Глава 33.

Камилла Садовская

Моё сердце на панике… Я сама еле стою на ногах, прислушиваясь, а потом…

Через минуту из-за двери доносятся истошные крики, звуки ломающейся мебели, и мне становится так плохо, что я боюсь выходить туда… Подбираю вещи дрожащими руками и натягиваю на себя со скоростью света.

А затем стою с закрытыми глазами и не шевелюсь, считаю до десяти. Сердце готово выпрыгнуть из груди, но внезапно слышу голос Влада и выбегаю в коридор, глядя на то, как у Мирона из руки хлещет кровь, и мой брат оттаскивает его, пока Митяй собирает зубы с пола и матерится. Господи… За что, блин, я так затупила, а?! Нужно было молчать…

– Что, блядь, произошло, парни. Чё не поделили? Ты что ли, Женя?! – спрашивает Влад у этой кобылы, на что она мотает своей блондинистой головой.

– Я здесь вообще ни при чём!

– Хули молчишь?! Скажи ему, что говорил Камилле на ухо у костра, – заявляет Мирон, и мне так стыдно, что я сейчас сгорю прямо на месте. Все смотрят на меня, особенно сраная Женя… Мне кажется, она давно всё поняла… И в этом взгляде столько укора и осуждения…

– Что такое, Дух, – схаркивает он кровь на пол. – Боишься, что я уведу твою девчонку?

– Захлопнись, нахер, – рявкает Мирон, небрежно отряхивая руку. Кровь капает на пол, а мне дурно даже находиться здесь… Мамочки…

– Я вообще нихера не понимаю, – Влад смотрит на них по очереди. – Чё происходит-то?!

– Митяй подсел к Миле и предлагал ей потрахаться, – говорит Мирон и у Влада дёргается глаз. Он недолго думая пытается устроить продолжение, но парни оттаскивают его. Я не знаю, зачем всё это устроено, но мне не нравится быть в центре внимания. Тем более вот такого… Ощущение, что все сейчас пялятся только на меня.

– Я тебя, нахер, закопаю! – вскрикивает брат, заставляя меня вздрогнуть.

– Лучше друга своего закопай, – отвечает Митяй, держась за рёбра, которые, судя по всему, в порыве гнева уже основательно отпинал Мирон…

– Чё ты несёшь, блядь?! – продолжает Влад, нервно поглядывая на него с агрессией.

– Ты реально слепой, чел. Да они, блядь, сношаются у тебя за спиной, а ты будто нихрена не видишь! – заявляет он, и Мирон снова резко подходит со стороны и даёт ему в лицо одним чётким ударом, прямо в челюсть.

– Сука!

– Блин, парни, прекратите, – успокаивает их Кристина. – Вы чего устроили?!

– А я согласна, в чём дело, Мирон? У тебя с ней что-то есть? – спрашивает Женя, глядя на меня. Ну надо же, тут же активизировалась… – Ты же не просто так не стал трахаться со мной ночью. Да вдобавок пялился на неё весь вечер!

Пожалуйста, убейте меня. Влад смотрит так, будто сейчас взорвётся, будто внутри него взрывной механизм и отсчёт идёт на секунды… Я вообще не верю, что всё это происходит. Вокруг меня будто начинается взрыв… Пожар… Катастрофа…

– Чё… – он поворачивает взгляд на Мирона, а тот молчит, не в состоянии произнести ни слова. Если честно, я думала он начнёт всё отрицать, но то, что сейчас происходит больше похоже на катастрофу. Господи, ну можно же было сделать по-другому, рассказать ему… Это… – Это чё… Правда?

Мирон не шевелится, будто прибитый к полу. И я тоже молчу, потому что не знаю, что сказать. Влада буквально разрывает на куски в этот момент. Мне кажется, осознание приходит к нему только сейчас. После минутного молчания Мирон, наконец, открывает рот:

– Это другое, брат… Не просто секс, я люблю её…

Проходит секунда, пока кулак моего брата не прилетает ему в лицо, а он даже не сопротивляется, не даёт отпор, ничего. Я прикрываю ладонью рот, взвизгнув, и меня трясёт от страха. Я уничтожила их дружбу. Я всё сломала.

