Глава 14

Роза

— И чем ты увлекаешься, Дан? — интересуюсь, то и дело дружелюбно и мило хлопая глазками, заглядывая в глаза мужчине с нежностью и почти любовью. — Ты такой накачанный, — дотрагиваюсь до его бицепса, спрятанного под рубашкой. — Спортсмен?

— Кхм… — прокашливается и все же странно на меня поглядывает. — В моём доме есть спортзал, и я там тренируюсь по утрам. Спортом только в детстве занимался.

— И каким же? — спрашиваю с широкой улыбкой. Я должна быть милашкой. — Наверное, лёгкая атлетика. Или всё же что-то посерьёзнее?

— Бокс, — отвечает и, сняв мою руку со своего предплечья, встаёт с места. — Девочки, я пойду напитки принесу, — произносит решительно и испаряется так быстро, словно и не было его здесь.

Облом! Ничего не выходит! Он не ведётся и даже не клюёт! И если поначалу он был даже рад и шокирован тем, что я пересела к нему и начала с ним болтать, то потом что-то изменилось.

— Роза, — тянет Полина, смотря на меня точь-в-точь как Богдан пару минут назад. — Когда я говорила с кем-то провести тест-драйв и пофлиртовать, то я имела в виду кого-то другого, но точно не Богдана. Ты что, сумасшедшая?! С ним в такие игры лучше не играть! Он не из тех, кто даст себя потом продинамить. Придётся переспать, и не раз! Девушки ему только после недели беспрерывного кувыркания в постельке надоедают, — рассказывает блондинка, а на лице второй возникает полупризыв тошноты.

— У тебя ку-ку? — кручу пальцем у виска, глядя на Полю. — Я с ним не флиртую. Я же не совсем ненормальная! Я для тест-драйва себе вон того красавчика у барной стойки выбрала, — указываю им рукой на шатена, попивающего второй неоновый коктейль подряд.

— А что ты тогда с Даном делаешь? — хмурится Ада.

— Я пытаюсь с ним подружиться, — рассказываю, удивлённая, что они не сразу поняли.

— Тем, что флиртуешь? — хмыкает Полина.

— Да не флиртую я! — восклицаю. — Просто хочу войти к нему в доверие и узнать кое-что, — уклончиво отвечаю. — Кое-что важное для меня и то, что мне поведать сейчас может только он.

— Она точно сумасшедшая, — вздыхает Полина, больше всех шокированная моими словами и, кажется, поведением.

— Что ты хочешь узнать, Роза? — спрашивает Ада.

— Не могу сказать, — поджимаю губы.

— Ну, давай уж, — продолжает не довольствоваться злая блондинка Поля. — Рассказывай.

— Он знает какой-то секрет Виктора, — сдаюсь. — Дан собирался мне его сказать при первой нашей с ним встрече, а Вик ему не дал. И я решила, раз его сейчас нет, а мы с этим хитропопым не наедине, и он мне не навредит, то я могу узнать. И дело в ажуре.

— Господи! — молится Полина, сложа руки так, словно и правда к Господу обращается. — Это провал! Это девочка погубит всех. Вначале себя, потом красавчика Вика, а затем следом и нас потянет.

— Роза, малышка, — тянет Майя и садится рядом со мной, взяв за руку и сочувственно взглянув в мои глаза. — Если ты хочешь выбить какую-то информацию из мужчины, необязательно флиртовать, кокетничать и пытаться «подружиться».

— Я с ним не…

— Флиртовала, маленькая, — перебивает меня. — До того упорно флиртовала, что стала первым в жизни Дана человеком, который напугал его и заставил сбежать, — произносит, рассмеявшись сама и девчонок рассмешив. — Правда, я его таким никогда не видела. А я его знаю не один год и даже не десять. Он в шоке.

— Он просто пошёл за напитками, — обиженно бурчу.

— Я дам тебе свой адрес, Роза, — продолжает девушка Фарида. — Приедешь как-нибудь на чай с пирогом, и я тебя научу некоторым уловкам по обращению с мужчиной. То, что ты делаешь, результата не принесёт.

— И как мне теперь узнать секрет Вика? — сетую на ситуацию и своё безвыходное положение. Вик мне точно не скажет, где кость зарыта и что с ней делать. Будет до конца в молчанку и кошки-мышки играть.

— А ты и не узнаешь, Роза, — хмыкает она. — Тот разговор принёс Дану всё, что нужно. Он не собирался тебе рассказывать секрет Тора ни тогда, ни сейчас. Богдан просто хотел приструнить Тора, и ему удалось это сделать. Ты — главная слабость Виктора. И рычаг, которым его можно контролировать.

