Глава 7

Спустя минут пятнадцать мы ехали с мамой в сторону дома. Она сосредоточено рулила, погрузившись в себя.

— Мам, — позвала я ее. — Как прошло знакомство?

Любопытство взяло верх. Сидеть уже просто не могла, ерзая на сиденье, которое мне стало вдруг очень неудобным.

— Нормально, — отозвалась она. — Поговорили. Он считает, что тебе нельзя запрещать заниматься. Просил задуматься о твоём будущем и карьере в спорте. Он считает, что ты способна достичь успеха.

Боже… На щеки лёг румянец удовольствия. Неужели Камиль правда так сказал? Такая высокая оценка от профессионала уровня Валиева — дорогого стоит.

— А ты что ответила?

— Ох, Соня, — вздохнула мама. — Ты же знаешь, что я никогда не была против. Такое мнение от чемпиона о многом говорит… Но папа! Я не знаю как с ним быть. Я очень надеялась, что учёба тебя отвлечёт, и ты перегоришь. Но теперь вижу, как тебя тяготит это все… Ваш танец… это было так красиво! Ты очень талантливая, Камиль Наилевич прав. Но что делать и как помочь тебе я не знаю. Папа нас с тобой обеих убьёт….

Да, с каждым ее словом согласна. Тут же поникла.

Ну почему отец такой твердолобый?

— Ты задумала бросить институт? Я права? — вдруг запада вопрос мама.

— Я… — не нашлась сразу, что ответить. — Да, я думала об этом, если выиграю соревнования на Россию. Я хочу поступить в школу олимпийского резерва. Со следующей осени.

— Я уже поняла, — ответила она. — Ты слишком много сил и значения придаёшь этим соревнованиям. Теперь понимаю, почему.

— Ты не простишь меня? — спросила я, глядя невидящим взглядом в окно на приносящие мимо дома и деревья.

— Я прощу, малышка. Я за тебя. Буду счастлива, если будешь счастлива ты. А вот папа…

Мама припарковала машину возле дома и сказала:

— Кирилла нет. Пойдём, чайку попьём с тобой.

Вышла следом за ней и пошла в дом. У мамы явно остались вопросы. Придётся отвечать на них, если я хочу, чтобы она осталась на моей стороне. Если бы она только знала, что сил и терпения подчиняться диктатуре папы у меня уже больше не осталось, я просто на грани. Но и как быть тоже не знаю…

— Садись, — указала мама на барную стойку в кухне.

Я разулась, повесила джинсовую куртку и свою сумку в гардероб, прошла к столу. Устроилась на высоком стуле и стала ждать, пока мама нальёт чай в две фарфоровые чашки и поставит их передо мной.

Она села рядом, постучав пальцами по столу посмотрела на меня:

— Он тебе нравится, да?

— Кто? — выпалила я глупый вопрос.

— Камиль, конечно, — ответила она и запустила руку в волосы.

Этот разговор тоже волновал ее. Я молчала, глядя в свою чашку. Чай встал поперёк горла.

— Да не молчи, Сонь, — снова обратилась она ко мне. — Я не собиралась тебя ругать.

— Правда? — с надеждой подняла я глаза на неё.

— Правда, — улыбнулась она. — Если помнишь, твоя мама и сама влюбилась в не самого лучшего парня в мире, и все тоже были против. Я просто хочу знать. Вижу, что с тобой не то что-то происходит. Ты даже не представляешь себе, как страшно и больно видеть, что с твоим ребёнком неладное творится, но ты даже не знаешь в чем дело. Не скрывай от меня. Я пойму тебя, милая.

На душе будто стало на сто килограмм легче. Я так боялась, что мама не поймёт, будет упрекать меня за чувства, ругаться, что я думаю вовсе не о том.

— Да, мам. Он мне нравится. Очень… — ответила честно.

— Милая, — прижала она меня к себе. — У тебя случилась первая любовь. Как это мило. Зайка моя. Ты стала такой взрослой…

Почувствовала, что она начала плакать. Отстранилась немного и заглянула ей в лицо. Не ожидала такой реакции.

— Ма, ну ты чего?

— А ничего, — снова притянула она меня к себе на грудь. — Вот свою заведёшь дочь, вырастет она да как скажет, что влюбилась и скоро улетит птичкой из отчего дома, тогда и поговорим…

Я снова поднялась и взяла ее за руки.

— Так я никуда не улетаю же ещё… Сначала соревнования надо выиграть.