– Ты мне не брат, гондон, – звучит следом, и моё сердце начинает кровоточить. – Собирайся, Камилла, живо. Едем домой…

Влад психованно тащит меня в сторону комнаты, а мне кажется, что я не могу дышать, просто следую за ним как послушная тряпичная кукла и плачу…

Не знаю, как взять себя в руки и начать разговор с ним. Выглядит он, словно я сломала всю его жизнь. Остервенело скидывает мои вещи с тумбочки в сумку, и я подхожу сзади, положив руку ему на плечо.

– Влад… Пожалуйста, прости меня. Послушай, – произношу это через огромный ком в горле и каждое слово приносит адские мучения. Он останавливается. Замирает, пытаясь переварить то, что произошло.

– Из всех людей на свете, Камилла… Из всех людей…

– Из всех людей я выбрала его – да. И я не жалею об этом. Ты ведь тоже его выбрал, – перебиваю его сквозь слёзы и чувствую всю его боль.

– В том то и дело, Мила! Я выбрал его, а он так со мной поступил, – отвечает он, заставив меня нахмуриться.

– Это всё я. Он здесь ни при чём. Это началось с моих дурацких решений!

– Не нужно его защищать. Тебе только восемнадцать лет, каких решений, Мила?! Скажешь, что уже трахалась до него? Блядь, я даже знать об этом не хочу, меня всего трясёт, как подумаю о вас…

– Влад, дело не в … Пойми, что кто бы это ни был, ты бы всё равно не принял его в нашу семью, потому что ты вообще не позволял мне ни с кем общаться. А это должно было произойти рано или поздно. Но Мирон… Он другой, понимаешь? Мама говорит, что это было очевидно…

– Постой, что? Даже мать в курсе ваших отношений? Ты сейчас серьезно? – он разворачивается и встает передо мной во весь рост в полном недоумении. – Я что… Один как баран нихрена не знал?!

– Не как баран…

– Как давно вы трахаетесь? Вы же, блин… Ненавидели друг друга. Когда это, блядь, случилось-то?!

– Около двух месяцев… У нас были непонятные отношения…

– Знаешь, это реально какая-то хуйня. Он перед тобой лапает других, а ты ждёшь его ночами в комнате? Для этого тебя мама вырастила? Ты что, вообще себя не уважаешь?! – спрашивает он, глядя мне в глаза, и мои внутренности болят. – Ладно он, но ты?!

– Думаешь, мне легко? Думаешь, почему нам приходилось прятаться от тебя?! Я не могу дышать, когда вы сидите за столом, и ты рассказываешь о каких-то девчонках, потому что я его люблю!!! Влад, послушай. Найди в себе силы, я умоляю тебя. Я не прошу простить нас. Это твоё право. Но просто не отворачивайся от него. У него никого кроме тебя нет…

– Это его косяк. У него нет и меня больше, Мила. Он мог заполучить любую, блядь. Весь универ был у наших ног, пока он его не бросил, а теперь…

– Постой, что… – я замираю, когда он говорит это. – А…? В смысле бросил… Что?!

– Выходит, вы не так уж близки, раз твой любовничек нихрена тебе не рассказывал, верно? – спрашивает Влад с издёвкой и качает головой. – Мила, ты – глупая дурочка. Это пройдёт. Он просто воспользовался тобой, вот и всё. Как и другими…

Слушая это, я проваливаюсь куда-то очень глубоко. В смысле? Так не бывает… Зачем он так про него говорит? Он ведь даже не знает, что между нами…

– Когда он его бросил? Почему…

Влад отводит взгляд в сторону.

– Около недели назад. Он забрал документы. Не знаю, почему. Зато теперь знаю, по какой причине мы с ним перестали разговаривать по душам. Мила, собирайся. Кристинка отвезёт нас домой. Она трезвая. Я не хочу больше здесь оставаться, – сдавленно говорит он, заставив меня замолчать. Мне так плохо, будто все внутренности горят.

– Я не хотела причинять тебе боль, Влад… Это последнее, чего я хотела.

– Я знаю, – отвечает он, оставив меня одну. Сажусь на кровать и не могу найти себе места. Почему Мирон ничего мне не рассказал? Почему он бросил университет? Что вообще происходит? Мне так нужно увидеть его. Так нужно поговорить, но я могу сделать хуже, если Влад снова увидит нас вместе…