Глава 10

Роза

Его губы ласкают и терзают мои всего каких-то несколько секунд, за которые я успеваю разозлиться на него, простить, вспомнить номера психиатрических больниц и… почти что принимаю решение, кого именно туда отправить. Виктора, который поцеловал меня. Своего друга. Свою почти сестру. Своего… подопечного. Или меня, потому что от этого поцелуя в моём теле, а тем более голове, появились не очень детские и сестринские мысли.

— Ты! Ты! Ты! — рычу после того, как он прекращает поцелуй так же быстро, как и начал его. — Ты! Ты!

— Я! Я! Я! Я! Я! — копирует меня, глядя в мои глаза с каким-то удовольствием и дикостью одновременно. — Я дал тебе шанс выиграть в нашем споре, цветочек. Ты не воспользовалась.

— Ах ты! — поднимаю руку, чтобы его столкнуть или как минимум треснуть, но… тело меня не слушает. Оно вообще гладить его хочет и… трогать всё, что и раньше можно было, но сейчас это явно будет происходить и ощущаться иначе. Поэтому просто не даю себе его коснуться. — Ты вообще понимаешь, что только что сделал?! Ты меня поцеловал, дурак! А ничего, что я тебе почти сестра? И между нами не может быть ничего такого? Это же… Мы же в детстве клятву давали, что всегда будем дружить и никогда наша дружба не перерастёт ни во что другое. Ни во вражду, а тем более… вот этот вот разврат!

— Соглашусь, — скатывается с меня и садится на кровати, оставляя меня лежать дальше. — Но я это сделал, — кидает, начав смеяться. — О боже! Я это сделал, Роза. Ты себе это представить можешь? — оборачивается ко мне. — Я тебя поцеловал и… вот!

— Прекрасно представляю! — восклицаю, вскакивая с кровати. — Потому что поцеловал ты меня! Я все твои слюни на себе испытала! Каждую бактерию! Каждую инфекцию, которой ты меня заразить мог!

Фиг его знает, чем его Эльдар там болеет и другие партнёры Виктора. Я не хочу заболеть! У меня после рассказов Маши про то, как люди умирают после поцелуя, вообще пунктик и страх.

— Иногда в поцелуе и язык участвует, — произносит Виктор, пожав плечами безразлично. — Не только слюни.

— Фу, извращенец! — кривлюсь. — Держи свой язык при себе! В своём рту и на замке! Ясно тебе?! Иначе я тебе его откушу!

— Я пытался, но не вышло, — говорит с какой-то задумчивостью и апатией, можно сказать. — Такова жизнь, Роза! А он что, тебя целует и слюней нет? Или его ты любишь и закрываешь на это глаза?

— Кто он?

— Я всё понял, Роза, — хмыкает. — Как только увидел вас вместе, то всё понял. И я не дам тебе разрушить его брак.

— Какой брак, Виктор?! Тебя в спортзале по башке сегодня треснули? Бред какой-то несёшь, ей-богу!

— Ну да… ну да…

— У тебя точно сегодня что-то не то с головой! — раздражённо скулю. — Вначале рычишь, потом целуешь! Потом вообще заявляешь, что я брак чей-то разрушаю. Тебя вообще твой любимый не заревнует? Ты, как бы поцеловав меня, изменил ему!

— Ему?.. — хмурится, подняв на меня непонятливый и шокированный взгляд. — Кому… ему?

— Или вы всё же расстались? — сажусь рядом с ним, но оставляю между нами небольшое пространство на всякий случай. Неизвестно, что ему дальше в голову взбредёт. Вдруг дальше перейдёт к этапу размножения.

— С кем?

— Хватит, Вик, — закатываю глаза. — Я понимаю, что тебе неудобно, неловко и неприятно об этом со мной говорить, но я уже давно всё поняла! И я принимаю тебя таким.

— Каким таким? — тянет вопрос так, словно ожидает подвох. — Что ты поняла, Роза? Ошарашь меня и убей.

— Ты любишь мальчиков, — тяну в тон ему и даже натягиваю улыбку, чтобы не выдать то, что вообще-то не принимаю этот факт больше. — И ты… встречаешься со своим другом Эльдаром. Ну, или встречался.

— М-м-м… — тянет спустя долгую паузу. — Ясно, — его лицо вытягивается так, словно он пытается сохранить серьёзное выражение лица при полном желании засмеяться в голос. — И как такая мысль посетила эту гениальную и, главное, умную головку? — задаёт вопрос, подняв руку и погладив меня по голове. — Как ты догадалась, Роза?

— Ну я же неглупая! — восклицаю. — Я видела то, как ты разговаривал с Эльдаром, когда я тогда в клубе танцевала. Видела, как он тебе показал на одно место. А ещё ему одному было плевать на мой танец. Как и тебе. Я сложила дважды два и… Вот!

— М-м-м… Гениально! И главное, так логично! Я восхищён, — проговаривает с тем же выражением лица. — Уйди, Роза! Я должен это переосмыслить и принять. Это непросто для меня.

