарат отказывается работать слаженно с другими органами чувств. Ориентация в пространстве теряется, и человек не может элементарно устоять на ногах или сделать шаг в нужном направлении. Со мной тоже такое бывало. Пока я не начала тренироваться.

Сделав несколько уверенных шагов, я быстро подскочила к Сергею и одним рывком поставила его на ноги. Раньше я никогда не демонстрировала мужу своей истинной силы. Да, он знал про каратэ и соревнования ниндзя… но всегда считал это детской забавой. На мои тренировки и медитации он вообще поглядывал косо. А тут вдруг впервые ощутил мою силу и недоумённо уставился на меня.

Но мне некогда было с ним объясняться. Второй рукой я попыталась ухватить Кирочку. Хотела, конечно же, схватить её за наглые рыжие космы, но хорошие манеры пересилили. Я потянулась к её руке.

И тут меня опередил Бедфорд. Одним мощным рывком схватил девушку за талию и впихнул внутрь кабинета:

— Придётся менять место дислокации, — усмехнулся Тор и скептически глянул на болтающуюся, точно флюгер, дверь. — Всегда забываю, что у людей слабый вестибулярный аппарат… Прости, что не помог сразу…

Умеет же он удивлять! Бедфорд — и извинился!

Я сдержала нахлынувшую неловкость и тоже прошла внутрь, подталкивая перед собой Сергея.

— Спустимся в мои апартаменты, — сказал Сатори. — Там должно быть спокойнее…

Он помог рыжеволосой, а я потащила на себе Сергея. Как всегда… Привычное занятие за много лет совместного брака.

По винтовой лестнице в углу кабинета мы спустились на палубу уровнем ниже и оказались в огромных, столь же роскошных, как и всё на яхте, апартаментах Бедфорда.

Здесь царил контраст белого и чёрного. Белоснежный пушистый ковёр контрастировал с чёрной изысканной итальянской мебелью, а белые абажуры светильников гармонировали с чёрной ковкой оснований… Соединение противоположностей, игра противоречий…

С удовольствием огляделась. Люблю, когда красиво.

Письменных столов здесь не было — только комоды, консоли, мягкая мебель и журнальный столик посередине. В дальнем конце гостиной я заметила двери спальни и… Едва успела различить силуэт, но там мелькнула обнажённая девушка… Или мне почудилось?

Едва уловимый хлопок — и я поняла, что кто-то выпорхнул из спальни в коридор.

Тор глянул в том же направлении и недовольно поморщился.

Значит, я ему со своими переговорами горячую ночку испортила?..

Мой муж Сергей пришёл в себя и теперь сидел в кресле прямо, почти трезвый. Кирочка со спутанными мокрыми волосами успела схватить предложенное Бедфордом полотенце и пыталась высушить пряди.

— Крепкого кофе?

Не успел Сатори это произнести, как дверь открылась и в комнату вошёл стюард, катя перед собой тележку с ароматным кофе, сладостями и крошечными фарфоровыми чашечками. Стюард, повинуясь едва уловимому жесту хозяина яхты, тут же исчез. Персонал у Бедфорда, надо признать, был вышколенный и расторопный.

А потом началось самое немыслимое.

Сначала всё шло почти прилично. Бедфорд на правах радушного хозяина угощал кофе. Я с удивлением понимала, что слишком успокоилась, и гадала, не Тор ли так умеет воздействовать. Моё внутреннее сопротивление истончилось до немыслимых пределов. Я слушала его уверенный голос и интонации почти с удовольствием.

Бедфорд говорил скупо, сухо, но по делу. Сначала обрисовал перспективы нашего сотрудничества с «РэдКин», поздравил с вступлением в клуб миллионеров, наметил планы дальнейшей работы. Говорить он умел красиво. Я почти заслушалась. Его голос убаюкивал и уносил в страну прекрасных грёз. Я пила восхитительный ароматный кофе, поглядывала на Сергея и Кирочку, которые тоже впали в какое-то сомнамбулическое блаженство, и была как никогда спокойна.

А потом Бедфорд перешёл к самому… невозможному:

— …Мы могли бы дружить семьями. Скрепить такое глубокое сотрудничество более… интимными отношениями. В контракте всё прописано…

Он разложил перед каждым из нас несколько листов бумаги.

Контракт?

Я уставилась на буковки, которые тут же начали прыгать перед глазами.

— «Официальное открытие семьи со всеми юридическими последствиями на неопределённый срок для Киры Шохиной и Сатори Бедфорда», — внимательно прочитал Сергей и восхищённо присвистнул.

О таком мой супруг и мечтать не смел! И бывшая жена в кармане, и любовница при статусе! Так еще и столь влиятельный человек ему предлагает желанное, которому отказать неприлично! Просто мечта, а не контракт.

— Согласен! Очень изысканное решение! — с восторгом проговорил Сергей и, окрыленный, уставился на Кирочку.

Та растерянно хлопала накладными ресницами. Видно, их там, в стриптизе, читать не сильно учили.

— Эта типа… открытый брак… Как щ-а-а модна-а-а?.. — наконец выдала рыжеволосая.

— Он самый! — победно провозгласил Сергей, точно он сам этот контракт придумал.

Я сидела и не произносила ни звука. В отличие от моего супруга, контракт я успела прочитать не менее трех раз. А еще разглядела все ссылочки и сносочки. Там значилось нечто очень для меня подозрительное: в случае рождения мной ребенка единственным законным его представителем должен считаться Тор Бедфорд.