— Ты их выиграешь. Я верю в тебя. Да ещё с таким тренером… Какой он молодец, такой номер красивый поставил. Он тебя приведёт к победе. Слушай его. Только прошу… Осторожнее… Мужчины, они такие… Не позволяй лишнего. Не позволяй того, чего сама не захочешь. Он слишком взрослый для тебя, Сонечка. Тебя просто сметёт страсть взрослого мужчины… Но это твой выбор, и сердцу не прикажешь, я знаю. Просто будь осторожна с ним, прошу тебя. Я не переживу, если он разобьёт твоё сердце, которое впервые забилось от любви.

Было очень неловко говорить с мамой об этом, но видимо, настало время, когда о таком придется разговаривать.

— Мам, да у нас нет ничего. Камиль, он… себе не позволял ничего. Он не пересекает личные границы. Я даже не уверена, что мое чувство взаимно.

— А мне сегодня показалось, что что-то есть. Когда вы танцевали. Так чувственно было. Очень. Невозможно так сыграть.

В сердце ёкнуло от маминого ответа. Неужели в самом деле мне не показалось, что нас обоих захлестнула страсть в этом танце? Невозможно в это поверить… Руки задрожали.

— Я не знаю, мам, — ответила я негромко. — Я не стремилась к этому. Я просто хочу быть фигуристкой, и все.

— Знаю. Но любовь приходит нежданно-негаданно. Она никого не спрашивает, ждали ли ее. Уж поверь мне.

Она захихикала, вспомнив в очередной раз свою юность, и у меня тоже побежала улыбка по губам. У них с папой в самом деле все было далеко небезоблачно. Добавили деду Паше и бабушке Тае седых волос на головы своей историей любви… Хоть роман садись пиши!

— Можно я спать пойду?

Приятно, конечно, когда мама тебе друг и соратник, хоть и втайне от папы, и понимает тебя. Принимает такой, какая есть. Но спать уже хочется жутко… Скоро рот от зевоты порвётся.

— Конечно, иди, милая, — отозвалась она. — Завтра у тебя сложный день. Хоть и приятный. Ты завтра станешь ещё взрослее…

— Угу, почти старушкой. Целых девятнадцать лет стукнет обухом по голове, — зевнула я опять. — Ещё и тренировки сейчас ежедневно. Пойду я…

— Спокойной ночи, зайка.

— Хороших снов, мамуль. Спасибо тебе… за все!

* * *

Утро началось прекрасно. Мой девятнадцатый день рождения выпал на субботу, а потому мне сначала дали как следует выспаться. Проснулась от мягких и тёплых поцелуев мамы.

— Соня, вставай. Уже десять утра. Вот же соня!

— Уже? — сонно протянула я.

Вставать совершенно не хотелось.

— Уже. С днём рождения, милая!

— Спасибо, мамуль, — улыбнулась я, принимая очередную порцию праздничных объятий.

— Подарки готова получать?

— А то, — потянулась я в кровати. — Только в душ сбегаю, и себя в порядок приведу.

— Давай, — сказала мама, поднимаясь с моей постели. — Мы тебя все ждём внизу.

— Хорошо.

В чудесном настроении после утренних процедур спустилась в столовую и обнаружила накрытый стол и всю семью в сборе в праздничных колпаках.

— Ура-а-а! — забасил мой брат и от души дунул в противно пищащую дудку. — Именинница отмылась, наконец.

Сморщилась от противного звука. Ну кто их придумал только, штуки эти?

— Можно без вот этого? — указала я рукой на дудку.

— С этим вот! У тебя день рождения! Праздник, — заявил Мирослав и снова дунул. Два раза.

— Мама, забери эту супер-флейту, а то сейчас именины превратятся в убийство за праздничным столом.

Младший засранец засмеялся и опять дунул.

— Ну хватит, в самом деле, — папа резко вырвал дудочку из рук сына. — Подудели и будет. Садись, дочь. Мама испекла твой любимый пирог с клубникой.

— А вот это я люблю, — уселась я за стол в ожидании.

— Сейчас подам, — засуетилась мама, вытаскивая из-под стола небольшую коробку, завёрнутую в цветную подарочную бумагу. — Но сначала подарки! Это от нас с папой. С днём рождения, милая!

Она потянула коробку мне, и я тут же с любопытством, словно мне не девятнадцать, а восемь, разорвала бумагу и заглянула внутрь. В коробке нашлись принадлежности для ухода за коньками. Дорогие, такие сама себе я бы не купила. И очень кстати, кое-что из моих запасов как раз иссякло.