— А ты откуда это знаешь? — с вызовом спрашиваю.

— Я правая рука Дана во всём, — шокирует меня своим заявлением. — Я знаю обо всём, что творится вокруг него и в нём самом. Со временем я даже научилась понимать смысл его поступков. Но на это ушли годы. И я знаю, что он бы ни за что не рассказал тебе секрет Виктора без его разрешения.

— Чёртовы мальчики! — зло выпаливаю. — Не люблю такое! Раз начал, пусть говорит!

— Роза, — замявшись, тянет Ада. — Мне, наверное, не стоит это делать. Но я считаю, что ты должна знать секрет Виктора. И я делаю это не для тебя и твоего любопытства, а для него самого.

— Ты его знаешь? Секрет? — хватаюсь за её слова.

— Все его знают, — виновато бросает. — И он скрывает это от всей своей семьи. Но так нельзя. Он разрушает сам себя.

— Ты мне расскажешь? — с надеждой смотрю на неё.

— Загляни в его ноутбук, Роза, — советует Майя. — Там найдёшь все ответы. И чтобы ты там ни нашла, поговори после с ним. Выслушай. Он, правда, разрушает себя. Ему нужно с кем-то это обсудить и получить поддержку. Один Дан его держать не сможет. Ему нужен кто-то, кто поймёт и примет его.

Виктор

— Где Роза? — нахмурено интересуюсь, оглядев девичью компашку и не обнаружив среди них своего дикого непоседливого Цветочка.

Паника и беспокойство накрывают меня. Потому что если за ней никто не приглядывает, то она творит что-то, что мне в голову даже прийти не может. И что-то, что мне придётся позже расхлёбывать.

— Она… Она… Она пошла в туалет, — явно врёт Полина, чем выдаёт себя, когда поправляет волосы за ухо. Всегда так делает. Мы уже с парнями давно эту фишку в её поведении просекли. — Садись! Она скоро подойдёт! Не переживай!

— Ада? — перевожу взгляд на сестру Фарида и всем своим видом некрасиво шантажирую её. Блефую, потому что не посмею сказать её брату о том, что она крутит роман с Эльдаром. Не моя тайна, и не мне её выдавать. По крайней мере, не сегодня.

— Она у барной стойки, — шепчет девушка и опускает голову. — С парнем разговаривает.

— С каким парнем? — рычу сквозь зубы и подхожу поближе к перилам, высматривая Розу у барной стойки. И почти сразу же нахожу её. Сложно не найти ту, которую вечно везде ищешь взглядом.

И если моя девочка ведёт себя прилично и что-то просто говорит нахмурено, то мужик позволяет себе больше положенного. Опустив руку ей на колено, что-то втирает. Что-то, что мне не нравится и за что я ему руку готов сломать.

Крышу вмиг сносит. Сорвавшись, спешу к ним, уже зная, чем всё это закончится. Дракой. Полицией. И крупной суммой.

Дан, естественно, не позволит делу зайти далеко, чтобы не потерять одного из своих любимых игроков. Даст на лапу, а мне после придётся эти деньги отрабатывать.

— В моём доме два бассейна, детка, — не то врёт, не то хвастается мужик перед Розой.

— Не верю! — отвечает ему она.

— Поехали ко мне! Я докажу! Поедем на моей тачке. Я же рассказывал, какая она у меня?

— Роза! — хватаю чертовку за руку и заставляю встать с барного стула. Чуть не упав, но всё же устояв на ногах, она поднимает на меня слегка пьяные глаза. И на её лице расцветает мечтательная улыбка.

— Виктор… — тянет моё имя с глуповатой мордашкой — Ты пришёл! Я так тебя ждала, — говорит и, подняв руку к моей щеке, опускает её на неё, лаская бархатом своей кожи и словно по волшебству куда-то девая мою злость, ревность и желание убивать. Встаёт на носочки и касается пухлыми губами моих. Уверенно и нежно целует меня, словно делает это не в первый раз. Делает это недолго, но со всей отдачей. — Не получилось, — шепчет, отстранившись.

— Эй, чувак! Это моя баба! — врывается мужик, даже вскочив со своего места. — Она моя! Я её склеил, и я её угощал!

— Иди на фиг! — посылает его Роза резким и грозным рыком. — Понимаешь… у него тачка круче! Да, у него всего один бассейн в доме, но… когда он из него выходит… Ты вообще представляешь, какие у него кубики? — проводит рукой по моему животу, даже не представляя, какие рычаги задействует этим движением. — А какая попка в его мокрых плавках? — опускает руку мне на ягодицы и шлёпает по ним. — Сорян, но нам не по пути, мужик! Ты был просто тест-драйв! И ты провалился!