— Я понимаю, — касаюсь его руки и глажу. — Но я всегда на твоей стороне, Вик! Я всегда поддержу! Главное то, чтобы тебе было комфортно! Не смотри на других! У каждого свой путь. Пусть твой слегка и необычен…

— Боже, Роза! — начинает в голос хохотать. — Боже! За что мне это?! — говорит сквозь смех. — Боже! — встаёт и идёт к окну в попытке успокоиться, но по итогу несколько минут со слезами на глазах не может унять хохот.

Насупившись, смотрю на него, решая всё же набрать психушку. Ну, явно с ним что-то не так. То целует, то ржёт, то злится. Я бы сказала ПМС, но у мужчин его нет.

— Розочка, цветочек мой глупенький, — подходит ко мне и берёт за руку. — Ни я, ни Эльдар не являемся представителями нетрадиционной ориентации. Нам нравятся девушки. И я тебе это говорю с уверенностью в сто процентов. Меня не привлекают мужчины, от слова совсем. Эльдар пусть и не спит со всеми попало, и в компании девушек его редко можно увидеть, но он точно не гомик. Он их ненавидит. И мы не встречаемся.

— Так ты не по мальчикам? — с сомнением и одновременно пониманием переспрашиваю.

— Да. Я по девушкам.

— Ой! — встаю с кровати, отведя взгляд. — Я пойду! — выпаливаю и срываюсь бежать в свою комнату, чтобы он мои красные от стыда щёки не видел.

Ё-моё! Это же надо было…

А вдруг он меня обманывает? Надо это все проверить!

— Роза, стой! — останавливает меня, но пусть я и выполняю его просьбу, но не оборачиваюсь. — Всё это время ты думала, что я встречаюсь с Эльдаром и меня привлекает мужской пол?

— Ага.

— Зашибись! — кидает, вздохнув. — И ты сказала о своих догадках подругам, да?

Упс!

— Ну… — тяну и поворачиваюсь к нему с широкой улыбкой. Демонстрирую все тридцать два зуба в надежде, что он забудет о вопросе.

— О господи! — начинает не то плакать, не то смеяться Виктор и падает на кровать. — Говорил мне отец, что все русские женщины ненормальные, но чтобы настолько…

— А сам-то?!

Смотрю на Розу и понимаю, что спятил вконец. Поехал мозгами, раз позволил себе поцеловать её против её воли. И хоть она не сопротивлялась, но и согласия не дала.

Я разозлился. Я ревновал. Я вышел из себя. Я перестал себя контролировать, и вот чем всё кончилось. Тем, что я нарушил клятву, данную ей.

— Кроме девочек, ещё кому-то говорила? — спрашиваю, не отвечая на заданный ею вопрос. — Мне интересно, сколько человек в этом мире знают о твоей гениальности. И скольким мне придётся доказывать, что я нормальный.

— Никому, — бурчит, надувшись. — А ты меня не обманываешь? Не пытаешься скрыть факт истинной своей ориентации? Может, сейчас оправдываешь себя, а?

— Мне кажется, после поцелуя ты должна была понять, что меня девушки привлекают.

— Ну, бывают же те, кто и мальчиков, и девочек любит, — невинно хлопает глазками.

— О господи! Да что же я в прошлом сделал не так, раз ты на мою голову? Я всегда всем помогал и не давал слабых в обиду. Так за что меня Всевышний тобой… наградил?

— Ладно, — закатывает глаза. — Я тебе верю! Ты не голубой! Но почему ты разозлился тогда? Сегодня в кафе и дома? Что на тебя нашло? Скажи, я же тебе сказала о том, что думала.

— Я задам вопрос, и ты ответишь честно

— Согласна!

— У тебя есть что-то с Каримом? Или… мне показалось? — решаю всё же дать ей шанс оправдаться и убедить меня, что всё нормально и мои мысли — плод моей бурной ревнивой фантазии, находящейся на грани срыва.

— У меня? С дядей Каримом?! — округляет глаза. — Ты чего? Мозг себе перекипятил?! Я и… Стоп! Ты что, решил, что мы сегодня на свидании были? Поэтому не дал мне мороженое доесть и Кариму про жену сказал?

— Вы там были одни, — отмечаю очевидное.

— Потому что я с Машей поссорилась из-за первого раунда! И я попросила дядю Карима поспособствовать в том, чтобы мы помирились. Она меня к себе не подпускает. Нигде, кроме кафе, мы встретиться не могли. К тому же там люди были! Мы были одни и точно не на свидании!

— Он тебя обнимал!

— Он всегда так делает! — восклицает возмущённо. — Ты что, не знаешь? Я для него как дочь! И он ко мне как к дочери относится! Поэтому по-отечески обнимает, поддерживает и подбадривает всегда! И в этот раз успокаивал и говорил, что мы помиримся! Это наша первая серьёзная ссора с Машей и мне… мне сложно с этим справиться.

— А как же победа в первом раунде, если он к тебе как к дочери?

