Глава 5

Я остановилась на полушаге.

— Подожди здесь, — бросила Лаура и прошла к брату.

Они совершенно разные, никогда бы не подумала, что одна кровь. Я вдохнула глубоко, призывая себя к спокойствию. Токар жесток — в этом я убедилась. Едва попаду в его шатёр, он воспользуется своим правом на меня как на рабыню.

Перед глазами поплыло, когда воин переговорил с Лаурой и направился в мою сторону.

— Даже не думал, что мы ещё встретимся, — оскалился. Я невозмутимо вздёрнула подбородок и сжала пальцы, натягиваясь струной. — Альвад будет в ярости, что ты досталась мне. Смотрела, стиснув зубы. — Иди за мной, — твёрдо приказал мужчина, развернулся и направился к постройкам.

Я последовала за ним, не чувствуя под собой земли. Лаура, увлёкшись разговором с остальными, даже не глянула в мою сторону. Она передала меня из рук в руки, и теперь ей безразлична моя судьба. Какая ей разница, что со мной будет, сейчас я вещь в их руках.

Злость росла во мне с каждым шагом, вытесняя страх и отчаяние. Я смотрела в затылок Токара, прожигая его взглядом и перебирая в голове возможные выходы, ощущая холод лезвия на бедре. Пусть только попробует прикоснуться ко мне.

Мы вошли в одну из построек. Токар повёл меня по переходу вглубь строения, и вскоре мы оказались в одной из тесных комнат. Узкая лавка постелена шкурами, висело на стенах оружие и кожаный доспех.

Токар, бросив перчатки на лавку, повернулся ко мне. В глазах воина интерес и насмешка. Он протянул руку к моему лицу, я резко отвернулась. Воин хмыкнул и убрал руку.

— Дикая. Боишься меня?

Вернула на него взгляд. Токар ухмыльнулся шире. Постояв немного, взял полотно с крюка и направился к двери.

— Привыкай, что будешь спать со мной, — грубо бросил он. — А пока можешь прибраться тут. И пожрать сготовь.

Он ушёл, а я осталась одна в сумрачной комнате. Растерянность и паника подступали к горлу. Хотелось бежать отсюда немедленно, но я призвала благоразумие. Ещё ничего страшного не произошло ведь. Бездумными поступками я могу попасть в худшую из бед.

Постояв немного, не зная, что делать, я прошлась по комнате, заглянула в другую дверь — трапезная, и не на одного человека. Другая дверь выходила во двор. Женщины развешивали бельё, что-то мыли в лоханях. Все они прислуживали враждебному племени.

Одна из них выпрямилась, вытирая со лба пот, столкнулась со мной взглядом. Я отступила от порога и вернулась в комнату. С ними сталкиваться мне когда-то придётся, но сейчас я слишком разбита и растерянна. Нужно время, чтобы привыкнуть, где я и с кем.

Благо времени на то хватило предостаточно, потому что Токар вернулся только к вечеру. Одобряющим острым взором оглядел прибранную комнату, устало пошаркал в другую часть дома.

А вскоре я услышала другой мужской голос, заставляющий покрыться холодом кожу.

— Всё-таки эта птичка досталась тебе, — произнёс Альвад с завистью и напряжением.

Я осторожно приблизилась к двери, чтобы услышать их разговор.

— Халар отдал её Лауре, а та решила сделать подарок своему брату, — Токар заметно смягчал острые углы.

— Я надеюсь, ты поделишься ею со мною?

— С какой стати?

Я сглотнула, чувствуя, как воздух накаляется. Молчание, казалось, продлилось слишком долго.

— С той, что мы делим трофеи поровну. Ведь мы её нашли вдвоём, если ты забыл.

— Не забыл, — процедил Токар. С шумом втянула в себя воздух, которого стало не хватать в лёгких, а комната, залитая светом, тускло горевшей масляной лампой, поплыла. — Но и ты не забывай, Альвад, если мне что-то достаётся, то это только моё. Или ты хочешь из-за бабской юбки поссориться со мной?