— Чё? — не включается парень, как, собственно, и я, насчёт тест-драйва какого-то. Но насчёт бассейна и моего тела — приятно. Даже не думал, что она обращает на это внимание.

Но её эти прикосновения… Это вообще моя Роза? Что она творит?

И лучше бы она не делала этого всего. Лучше бы не делала. Где я выдержки столько возьму и душ найду?

— Фигня через плечо! — с хохотом заявляет ему Роза и возвращает своё внимание мне. — Нам надо уединиться, дорогой, — шепчет с ухмылкой. — И в туалет немного. Немного много, — смущённо мнётся.

— Пошли, — вздыхаю и, держа её за талию, веду в туалет Арса. Думаю, он не будет против, если мы его покоями воспользуемся. Не люблю общественные кабинки.

Завожу Цветочек в кабинет друга. Ключи от этого помещения у меня давно есть. Иногда Арс даёт отоспаться и отлежаться здесь после боя. Когда сил совсем никаких нет или домой побитым идти не в тему.

— Туалет там, — указываю рукой на дверь. — Я тебя здесь подожду.

— Подожди, — кивает и уходит, оставляя меня одного.

Сажусь на диванчик и достаю телефон, но мысли то и дело к поцелую Розы возвращаются.

С чего вдруг она меня поцеловала? И сама? Почему отшила того парня сразу же, как я пришёл? И вообще… почему она пьяна? Я ведь просил девочек не давать ей много алкоголя. С непривычки её может и с одного коктейля ушатать.

Эта девчонка меня в могилу сведёт. И если не своим поведением конкретно, то мыслями о мотивах её поведения — точно.

— Привет, — мурлычет Роза, выйдя из туалета и сев рядом со мной. Опускает голову мне на плечо и тяжело вздыхает.

— Объяснишь, что это было?

— Я попробовала, Вик. Мне не понравилось, — заговаривает, сморщившись. — Я сама не понимаю, почему. Мне с другими неинтересно просто. Они скучные. Матвей скучный и трус. В нём нет искры, которая мне нужна. Одноклассники глупые и примитивные. Этот парень у бара — врун и хвастунишка. Он только и говорил, что у него якобы есть. Машины, бассейны, дома, яхты. Но мне это неинтересно. Понимаешь? — заглядывает в мои глаза. — А вот с тобой всё иначе. Тебя я готова слушать вечно. О твоём детстве. О родителях. О папе. О Кариме. О маме. Обо мне маленькой. Мне нравится с тобой шутить. Играть. Дурачиться. И даже ругаться. С тобой у меня словно свой собственный мир. Никто меня не понимает, как ты. Я будто бы твоя фанатка. Мне интересно всё, что касается тебя. Я хочу знать, где ты, с кем ты сейчас. И…

— И? — подталкиваю, когда она замолкает.

— Я пыталась пофлиртовать с тем парнем, но мне не понравилось, — продолжает, смутившись. — Ни то, как он смотрел. Ни то, как он трогал. Я хотела заставить себя почувствовать хоть что-то кроме неприязни к нему, но ты пришёл, и я поняла, что не хочу с ним. Хочу с тобой. И только с тобой.

— И ты мне это пыталась сказать поцелуем?

— Нет, дурень! — восклицает удивлённо. — Я просто хотела тебя поцеловать! И вообще! Поцелуем ничего нельзя сказать. Это бред, который в книжках пишут. Не читай романы больше! Тебе не идёт! Начинаешь говорить, как купидон какой-то.

— Нельзя? — переспрашиваю. — Просто ты никогда не говорила на этом языке, Цветочек. Поцелуем можно всё.

— Давай будем реалистами, — начинает что-то говорить, но договорить я ей не даю. Она ни во что не поверит, пока сама не убедится. Или пока её мозг сам не придумает объяснение всему. Свой личный вариант Розы.

Не сдерживаясь и отпустив выдержку, целую одну маленькую реалистку, говоря этим поцелуем, что она ошибается. И я буду закреплять урок, пока она не убедится.

Она упрямая, но это качество она у меня позаимствовала. Не зря ведь я её воспитывал столько лет.

Роза

— Всё поняла? — спрашивает Виктор, освободив мои губы из своего коварно красноречивого плена.