— Вау! — подняла я горящие глаза на родителей. — Спасибо! Классный подарок. И ты, папа, был не против?

— Нет, — крякнул Ланской-Старший. — Мама меня уговорила, что это будет лучший подарок для тебя. А я все же для тебя, дорогая.

— Па-а-а, — протянула я и кинулась к нему на шею. — Ты такой бываешь милый! Спасибо.

— Да-да, — неуклюже похлопал он меня по спине. — С днём рождения, и всё такое прочее… Только не забывай об учёбе!

Мы с мамой тайком переглянулись, но я лишь улыбнулась в ответ, чмокнув щетинистую щеку отца. Разберёмся с этим позже. Не стоит портить себе день именин.

— Конечно, пап. Конечно.

Села на своё место и взглянула на брата. Хоть мы и постоянно подтруниваем друг над другом, но я знаю, что младший засранец меня любит, и наверняка тоже приготовил подарок.

— Гхм… — прокашлялся он и даже встал для солидности. — Дорогая Соня. Сестрище ты моё! Я тебя поздравляю с твоим хэппи бёздником, и в этот светлый праздник я приготовил тебе подарок. Лови.

Мир вынул из кармана длинную сафьяновую коробочку и протянул мне. В радостном предвкушении открыла, и ее и перед глазами оказалась золотая цепочка с кулоном. Милая вещица, и ничего особенного в ней нет, но вот кулон… Навряд ли он мог найти такой в магазине. Наверняка кулон сделан на заказ — маленькая грациозная фигуристка с кубком в руках. Работа тонкая и точная, просто заворожила…

— Это… так красиво, — подняла я глаза на брата. Потом побежала обнимать и его, хотя он и пытался убежать. — Ух! Обожаю!

— Да задушишь же, Сонька! — возмущался он и фыркал, хотя я-то знаю, что доволен произведённым эффектом.

— Где же вы нашли такую вещь? — спросила я, снова усаживаясь на свой стул, и принимая из рук мамы кусочек любимого пирога.

— Там, где нашли — уже нет, — важно отозвался брат. — Мне немного помогла Мама, но идея моя.

— Спасибо, — снова поблагодарила я и нацепила безделушку на себя. — Офигительно красиво!

— Соня, — поморщился отец. — Выбирай выражения за столом.

— А мне сегодня все можно! — отшутилась я и сунула в рот вкуснейший кусочек маминого пирога.

* * *

В субботу тренировки проходят днём. Хотя сегодня я и именинница, но работу по полной никто не отменял. В положенное время я уже находилась в раздевалке, принимая подарок Заморёновой.

— Там сейчас такие крутые акции как раз, наберёшь по скидкам!

Она торжественно вручила мне сертификат в очень хороший магазин парфюмерии. Сумма не очень большая, но я знаю, что и она далась Насте нелегко. К тому же, подруга права — скидки у них действительно бывают стоящие!

— Спасибо, дорогая! — поцеловала я ее в щеку и бережно припрятала подарок.

Завтра же его обналичу. Девчачьи радости я очень даже люблю! Может, сама же Заморенова и составит мне компанию завтра. Если я, конечно, не «переотмечаю» сегодня в клубе.

— Пойдём, что ли, кофе долбанём, пока тренировка не началась.

— Погнали, — поддержала меня Настя. — Сегодня исполню любой твой каприз, малыш!

— Да иди ты!

— Так иду же!

Под смех и шутки мы дошли до кофейного аппарата и вдруг утихли. Он был занят Камилем, который ждал свой заказ.

— Здравствуйте, Камиль Наилевич, — первая поздоровалась Настя и врубила кокетку девяносто девятого уровня.

Он обернулся на нас, мазнул взглядом по обеим, и ответил:

— Добрый день, девочки.

Камиль взял свой стаканчик и отошёл в сторону.

— Прошу вас, аппарат свободен. Только спортсменкам не советую слишком увлекаться кофейными напитками.

Еле удержалась, чтобы не закатить глаза — уж очень тренер сейчас похож на моего папочку в самые его ворчливые и занудные дни.

— Учтём, — отозвалась Заморенова, игриво накручивая длинную прядь волос на палец.

Тренер отпил кофе и продолжал молча смотреть на меня. Я — на него. Потрясающие мгновения. Так бы и смотрела всю жизнь…

— Сонь? — позвала Настя.

