Глава 10
На место возбуждения тут же явилась паника.
Если Костина услышала хотя бы один подозрительный звук (а таких я издала немало), то она из него мигом историю такую насочиняет, что на голову не натянешь
И эта страшная женщина не остановится на банальном: «они спят вместе». Такими слухами обнесет, что мы с Аполлоном еще доказывать будем, что всего лишь собирались сексом заняться.
В общем, вся жизнь, как говорится, пронеслась перед глазами, которые в ужасе расширились.
Кажется, я намеревалась вскрикнуть, но Игорь вовремя среагировал, зажав мне рот ладонью.
Ой.
А нормально, что меня это заводит?
Ёлки-палки, Влада!
Совсем потекла.., тьфу ты, поплыла!
Дальше из селектора послышалось надрывное выпроваживание в исполнении Веры и настойчивое желание прислонить ухо к двери от Кати.
Мы с Игорем замерли, не разрывая взглядов, до тех пор, пока не услышали закрывающуюся дверь приемной и облегченный вздох Веры.
Затем селекторная связь отключилась.
- Вера же видела тебя утром, - я зачем-то шепотом начала выдавать очевидное. – И сама привела меня сюда. И селектор случайно зажать не могла.., - крепко зажмурившись, я страдальчески хныкнула. – Боже, она же обо всем догадалась и только что спасла наши задницы!
- Догадалась – сильно сказано, - совершенно не смутившись, хмыкнул нахал, - а вот над звукоизоляцией надо поработать, раз моя девочка такая громкая.
Последние слова он произносил, приподняв уголок губ в порочной и невероятно манящей улыбке.
- Кто? – сначала не поняла, кого Игорь имеет в виду. – Я? Я не твоя! И это больше не повторится.
Девочки, ну что вы не знаете, как это бывает? Возмущаешься, гордо вертишь носом, а внутри вся аж трясешься от желания мурлыкать.
Вот и я: говорила одно, а в мыслях представляла, как он меня поцелуем заткнет и скажет, что я его и только его.
Ну что поделать. Поколение взращенное на «Кармелите»…
- Херня. И херня, - поочередно загнув два пальца, заявил Кравцов-идеал. – Самая красивая. Самая умная. Самая сладкая. Самая моя. А стол к следующему разу поменяю. Низковато.
- Ты совсем.., - «оборзел» должно было прозвучать, но Аполлон резко прижался к моим губам, обхватив лицо ладонями, а затем так же неожиданно отстранился.
- Все, детка, пора работать.
- Как мне работать? – обиженно выдала. – От моей блузки только клочки остались.
- Ты же дизайнер. У тебя огромный цех швей. Неужели ты не можешь решить эту проблему? – деловито заявил Кравцов-козел, расстегивая зачем-то на себе рубашку.
- Кравцов, ты в своем уме? А до цеха мне как идти. А объяснять, почему я из кабинета босса в разорванной одежде вышла, как?
Игорь ничего не отвечал. Тихонько посмеиваясь, стянул с себя рубашку, представляя мне во всей красе те самые мышцы и кубики, о которых я столько читала, но и не надеялась потрогать. Увидеть, в смысле! Не собираюсь я его трогать!
Правда, подумать об этом надо было раньше.
До того, как моя рука, сама по себе взметнулась, прижавшись к напряженному животу. Мамочки, какой же он твердый и горячий.
Не отдавая отчета в том, что творю, скользнула рукой вверх к мощной груди. Обрисовала плечо. А затем нежно двинулась по шее, прикладывая ладонь к немного колючей щеке. Кажется, кто-то сегодня не побрился.
Взгляд мой, в который раз, утонул в гипнотических карих глазах. В них горели голод и обещание, которые отзывались во мне нарастающей пульсацией между ног и опасным трепетом где-то глубоко за грудиной.
Нужно было собраться и вернуть себе осознанность, но оторваться от этого мужчины выше моих сил. Да и Аполлон не помогал. В какой-то момент, наклонил голову и потерся о мою руку, блаженно прикрыв глаза.
Будто между нами не только похоть. Будто это что-то значит. Я что-то значу.
Затем Игорь выпрямился и накинул на меня свою рубашку.
- Продень ручки, - нежно велел он.
Я сделала это, а мой Аполлон застегнул все пуговицы и легко снял меня со стола.
- Теперь заправим, - сосредоточенно произнес, приводя в порядок мои брюки. – Вуаля, кажется, я понял, как работает оверсайз.
Честно говоря, мне было плевать, как я выгляжу. Жест его заботы тронул так, что я рисковала расплакаться. А его рубашка на моем теле… Кажется, у меня появился фетиш на одежду Игоря Кравцова. Я ощущала его тепло, запах, ауру… И это было лучшее, что я когда-либо носила.
Твою-то мать.
Влада, ты в дерьме…
- И кстати, белье было прощальным подарком. Я расстался с Ингой, - совершенно серьёзно добил меня Аполлон.
Отскочив от него как ошпаренная, я что-то нечленораздельное промямлила и позорно сбежала.
Мне нужно было попаниковать наедине с собой.
Потому что, кажется, я начала влюбляться в Аполлона.
И это плохо-плохо-очень плохо!
Потому что Игорь – не тот милый интеллектуальный зануда, которого я придумала, решив женить на себе нового босса.
Кравцов – это ожившая мечта. Греческое божество (не зря я его Аполлоном окрестила). Он красив, умен, сексуален. Боже, да его энергетикой можно снести полстраны!
А еще он – бабник. При наличии девушки пытался охмурить другую. А потом с такой легкостью бросил, чтобы процесс продвигался быстрее. Как скоро я надоем Кравцову? Как скоро какая-нибудь легкомысленная моделька окажется привлекательнее, стройнее, легче на подъем? И как сильно к тому моменту я прорасту в него?
Несколько дней, несколько прикосновений, и Игорь Кравцов уже в моей крови. Я думаю о нем. Хочу видеть его расслабленную улыбку или напряженную складку между бровей, когда он думает. Ловлю каждое движение, каждый вздох.
Может это и пройдет со временем. Когда гормоны устаканятся.
А может все станет гораздо хуже.
Готова ли я так рисковать?
Нет.
Я уже слишком стара для разбитого сердца.
Мне нужно просто держаться от Игоря подальше. Тогда его интерес пропадет, и Кравцов переключится на новую жертву.
Вот только знала бы я, как непросто будет следовать элементарному плану.
Потому что, начиная с этого дня, Аполлон как с цепи сорвался. Ловил меня в коридорах, тиская, пока никто не видит.
Вызывал по сто раз в день, потому что, видите ли, соскучился и хотел поцеловать. Даже на свидание звал. Я отказалась, хотя все мое существо рвалось к нему навстречу.
Новый год тоже предлагал отмечать вместе.
Я снова отказалась.
Да, я трусиха. Я боялась, что он отвернется в тот самый момент, как получит мое тело. И боялась своей реакции на это.
Именно поэтому вместо того, чтобы плавиться в руках Аполлона, тридцать первого декабря сидела на кухне и вместе с сестрой резала оливье.
Благо, Олькины приключения не давали мне хандрить. Да-а-а уж, вляпываться моя систер умеет виртуозно.
Хотя… Может у нее еще есть шанс на новогоднее чудо...