— Поняла, что не зря ты по клубам шатался всё это время, — произношу, подавшись обиде и ревности. Лишь сейчас я начинают понимать, что часто испытывала это чувство, но никогда его не идентифицировала. — Опыта набрался немало, — бурчу, сидя у него на коленях и даже не поняв, как я здесь оказалась. Я же это… только секунду назад сидела на диване. На своих булочках. А тут…

Хитрый лис поцеловал меня. Голову мне затуманил и начал творить, что ему хочется, красноречивый негодник!

— Ревнуешь? — прищуривается Вик с явной насмешкой.

— Помечаю границы, — уверенно заявляю. — Так что? Сколько было девушек, которым ты в любви признавался таким образом? А? Сотни? Вот я рядом с тобой всегда разных девиц видела! Ты вообще хоть когда-нибудь имел отношения больше, чем на один день?! — главная защита — это нападение. То, что я ревную, ему знать на данном этапе необязательно.

— Роза… не уходи от темы, — продолжает он. — Ты всё поняла?

— Нет. Не всё, — сползаю с его колен и отсаживаюсь. В той точке дислокации связь мозга и тела нестабильна. — Я не понимаю, что происходит между нами, — встаю и отхожу, понимая, что если останусь, то прекратить это буду не в силах. — Но я отчётливо осознаю лишь то, что сейчас творится, не должно продолжаться, Виктор. Мы поиграли, побесились, и на этом надо, наверное, закончить, — произношу вопреки своим желаниям, чувствам и даже внутренней боли. — Я поддалась уговорам девочек и своим чувствам, но так нельзя. Мы с тобой друзья! Брат и сестра, в конце концов! А я сейчас сидела у тебя на коленях. Я с тобой целовалась! Подарила свой первый поцелуй.

Почему я сейчас это говорю? Своим поцелуем он мне доказал, что говорить поцелуем можно. И что реализм не всегда вяжется с романтизмом. Но в тот момент, когда я поняла его «Я люблю тебя, Роза» — это ужаснуло меня. Напугало. Отрезвило.

Так нельзя! Нельзя! Мы же… мы же не можем! Другие не поймут! Кроме девочек.

— Мы не брат и сестра, — произносит он со сжатыми челюстями. — Мы чужие друг другу люди, Роза. То, что мы живём в одном доме, не делает нас родственниками.

— Папа будет против. Если он узнает, то…

— А когда тебя интересовало его мнение?

— Ну, я же его люблю. И прислушиваюсь к нему.

— Но когда он в последний раз решал что-то за тебя? Ты его слушаешь, но решения всегда сама принимаешь, — напоминает, и я даже соглашаюсь с ним. Возвращаюсь на диван и сажусь на своё прежнее место.

— Я не знаю, Вик, — поднимаю на него взволнованный взгляд, повернув голову в его сторону. — Я не знаю, что мне делать. Я боюсь осуждения со стороны, но в то же время понимаю, что никто другой мне неинтересен и не нравится, как ты. Они все мне чужие, а ты такой родной и любимый… Я не знаю! Не знаю, что делать!

— Я не буду настаивать. Тебе решать.

— Только не обижайся! Я правда…

— Я понимаю, — не даёт договорить. — Зря я это всё начал, — встаёт и подходит к окну, из которого видно танцпол. Делает это, лишь бы не видеть меня — Прости. Забудем обо всём. Мы брат и сестра. Друзья. Отныне большего не будет никогда!

— Вик… — тяну и подхожу к нему со спины. Обнимаю и прижимаюсь к этим стальным мышцам. — Прости.

— Забудем, Цветочек, — поворачивается в моих руках и обнимает меня, как делал это тысячу раз раньше, но сейчас всё ощущается совсем иначе. Ранее я чувствовала в них поддержку, любовь и нежность. Сейчас же ещё и боль, защиту и даже отчаяние. Попытку спрятаться от всего мира. Не дать себе закричать.

— Чувствую себя так паршиво, если честно, — признаюсь всё так же в его объятиях. — Будто что-то не то делаю. Будто ошибку совершаю и завтра о ней жалеть буду.

— Ты просто немного пьяна, Роза. Завтра и не вспомнишь, — хмыкает с улыбкой и проводит рукой по моей голове. — Завтра всё пройдёт. Такое бывает, когда перебираешь с выпивкой. Чувства обостряются.

— А я тебе давно как девушка нравлюсь? Не как друг или сестра? — спрашиваю его. — Давно ты смотришь на меня не как раньше, в детстве?

— Давно. Очень давно, — не скрывает. — Я любил тебя всегда, но в детстве мысленно сочувствовал тому, кто решит приударить за тобой. Замуж возьмёт. Готовил даже речи для этого бедолаги, чтобы он от тебя в первый же день не свалил. А потом сам попал в эту ловушку. Увидел этот фейерверк и огонь в твоих глазах и всё! Пропал! И теперь мне не смешно.