— Что? — откликнулась я, не отлипая глазами от Камиля. Блин, он даже кофе прекрасно пьёт из безобразного одноразового стаканчика. Этот стакан не достоин его!

— Ты кофе-то берёшь? Мы что прошли сюда?

— А, — подняла вверх брови и двинулась к аппарату. — Конечно. Да.

Пока выбирала себе напиток, Настя решила продолжить разговор с тренером, который уже допил свой кофе и выкидывал стаканчик в урну.

— Камиль Наилевич, а вы поздравили Соню?

Забрала свой заказ и вернулась к подруге.

— С чем? — спросил он Настю, пока я довольно ощутимо наступила ей на ногу, чтобы не продолжала. Но кажется, уже поздно…

— С днём рождения, — ответила она и негромко охнула от боли.

— И когда же это событие? Я пропустил? — серые глаза остановились на мне, вгоняя в краску.

— Ещё нет. Сегодня, — ответила я.

— Что ж… — сказал он, не обрывая зрительного контакта. — С днём рождения!

— Спасибо.

— А отмечать будем в «Boston». Знаете клуб такой? — снова влезла Настя, и мне захотелось отдавить ей и вторую ногу.

— Знаю, — ответил Камиль.

— Вот там собираемся сегодня. Представляете как весело будет? В восемь вечера.

Покраснела. Настя имеет наглость приглашать на мой день рождения тренера?! Кажется, до вечера в клубе «подруга» просто не доживет!

— Хорошо вам повеселиться, — изогнул бровь Камиль. — Тренировка начнётся через пять минут.

Он уверенным шагом ушёл в строну катка.

— Что ты несла тут, Заморёнова, блин?! — тут же накинулась я на неё, пока мы тоже спешно отправились в зал.

— А что? — развела она руками. — Я просто сказала ему, где будет праздник, и все.

— Где, и даже во сколько! Зачем ты его так открыто пригласила? Он же не придёт.

— Придёт, — ответила она. — Чувствую пятой точкой.

— Я сейчас твою эту чувственную пятую точку отобью нафиг! Я чуть со стыда не сгорела! Он ни за что туда не придёт!

— Придёт, — настаивала на своём она. — Спорим? На коктейль.

— Да пожалуйста, — ответила я. — Только придётся тебе пить воду, потому что поиграешь.

— Посмотрим. Я люблю «Мохито».

* * *

После тренировки у меня еще было время отдохнуть и привести себя в порядок. В клуб мы заходили с Заморёновой при полном параде. Хоть меня и отпустили не допоздна, несмотря на мой день рождения, я всё равно была намерена повеселиться от души с подругами. Компания девчачья — само собой, иначе папа поплёлся бы вместе со мной!

Приглашенных не очень много — несколько девчонок из группы поддержки, еще две фигуристки кроме меня и Насти, и три мои сокурсницы. Выбрали большой стол в самом центре и разместились на удобных диванах. Официант тут же принялся принимать заказы и бегать с подносом от кухни до нас. Громкая модная музыка должна была настраивать на весёлый лад, но только мне всё никак один-единственный коктейль не лез в горло. Я ждала его, и ничего не могла с этим сделать. Даже алкоголь и танцы не могли меня заставить расслабиться и не оглядываться каждый раз в поисках серых глаз.

Зря Настя это сделала… Конечно же, он не придёт, я вовсе не удивлена. Но всё равно жду… И всё равно испытываю досаду по этому поводу. Лучше бы она Камиля не приглашала, я хотя бы не лелеяла тихую, но очень настырную, надежду…

— Соня, хватит грузиться, — крикнула мне в ухо через музыку подруга спустя два часа нашего «безудержного веселья».

Танцевать мы уже устали и сидели на диванчиках, потягивая коктейли.

— Я не гружусь, — тряхнула я головой. — Всё нормально.

— Оно и видно, — вздохнула она. — Ну не пришёл он. Ошиблась я.

— С тебя коктейль, Заморёнова. Ты проиграла.

— Да, это фиаско, братан, — поджала она губы. И крикнула официанту. — Ещё два «Мохито» принести, в отдельный счёт.

Офоициант ушёл, и Настя снова заговорила:

— Будем горе запивать. Ты же понимаешь, почему он не пришёл.

— Ну и почему?

— Потому что ему не место в клубе с восемнадцатилетними девчонками.

— Зачем ты тогда его позвала вообще? — раздражённо поболтала трубочкой в бокале.