Мой суженый о сюрикенах и слыхом не слыхивал. Он воспринимал предложение Бедфорда как новомодную затею, как шведскую семью на новый манер — для укрепления, так сказать, миллиардного бизнеса. И был в полнейшем восторге.

А вот я, прочитав Свод, сидела в тихом недоумении.

Ну ладно. Редкий секс с красивым, да что уж там, потрясающе красивым, брутальным самцом, мультимиллиардером — такое ни одной даме не повредит… Но вот касательно детей…

Я обожала Антоху. Любила его всем сердцем!!! Но всегда втайне… переживала, что не могу иметь своих детей. Разъяснения Куппа про невозможность иметь женщинам-сюрам потомства от более слабой мужской особи… я приняла скептически. Я до сих пор не могла смириться с мыслью, что я сюр, а не человек.

Но то, что Бедфорд включил этот пункт в договор…

Значит, не исключает?!

Я подняла голову и посмотрела на Тора Бедфорда.

Он тут же глянул на меня в ответ.

Кирочка и Сергей уже восторженно обсуждали, как же мы восхитительно заживем. Кирочка при этом принялась очень игриво поглядывать в сторону Бедфорда, но потом опять переключилась на любовника, а теперь уже почти мужа.

А Бедфорд смотрел только на меня.

Неотрывно.

Мы вели с ним немой диалог.

Уговорил ли он меня на редкий секс с ним?.. Да, в общем-то, после всех аргументов и чтения Свода внутренне я была согласна, что его предложение, пожалуй, самое разумное из всех возможных вариантов. Да, не решение всех моих вопросов, но как временная мера — сойдет.

Но этот пункт выбил меня из колеи.

— Подпиши, — произнес Бедфорд очень жестко.

Сергей уже давно подписал. Кирочка, высунув кончик языка от усердия, тоже ставила свои подписи во всех нужных местах…

А я все никак не могла переварить новые вводные.

— Измени этот пункт, — прошептала я одними губами.

Тор Бедфорд отвел глаза в сторону. На его скулах заиграли желваки. Кажется, я взбесила его сверх меры этой простой просьбой.

Сергей с Кирочкой тем временем вскочили с кресел и подались в сторону барной стойки.

Сергей орал, что надо отметить уникальное событие, что он на такое чудо с моей стороны даже и не надеялся, что сегодня взошла его счастливая звезда… Кирочка ему вторила. Они принялись обниматься и целоваться. И, кажется, совершенно про нас забыли.

Так что Бедфорд говорил не таясь:

— Мы не будем с тобой семьей, — произнес он с напором. — Это же уловка… просто взаимовыгодное сотрудничество… Я получаю силу. Ты — жизнь.

— Мне отвратительна даже мысль о том, чтобы создать с тобой семью! — прошипела я сквозь зубы. — С таким циничным, холодным, самовлюбленным, упрямым засранцем!!!

— Тогда мне нужны гарантии, — хрипло ответил Бедфорд.

Я недоуменно уставилась на этого наглого самца.

— Мне нужно точно знать уровень нашей совместимости. Чтобы понимать, ради чего я должен выходить за рамки…

Я не до конца могла осознать (я еще слишком мало знала о мире сюрикенов), но понимала, что сейчас Бедфорд, предлагая мне красивые условия договора, идет вразрез с негласными правилами их общества. Нарушает неписаные нормы.

— Ты говорил, что аппаратура в Академиях. Но если я окажусь там без договора… меня обяжут пройти испытания. И я… погибну… верно?..

— Я говорю о способе по старинке… — Бедфорд криво усмехнулся. По его ухмылке я сделала не самые радужные выводы.

— И… — произнесла я осторожно. — Это абсолютно надежно?

— Надежнее новомодных методов с электроникой. Так мои предки проверяли уровень совместимости тысячелетиями, прежде чем заключить союз с человеческой женщиной. Если ты согласна, я внесу правки в договор по результатам. Если же я не буду знать точно, но подпишу договор, слишком удобный для тебя… Все важные документы фиксируются Советом. Совет может истолковать этот контракт как проявление… моей слабости…

Я опять недоуменно уставилась на Бедфорда.

— Слабость — это подписать нестандартный, слишком щадящий договор с человеком, — пояснил Бедфорд. — Для таких случаев есть принятые нормы. Если я вношу изменения, должна быть веская причина. Например — очень высокая совместимость. Если же ее не будет, то не о чем переживать. Старый договор подойдет, так как я никогда не соглашусь на слабое потомство. У тебя никогда не будет… от меня ребенка…

Вот умеет же Бедфорд подлить масла в огонь. Меня и так насторожил пункт договора. А теперь заявляет, что у меня никогда не будет от него детей…

Да не хочу я от него никого!

Но сам факт!..

Стало тошно и противно. Я кончиками пальцев отодвинула договор подальше, точно склизкую жабу.

— Проверяй побыстрее это… долбаную… как там ее… энергетическую совместимость… Руку дать, пульс померить?..

Я отвернулась от дико сексапильного брутального самца и уставилась в стену. Уж лучше стену разглядывать, чем его наглую физиономию.

Бедфорд что-то быстро проговорил на гортанном по телефону. Появился Коля, помахал перед Кирочкой и Сергеем дорогущей коллекционной бутылкой виски и увел восвояси.

Мы с Бедфордом остались одни.

— Лучше пройди туда, — миллиардер указал рукой в сторону спальни, — там будет удобнее…