Если бы мне задали такой вопрос, я бы не ответила. Правда, не ответила, потому что не знаю ответ. Это чувство, словно всю жизнь было с нами и лишь ждало время, когда сможет выбраться наружу.

Н-да… Живёшь себе спокойно и даже не знаешь, что твориться у тебя внутри. Чудеса и магия, да и только.

— Я… я не хочу, Вик, — поднимаю на него осознанный ясный взгляд. — Я решила! Я не хочу! Не хочу забывать. Хочу быть с тобой. Я сама дала ответ на свой вопрос. Никто больше мне неинтересен. Так было раньше и есть сейчас. Тогда зачем мне бежать от себя? От своего чувства голода я же не бегу. Так почему от тебя бегу?

— А как же отец? Другие?

— На других плевать! А папа… Мы пока ему не скажем. И станем как Ада и Эльдар, — поджимаю губы, рассмеявшись. — М-да… а сама ей советы раздавала сегодня. Вот дурында!

— Отец будет в бешенстве, — озвучивает мои мысли Виктор.

— Думаю, он смирится со временем, тем более что любит тебя как сына. А какая разница, сын ты ему или зять?

— Зять? — удивлённо переспрашивает.

— Ну ты же на мне потом женишься? — с прищуром интересуюсь и ожидаю ответа, но его всё не следует и не следует. Тупо смотрит на меня и улыбается. Опускаю руку и хватаю Вика за причинное место. — Женишься же? — повторяю вопрос, сжав кокушки немного. Несильно, лишь чтобы власть свою показать.

— Да! — перехватывает мою руку. — Лучше отпусти, Цветочек! От греха подальше!

— Так-то! — убираю руку. — Теперь твои яйца всегда в моих руках, дорогой. Шаг влево, шаг вправо — и ты без них останешься. Понял меня?

Всегда мечтала так сделать и сказать. В фильме одном видела, и мне жутко понравилось.

— Роза!

— Отложить возмущения! Давай ещё болтать, — и тянусь к его губам, медленно толкая в сторону дивана. Оседлав, продолжаю целовать и учиться быть женщиной. Но делать ничего не приходится. Природа сама всё берёт в свои руки и совместно с моим новым парнем направляет меня в нужное русло. — Вик… — тяну, тяжело дыша. — У меня, кажется, бабочки в животе разбушевались, — смущённо признаюсь.

— Что?

— Они там жарятся, кажется, внутри и странные мурашки по всему телу посылают. А ещё…

А ещё кажется, что я в туалет хочу, но об этом решаю умолчать. А то ещё смеяться начнёт, а у нас как-никак момент такой страстный.

— Жарятся? — переспрашивает и проводит рукой по моему позвоночнику. — И так? — ведёт рукой к животу, поднимаясь к груди и невинно её касаясь. Но от этого прикосновения у меня в животе происходит взрыв и все насекомые сдыхают. Умирают от того, что я испытываю.

Резкая стрела ударяет в низ живота и заставляет согнуться.

— Я… я что… — бегаю глазами из стороны в сторону, смущаясь. — Возбуждена? Да?

Виктор молчит, но улыбка на его губах и опущенный вниз насмешливый взгляд отвечают за него.

— Это пройдёт, Роза, — не то меня успокаивает, не то себя.

— Я не хочу, чтобы это проходило! Я… Поехали домой? Сейчас?

— Не будем спешить, Цветочек, — говорит, продолжая руками бродить по моему телу.

— Ты уверен? Забыл о том, что в моих руках? — многозначительно поигрываю бровями. — Я… я не хочу останавливаться! Пока я слегка под алкоголем и раскрепощена, я хочу делать всё, на что обычно бы не осмелилась. Я хочу быть с тобой! А обо всём другом я завтра подумаю.

— Ещё день назад ты меня не хотела.

— Ещё день назад я не понимала, чего хочу! А сейчас понимаю! И чувства! И желания! И даже своё тело!

— Сумасшедшая!

— Я вызываю такси! А давай ещё закажем вино и будем, как в фильмах, попивать его?

— Ты сопьёшься, девочка!

— Зато завтра проснёмся с тобой влюблённой парочкой! И…

— Надеюсь, до дома ты полностью придёшь в себя и одумаешься, — шепчет себе под нос, вызывая такси с телефона. — Ненормальная!

Зря надеется. Садовские никогда не сдаются на полпути! Вижу цель — иду к ней!