— Надеялась, что общественное мнение для него не столь важно.

Я понимаю, что она имеет ввиду. Если бы тренер пришёл, то совершенно очевидно, что ко мне. Поползли бы слухи и сплетни. Возможно, этим он даже оберегает в первую очередь меня от пересудов, ну и себя тоже. Особенно, если всё это ему не нужно…

— Общественное мнение тут не при чем, — хмуро отозвалась я. — Я просто ему безразлична.

— А вот это пока совершенно ни о чем не говорит, — подняла брови, а мне захотелось истерично рассмеяться.

— Ну нет уж, — отмахнулась от нее. — Больше я не хочу ни на что надеяться и слушать твои романтические выдумки.

— А я тебе говорю, что это не показатель, — не унималась Заморёнова. — Может, у него это, боязнь клубов?

— Ага, и боязнь молодых девушек еще, — отбила я. — Поехали домой. Время праздника выходит. Не хочу нарваться еще на проповедь отца.

Допили свои напитки, попрощались с девчонками, которые решили позависать в клубе ещё, вызвали такси и отправились по домам. Всё равно настроения никакого праздновать уже нет. Я так ждала его, так ждала… Дурочка… Ну и на что я надеялась, почему я надеялась? Всё Заморёнова со своей светлой верой в большие чувства! И ведь меня убедила тоже. Где была моя голова, что я так захотела в это верить?

Разулась в коридоре, бросила сумочку и куртку на комоде прихожей и пошлепала босиком в комнату. В гостиной смотрела телевизор мама. Видимо, ждала меня. Она всегда не спит, если я отлучилась на вечер.

— Привет, — сказала она. — Что-то ты раньше двенадцати. Как погуляли?

— Нормально, мам, — попыталась я скрыть своё истинное настроение. Ни к чему ей об этом знать. Они так старались сделать этот день для меня особенным. — Просто устала. Тренировки выматывают.

— Понимаю, — кивнула она. — Может, чаю хочешь? Или пойдешь отдыхать?

— Нет, мам, спасибо. Отдыхать.

— Ну иди, милая. Спокойной ночи, девочка моя. С днём рождения тебя ещё раз.

— Спасибо, — подошла к ней и чмокнула в щеку. — Всё было замечательно! Правда.

— Очень рада, — погладила она меня по плечу. — Кстати, там тебя еще один подарок ждёт.

Застыла на месте. Сотни мыслей закрутились вихрем в голове. Неужели..?

— Да? — подняла я вверх брови. — А от кого?

— Не знаю, — пожала плечами мама и лукаво улыбнулась. — Не подписались. Привёз курьер, для Софии Ланской.

— Тайный поклонник? — усмехнулась я.

— Видимо, так, — кивнула мама. — Мистер Инкогнито.

Мы обе прекрасно понимаем, кто мог прислать мне подарок. Не Зайцев же. Пошла вверх по лестнице, чтобы понять уже по самому подарку, правильно ли я думаю. Не подписался, да, но ведь должен быть какой-то еще намек? Или мне так хотелось просто…

Открыла дверь и дыхание перехватило. На кровати сидел большой и ослепительно белый олимпийский мишка. Прошла по ковру и протянула руку к плюшевому зверю. Приятный, мягкий. Подняла его за лапы ближе к глазам. Заметила на майке надпись «You are the champion!»

Такой символичный подарок мог сделать только он.

Камиль.

На кровати осталась лежать яркая открытка. Прижала к себе медведя, уткнувшись в него носом, и взяла в руки яркий буклет. Развернула.

«Happy Birthday!» — гласила открытка.

Никакой подписи. Ничего необычного или оригинального. Но я просто умирала от счастья. Оно переполнило настолько, что даже слёзы навернулись на глаза. Неужели ему в самом деле не всё равно? Я не просто серое пятно Соня Ланская, а я… Соня.

Настроение сразу повысилось на сто пятьдесят градусов. Глупая улыбка так и блуждала по лицу до самого момента отхода ко сну. Улеглась вместе с моим новым другом, зарывшись носом в его мягкое пузико.

Вкусно пахнет. Как и сам тренер. Жаль, не побрызгал медведя своим парфюмом, было бы еще лучше…

— Ну что, красавчик? — сказала я ему, глядя в серые пластиковые глазки. — Ты обречен на мою пламенную любовь и ночи в постели со мной. Первый, кому сюда удалось, так сказать, пробраться…