Ортегас

Два маленьких дракончика устало кружили над берегом. А все потому, что их наездники никак не могли определиться: то место или не совсем то. Спор не утихал ни на каплю. Дошло до того, что в воздухе взметнулась карта. Ортегас и Клеон, опасно свесившись, вывернули шеи под немыслимым углом, и одинаково сердито уставились на парящую проекцию местности.

– Дальше надо брать. Дальше! – Клеон тыкнул пальцем и процедил: – Мы – вот тут! А точка – вот тут!

– Да какая разница! Миля туда, миля обратно, – Ортегас рывком выхватил карту и свернул руками, позабыв про удобное заклинание. – Достроим тут. А потом смотаемся туда, куда она укажет!

– Есть разница!

Спор перешел на пятый круг. Нахохлившийся Клеон упорствовал вовсе не из принципа. Он уже повторил то, о чем подумал еще в кабинете. Если карта указала на нечто связанное с поиском? Тогда проще хорошо осмотреть местность, а потом продолжить. Было бы проще, не будь Ортегас под заклятьем, застящим разум и логику. Он торопился достроить как можно скорее и нет той силы, что способна заставить его передумать.

Флайты по пятому разу выслушали то, что уже вызубрили, кивнули друг другу и с самими решительными мордами пошли на снижение. Наездники, которых они подвезли по доброте душевной, могут лететь куда угодно, а у них отдых и точка.

– Эм, ну что ж, – Клеон почесывал темную шевелюру и переминался с ноги на ногу, не зная, что сказать.

– Вот, даже флайты понимают, что я прав!

Ортегас поднял указательный палец, улыбнулся, излишне самодовольно на взгляд его приятеля, и уселся прямо на каменистую гальку.

Развернувшаяся карта заняла столько места, что осталось только удивляться ее подробности. Увы, но по-другому искомое не найти. Не прочесывать же целый квартал, ища ту точку, куда указало заклинание, которое тем больше сбоит, чем меньше деталей указано. Вот и приходится использовать простынь, зато подробную.

К вящему расстройству Клеона, Ортегас выстроил заклинание гораздо быстрее. Понадобился всего-то таз воды, зато налитый с горочкой наверху. Не будь приятель так занят заклинанием, он уловил бы магию, которой фонила спасительная вода. И ответил бы схожим образом.

Скорость возвращения Ортегаса к работе Клеона не обрадовала. Слабый хухрик не способен так сильно воздействовать на разум. А значит, времени на выздоровление понадобится куда больше, чем представлялось в начале.

– Нашел? – окрикнул он пронзительно и поморщился от собственного звука голоса.

Увы, агрессия, единственное, что приятель хоть немного слышит. Остальное воспринимает точно любовную музыку, посвященную его богине, и тут же набрасывается с кулаками и хвостом разом.

– Ерунда какая-то, – Ортегас растеряно вглядывался в карту, то и дело моргал и скреб кончиком хвоста по найденной точке. – Я заново попробую.

Клеон опасливо покосился на чужой хвост, но подполз к найденной точке. Через один щелчок пальцев он с ошарашенным видом сидел на карте и задумчиво смотрел вдаль. Океан, точно насмехаясь и заманивая, выталкивал один за другим белые облачка пены и так мягко прибивал к берегу, будто пытался убедить в собственной безопасности.

– А может, слетаем? Глянем?

– Клео, что хухрику делать посреди океана? – внезапно разумно заметил Ортегас, – она же не астерид, чтобы жить в плавучем доме. И даже не сирена.

– А вдруг гостит у кого-то?

Они еще спорили, а флайты уже обреченно переглянулись, споро доели сладости и подставили спины.

Если вдуматься океан ничуть не хуже суши. Даже лучше: дом на воде видно издалека. Проглядеть невозможно.