— Ну… — отводит взгляд, но быстро его возвращает. — Да, я немного схитрила! Но и ты, если не по мальчикам, во втором раунде тоже схитрил! Так что один-один!

— Я дважды схитрил. Как и ты. Два-два.

— М-да, — Роза подходит и садится на край кровати рядом со мной. — И что это за спор, если мы хитрим и не делаем того, что нужно? Просто слова из людей выбиваем. Тогда это спор не на соблазнение, а на хитрость. Может, ну его, этот спор тогда? А?

— Можно, — киваю. — Но нет. У нас последний раунд, и мы проведём его честно. Чтобы не опозориться и обелить свою честь.

— Только давай цели поменяем? — предлагает, кинув на меня улыбчивый радужный взгляд, увидев который невозможно не влюбиться. — Ну, ты же не серьёзно про то, чтобы тебя соблазнить. Так что жду свою третью цель, которая не от злости задана.

— Цели не меняем.

— Но почему?

— Потому, — кидаю, подмигнув. — Ты соблазняешь меня. Последний и самый сложный раунд.

— Виктор!

— Роза!

— Ну, блин! Я не смогу!

— Мне нужно соблазнить сестру своего лучшего друга. Думаешь, я смогу? Фарид меня убьёт. А если выживу, то до конца дней своих ему в глаза смотреть не смогу, — напоминаю ей. — А после Фарида меня ещё и Эльдар приложит чем-нибудь тяжёлым. Пусть он этого не показывает, но Ада и ему дорога.

— А она красивая?

— Ну… я никогда не смотрел на неё так, чтобы оценивать, — признаюсь недолго думая. — Она милая и нежная. А так обычная девушка. Ничем не отличается от других.

— Мне будет неловко. И неудобно соблазнять тебя, — произносит жалостливым тоном. — Это будет что-то из вон выходящее.

— Соглашусь. Будет неловко, но ты быстро войдёшь во вкус.

— Ну, блин! Виктор, ты меня понять не можешь, что ли? — хнычет, вскакивая с кровати и принявшись ходить по комнате.

— Не дави на жалость! Игра есть игра! Ты сама затеяла это всё!

— То есть цели не поменяешь? — уточняет, остановившись напротив меня. — Ни при каком условии?

— Не поменяю!

— Ну и козёл же ты, Виктор Есенский! А ещё мой лучший друг! Но, кажется, после этого раунда другом и братом ты мне больше не будешь!

— А кем буду? Кем-то большим? — подаюсь к ней, поиграв бровями.

— Даже не надейся! Я съеду от родителей! Чтобы никогда тебя не видеть! Потому что то, что ты заставляешь меня делать — низко! — поворачивается ко мне спиной, чтобы показать то, как она обиделась, но Роза не рассчитывает на одно — теперь её ягодицы находятся прямо перед моим лицом, и я в сантиметре от того, чтобы превратиться в маньяка.

— Не переживай! Если мой план не удастся — я сам уеду, — прокашливаюсь.

— Какой план?

— Неважно, — с трудом отвожу взгляд. — Иди к себе, Роза! Ты же хотела.

— Пффф! А чего ты меня выгоняешь? — воспаляется, обернувшись резко. И пусть это убрало с моих глаз аппетитный орех, но теперь в области груди появились не менее привлекательные шарики, которые стали ещё полнее оттого, что Роза руки скрестила. — Командуешь? Вот хочу и буду здесь сидеть! — с важным видом садится на край кровати.

— Правда? — уточняю и, встав к ней спиной, начинаю якобы раздеваться. — Обычно, когда я отдыхаю, то люблю ходить нагишом, — тянусь к резинке трусов. — Раздевайся! Присоединяйся, раз уходить не хочешь? Я не против! Продолжим то, что остановили на поцелуе.

— Извращенец! — вскакивает. — Ты когда таким стал? Ты же… ты же нормальным был! А тут странности какие-то вылазят. Точно треснулся головой на своей тренировке. Точно! Завтра же к врачу отвезу! МРТ тебе сделаем! И трепанацию черепа! Мозг проверить, не весь ли он ещё вытек!

— Роза, иди к себе в комнату! — рычу на неё. — Если ты останешься, то это будет для меня сложно.

— Почему?

— Потому что кое-что изменилось, — поворачиваюсь к ней, решив всё прямо сказать и… показать. — И не в сторону моей выдержки и терпения. Мне нужно вновь научиться себя контролировать рядом с тобой. Понимаешь? Уходи, если не хочешь, чтобы ты больше никогда отсюда не вышла.

— Вновь? Ты… что… того… — шокировано указывает глазами на мой пах. — Из-за меня? Я что, тебя привлекаю как женщина?! — её глаза округляются. — О боже! Я… пожалуй… пойду! Пока дело ещё хуже не стало… О господи! Мой друг… меня… хочет… — шепчет, идя на выход.

Соглашусь. О господи!

Всё стало только хуже.

Что будет дальше — одному богу известно.