Альвад громко хмыкнул.

— По-моему, этого хочешь ты, — гневно рыкнул мужчина.

Тишину нарушили грохот и скрежет лавки, а потом удаляющиеся тяжёлые шаги.

Я отпрянула от двери, бесшумно прошла к противоположной стене. Колотящееся сердце дрогнуло, когда в дверях вдруг появился Токар. В глазах мужчины плескалась злость, челюсти плотно сомкнуты.

Он бросил на меня мрачный взгляд и потянулся к вороту. Я отвела глаза, видя краем, как мужчина стягивает с себя одежду, бросает ее на сундук. Тяжёлый воин завалился на лавку.

Я так и осталась стоять, не зная, что и делать. Токар ничего не говорил, кажется, он был не в духе, чтобы замечать меня. С рук и ног будто путы упали. Значит, сегодня он не потребует своё.

Вскоре мужчина уснул, и теперь по комнате разносилось размеренное дыхание. Я прошла к стене, взяла шкуру и, укрывшись ею, опустилась на сундук. Выходить отсюда я не решалась. Кто знает, не поджидает ли за дверью Альвад? Хотя я не знала, чего ждать и от Токара, как он поведётся себя в следующий раз, когда отдохнёт…

***

Меня разбудил металлический грохот. Я вздрогнула и потянула на себя шкуру, укрываясь плотнее.

— Чего прячешься? Иди помогай, — рыкнул Токар, сонно хмурясь.

Я спрыгнула с сундука, подхватывая кожаный доспех, не сразу соображая, что нужно сделать. Завязки в пальцах не слушались, ремни слишком жёсткие.

Токар раздражённо пыхтел, но едва я справилась, оттолкнул меня, схватил ножны и пошёл прочь из комнаты. На этот раз не отдав никаких приказов. Я повернулась к окну, в которое тянулся туманный утренний свет.

Дверь снаружи хлопнула, позволяя мне облегчённо выдохнуть. Кажется, Токар был не совсем мне рад, по большей части я ему только мешала.

Прибрав за ним постель, я отправилась в соседнюю комнату, вышла через неё во двор, радуясь солнечному теплу, умылась из кадки.

Поутру во дворе крепости почти никого не было, но я всё равно поторопилась вернуться назад. Найдя вчерашнюю почти нетронутую приготовленную мной для Токара еду — жареную форель и овощи — съела пару кусочков.

А потом села удобнее, застыв, и пыталась вновь мысленно обратиться к отцу, выкинув всё лишнее из головы. Но вновь потерпела неудачу. Передо мной стена, через которую я всё никак не могла пробиться.

И снова эта мучительная тоска ударила в грудь, отколов кусочек, отставляя дыру, через которую сквозила пустота. Почему, почему я не могу этого сделать?! Уже который день. Облизав губы, я положила ладонь чуть выше живота — там должен пульсировать источник, но ничего нет. Я не чувствовала.

Нахмурилась и отняла руку. Мне это совсем не нравилось.

За охватившим меня волнением не сразу заметила, что со стороны двора кто-то вошёл. Обернулась резко и застыла, увидев в дверном проёме мальчишку. Тот в свою очередь тоже изумился, застав меня одну. Я повернулась, разглядывая его лучше. Хоть мальчишка был ещё юн — где-то двенадцати лет, но имел уже волевые черты и хваткий взгляд карих, почти чёрных, глаз, чёрные волосы собраны спереди и связаны сзади, одежда оказалась у него тоже не совсем простая: из узорной ткани, отороченная мехом, на талии широкий кожаный пояс с оружием. Явно он из высокородных. По украшениям, поблёскивающим на шее и запястье, по-другому и быть не могло.

Колкая мысль навязчиво вырвалась на поверхность — не отпрыск ли это Халара Маарду? Хотя у мальчишки были самые обычные глаза, никаких узких зрачков. Может, у него мать простая девушка? Хотя какая мне разница?

