Глава 43.

Три года спустя

Ночь Яльдариса теплая, две луны Арис и Лона медленно поднимаются над горизонтом, и их свет сплетается в серебряное сияние, что струится прямо на нас.

Сегодня состоится наш ритуал.

Три года прошло с тех пор, как Совет признал наш союз. Три года, за которые яльдарийцы и земляне научились говорить одним языком – языком взаимности.

Теперь настал черед нас с Эйларом сказать свое «да» не просто сердцем, а самой Вселенной.

Я стою в легком платье лазурного цвета, араимы командора Маркура переливаются позади него.

По традиции, поле яльтан и поле яльдарийца соединяются через дыхание.

Эйлар медленно подходит ко мне, шаг за шагом.

— Готова? — шепчет он.

Я киваю.

Мы стоим так близко, что свет наших полей смешивается. Голубое и золотое, его и мое. Я чувствую, как все вокруг будто отступает: стены, воздух, звезды.

Есть только мы.

Эйлар протягивает ладонь и касается моего лба. Легкое прикосновение, и внутри разгорается тепло.

Я ощущаю мягкий и бесконечный свет, как любовь, прожившая не одну жизнь.

— С этого мгновения, — говорит он, — наши силы принадлежат не нам.

— А кому? — улыбаюсь я.

— Тому, кого мы создадим вместе.

Я делаю глубокий вдох. Поле вокруг нас пульсирует, и я чувствую, как древний биологический и энергетический код пробуждается.

У нас с Маркуром происходит слияние не тел, а судеб. Свет, который исходит от нас, поднимается вверх, касаясь купола ночи.

Я слышу, как по всему Яльдарису гудят сенсоры, реакция системы, фиксирующей соединение двух энергий.

И в это волнительное мгновение я не думаю о науке. Я думаю о том, что где-то там, среди бесконечных звезд, кто-то тоже чувствует, как мы меняемся.

Эйлар опускается на одно колено, прижимает мою руку к своей груди.

— Моя яльтан, — произносит он ровным тоном, — ты – мое сердце и моя сила.

Я склоняюсь к нему, прижимаюсь лбом к его лбу.

— Мой командор Маркур, ты – мой дом.

Свет вокруг нас становится плотнее и теплее, словно сама Вселенная обнимает нас в этот миг.

И я понимаю, ритуал завершен. Мое поле откликнулось на него, приняло его. Теперь все возможно.

Эйлар поднимается, берет меня за руку. Мы идем вдоль моста из света, что протянулся к горизонту. Туда, где сливаются две луны.

— Теперь мы официально муж и жена? — шепчу я.

— Теперь мы можем стать родителями, любимая, — отвечает он мягко.

И когда две луны соединяются в одну ослепительную дорожку света, я понимаю, что не могу сдержать слез радости. Я плачу от счастья, от нежности, от осознания, что путь, начавшийся со страха и одиночества, привел меня туда, где рождаются новые звезды.

Иногда Вселенная не требует обещаний. Ей достаточно двух сердец, которые выбрали быть вместе.

Эйлар Маркур

Все вокруг окутано сиянием. Лунный свет ложится на плечи моей яльтан, струится по волосам, и я думаю, что ни одна звезда во всех галактиках не светит так.

Три года я ждал этой ночи. Три года учился быть рядом с ней и не разрушить все, а сберечь.

Вита стоит напротив меня, внешне она спокойная, но глаза выдают ее внутреннее волнение. Я знаю каждый сантиметр ее лица, каждую реакцию, каждый вздох. И все равно сейчас она кажется другой. Земной женщиной, окончательно ставшей частью моего мира.

Когда ее поле откликается моему, я чувствую, как внутри разгорается древний инстинкт. Тот, что сильнее разума и сильнее воли. Появляется не просто желание обладать. А я ощущаю зов, надо срочно продолжить жизнь рода Маркуров.

Важно показать всем, что сила не в одиночестве, а в том, кого ты способен защитить.

Я протягиваю руку, и Вита делает шаг ко мне. В этот миг исчезают звезды, время, имена. Есть только она.

Три года я делил свою яльтан с наукой, с лабораторией, с Советом и с бесконечными заседаниями и исследованиями.

Три года я учился терпению, потому что понимал: она не просто моя. Она – мост между мирами. И если бы я удерживал ее только для себя, я бы потерял женщину, ради которой стоило прожить сто жизней.

Но сегодня нет места науке, сегодня она полностью стала моей. Не как собственность, а как обещание Вселенной, что мы не зря выжили, не зря нашли друг друга.

Я касаюсь костяшками ее щеки, и она с наслаждением закрывает глаза. Ее кожа теплая, и в этом тепле я чувствую биение жизни, то, что вот-вот пробудится.

Где-то глубоко, в сплетении наших энергий, уже загорается искра. Она крошечная, едва ощутимая, но живая.

Это не чудо. Это закономерность любви.

— Эйлар, — шепчет она, — теперь мы едины?

Я киваю.

— Теперь навсегда.

Она прижимается ко мне, и я чувствую, как поле вокруг нас пульсирует, отзываясь на прикосновения, на дыхание, на чувства.

Я смотрю на небо и вижу, как две луны Яльдариса соединяются в одно сияющее кольцо.

Древние говорили, что так рождается новая звезда. Теперь я знаю, что это правда.

Подхватываю Виту на руки, она счастливо хохочет и прижимается ко мне. И я несу свою яльтан в наш дом, укладываю ее на мягкую кровать, бережно стягиваю с ее хрупкого тела платье.

Пока она наблюдает за мной из под опущенных ресниц, я раздеваюсь. Она так соблазнительно закусывает губу, в ее взгляде разгорается огонь.

Я наклоняюсь и утыкаюсь носом в лодыжку. Потом веду им вверх, все сильнее и сильнее возбуждаясь от аромата, что источает ее тело.

Вита раздвигает ножки, манит меня, и с громким стоном впускает меня в себя. Я стискиваю зубы от бешеного импульса, что простреливает по позвонкам. Он заряжает мои араимы новой энергией, они медленно расправляются и нежно поглаживают бедра Виты.

Я упираюсь рукой возле ее головы, ловлю ее томный взгляд и начинаю двигаться в ней. Сначала медленно, как она любит. Я распаляю свою малышку, показываю ей, что могу быть нежным и ласковым. Но новая энергия от наших тел сносит крышу. Мне хочется ускориться, хочется наполнить любимую своим семенем, но я держусь.

Вита привстает на локтях и целует меня, я начинаю быстрее брать ее. Толчки становятся резче, я вхожу еще глубже.

Да, вот оно – истинное наслаждение. Любовь – это так прекрасно.

Она обнимает меня за плечи и тянет на себя. Мы вместе валимся на кровать.

Вита царапает ноготками мою спину, особенно возбуждает, когда она делает это возле основания моих араимов. Они оплетают ее запястья, словно говорят ей: «не убирай свои прелестные руки».

Мы сливаемся в поцелуе, я ловлю ртом ее стоны, мы дышим в унисон. Я хриплю от накрывающей волны экстаза. И после нескольких толчков, мы вместе падаем в омут наслаждения. И я чувствую, как мое семя выстреливает в ее узкое лоно, как оно сжимает меня внутри, словно хочет высосать все до последней капли.

И я верю, что слияние наших полей в эту ночь, принесет нам самый бесценный подарок.