— Я ищу Токара, он нужен Вольмеру, — выпалил гость немного растерянно, больше от неожиданности, продолжая разглядывать меня, но будто опомнился и гордо приподнял подбородок, прошёл внутрь, становясь в одночасье серьёзным, давая понять, что он здесь хозяин.

Кто такой Вольмер, я не представляла.

— Токар ушёл только недавно, — ответила я, подхватив посуду, поднимаясь с места.

Кто бы ни был этот юноша, наверняка ему с самых пелёнок внушали, что хатары — враги, и их нужно истреблять. От этих нерадушных мыслей сердце затвердело в камень. Вымыв посуду, поставила на полку, замечая, что гость не собирается уходить.

— Ты из тех девушек, кого привезли вчера в полдень?

Я бросила короткий взгляд на мальчишку, хотелось ответить что-то резкое, но, увидев какое-то искреннее любопытство в карих глазах, смягчилась, вдруг вспомнив Сию.

— Если ты о тех, кого привезли в клетке, то да, — всё же ответила не без обиды.

Но юноша это не заметил.

— Как твоё имя?

Взяла полотенце и повернулась к гостю.

— Атая. А твоё? — не знаю, зачем спросила, наверное, невесело польщённая тем, что отпрыск знатного господина интересуется именем рабыни.

Его взгляд опустился на мои руки. Я глянула на них и тут же прикрыла полотном синяки и ссадины от верёвок.

— Осмар, — с гордостью произнёс он.

Я чуть улыбнулась, но тут что-то изнутри толкнулось, какая-то чужеродная сила. Перед глазами резко поплыло.

«Атая…» — позвал мужской голос.

Вайдо?! Я судорожно втянула в себя воздух, пытаясь ответить ему, видя, как внимательный взгляд Осмара застыл на мне.

— С тобой всё хорошо? Ты побледнела, — шагнул мальчишка в мою сторону, но сдержанно остановился.

«Атая, я нашёл тебя», — радостный, полный облегчения родной голос Вайдо сжал сердце.

— Хорошо, — ответила мальчишке, — повесила полотенце на крюк, — просто мне нужно… отдохнуть.

Осмар оказался понятливым и направился к двери, оставляя меня одну, обернулся на пороге, чуть задержавшись, но всё же скрылся за дверью. Я бросилась в комнату, забралась на лавку, прислонившись спиной к стене, закрыла глаза.

«Вайдо… — позвала, тишина бросила меня в панику. — Вайдо!»

«Я тебя слышу, птичка. Где ты? Я с ума схожу! Когда Михнель сказал, что ты осталась… Атая, зачем, зачем ты это сделала?»

«Я… я… я не знаю», — зажмурилась.

«Я понимаю, тебе больно, Атая, но ты не могла совершить такой глупости, да? Кайса сказал, что ты… Скажи, где ты, я приду за тобой, Атая. Слышишь меня? Не молчи, ради всех источников! Атая!»

Сказать, где я? Я не могу, нет! Вайдо не сможет вытащить меня отсюда. Это слишком опасно.

Внутри нехорошо ёкнуло сердце и оборвалось в пропасть. Я не могла собраться с мыслями, сжимая пронявшими пальцы холодной дрожью складки платья. Сердце сжалось так, что я уже не слышала Вайдо, задыхаясь.

Что это? Что со мной происходит?

Я будто встала на край пропасти, ещё шаг — и упаду в бездну. Я зажмурилась крепко и тут же вздрогнула, когда меня пробила вспышка — отомстить, убить анкхара. Боль пронзила такой силой, что я вскрикнула, но спазм в горле задержал мучительный стон. Сдёрнула подол платья с бедра, выхватила нож, сжала в дрожащих пальцах. В мутном тумане сталь сверкнула голубоватым блеском, затмевая разум. Сжала дрожащие губы, неотрывно смотря на острое лезвие.