21

Марк

В принципе мне нравились командировки: посмотреть новые города, развеяться, пройтись по незнакомым улицам рано утром или поздно вечером, когда ещё не так много народа. Но ужасно напрягали долгие перелёты, переезды, чемоданы, такси, вежливые и суетящиеся сопровождающие. Вся эта суматоха каждый раз изрядно трепала мои нервы.

А вот Воскресенскому нравилось.

Он охотно соглашался на любые поездки, даже когда переговоры можно было устроить и на нашей территории. Как мальчишка, он с удовольствием пускался в приключения, радовался местной еде и глазел на красоты природы и девушек. А также охотно флиртовал с обслуживающим персоналом, секретарями и администраторами встречающей стороны, знакомился на улице и в ресторанах и приглашал любых маломальски симпатичных девиц весело провести с ним вечер.

Я всегда с улыбкой смотрел на его проделки и даже не пытался запомнить лиц блондинок и брюнеток, которых он пачками таскал в свой номер. Мне важно было лишь, чтобы Воскресенский сохранял форму и мыслил трезво на деловых встречах, поэтому я следил, чтобы он не злоупотреблял выпивкой из мини-бара и не водил к себе откровенных разводил, которые могли опоить его и потом обобрать до нитки.

Да, Вик был легкомысленным в этих вопросах.

Как только видел юбку, его мозги полностью отрубались. Как мартовский кот он наворачивал круги вокруг очередной сисястой дурочки, осыпал её комплиментами и обвешивал её уши романтической лапшой. Просто чтобы трахнуть. В этом плане я всегда предпочитал честность и простые пути достижения целей – мне нужна была женщина на ночь, я не пытался её обаять, я просто её покупал.

Женитьба Воскресенского должна была снять с меня обязанности следить за любвеобильным другом и контролировать его похождения, но, к моему большому сожалению, этого не произошло.

- Гляди, у неё силиконовые сиськи. – Шепнул он мне во время переговоров в офисе посредника.

Я оторвался от изучения бумаг и поднял взгляд на сероглазую секретаршу с забавно вздёрнутым носиком.

- Она слишком молода для них.  – Ответил я.

Девице было не больше двадцати.

- Да они их сейчас с рождения делают! – Усмехнулся Вик.

И я заметил, как он подмигнул ей.

В памяти всплыло бледное лицо Полины на свадьбе.

Как я тогда тянулся к её губам, как сильно хотел поцеловать их, и как горько было во рту от того, что поцелуй не состоялся.

- Пункт номер четыре. – Обратил я внимание Воскресенского на документ.

И закусил губу.

Кровь помчалась по моим венам, распаляя кожу, руки яростно сжались в кулаки.

- Хм, интересно. – Нахмурился Вик, изучая контракт.

Мне стало легче дышать, когда он перестал пялиться в декольте этой секретарши.

- Подожди, я сейчас. – Задержался у выхода Воскресенский, когда мы вышли из переговорной.

- Куда ты?

- Нужно взять телефон этой блондиночки. -  Расправил плечи Вик.

- Ты в своём уме?! – Неожиданно для себя самого я налетел на него и оттолкнул в сторону выхода из здания.

- Эй, ты чего завёлся? – Опешил Вик.

- Тебе что опять неймётся, Воскресенский? – Прорычал я ему в лицо. – Ты только вернулся из медового месяца со своей женой, какие бабы, Вик?

Он отдёрнул воротник и направился к выходу.

- Не думал, что ты станешь читать мне нотации.

Я бросился за ним.

Мне хотелось раздавить его, точно мерзкого жука. Прихлопнуть. Размазать сапогом по полу. Я словно снова стал тем мальчишкой, чей отец на глазах матери перетрахал всех старых потаскух района. Я словно снова глядел в ту замочную скважину. И меня от этого буквально разрывало на части.

- Ты же женился, Воскресенский! – Я еле сдерживался, чтобы не залепить оплеуху по его довольной роже. Именно оплеуху, потому что этот сукин сын не был достоен даже удара кулаком. – Не ты ли мне говорил, что любишь её?

- Я и люблю. – Улыбнулся Вик, учтиво открывая для меня стеклянную дверь. – Люблю, Загорский! И я счастлив!

- Тогда на хрена? – Я честно не понимал. Указал ему ладонью в сторону переговорной. – На хрена тебе это, Вик? Зачем тогда всё это было нужно: свадьба, клятвы, кольца? Ты мог просто трахнуть эту свою Полину и бросить её, как бросал всех остальных. На хрена было жениться?

Он мотнул головой, и я вышел из здания. Вик вышел за мной следом. Мы закурили.

Воскресенский хмурился, глядя на меня с непониманием.

- Это ведь всего лишь шлюхи, Марк. Они ничего не значат. Просто секс.

Твою мать!

У меня заклокотало в горле. Злость пульсировала в висках, зудом разошлась в ладонях, мне хотелось схватиться с ним, но вместо этого я просто втянул в лёгкие больше дыма.

- С Полиной мне хорошо. – Продолжил Вик, глядя себе под ноги. – Она чудесная. Умная, весёлая, добрая. С ней хорошо, но в постели… - Он наморщил нос. – Она холодная, безынициативная. Не умеет ничего.

Я закашлялся.

- Я понимаю, что я её целкой взял, что сам должен. – Воскресенский затянулся и выпустил дым. – Но я уже и так, и так старался. Бесполезно. Она как замороженная.

- Так расстанься с ней. – Выдохнул я.

- А зачем? – Удивился он. – Она же меня во всём устраивает. – Стряхнул пепел. – А потрахаться всегда можно на стороне. Ничего такого. И ей об этом знать не обязательно.

У меня закружилась голова. Я отшвырнул сигарету, та упала рядом с урной. Ощущение было такое, будто меня сейчас вывернет наизнанку.

- Меня вон Кира к себе приглашала. – Добавил Вик. – Я думал, у вас с ней… - Он посмотрел в моё напряжённое лицо. – Но она сказала, что вы чисто по-приятельски на моей свадьбе гуляли. – Вик наклонил голову, заглядывая мне в глаза. – Если нет, ты скажи, я к ней не притронусь, мы же друзья.

Я сплюнул горькую злость себе под ноги и повернулся к нему:

- Я тебе сейчас как друг скажу, Воскресенский. – Процедил сквозь зубы. – У тебя в башке не мозги, а сраный кисель. Ты только женился, а уже соображаешь, кого бы нагнуть. У меня только один совет к тебе будет, Вик.

- Какой? – С улыбкой спросил он.

- Ты не мальчишка, ты – мужчина. Вот и будь мужиком. Хотя бы заразу своей жене не тащи. Не позорься.

Он заржал, а я в очередной раз еле сдержался, чтобы не втащить ему.

- Ваше такси, - отвлек меня от тяжких мыслей голос администратора.

- Идём. – Подтолкнул я Вика к машине.

Полина.

Мне нравилось, как продвигается ремонт. Дом будто оживал, наполнялся красками, снова дышал жизнью.

По возвращении из командировки, Вик подарил мне золотой браслет с подвесками. Мы лежали на диване в гостиной, он кормил меня виноградом, а я рассматривала, как детали подвески переливаются в свете ламп и радовалась, что муж, наконец-то, рядом со мной.

- Нравится? – Вик поцеловал меня в шею.

- Да, красиво.

Он погладил моё бедро, и его ладонь требовательно скользнула под юбку.

- У тебя будет всё, что только захочешь. – Хрипло прошептал он.

Опустился ниже, и его губы стали ласкать мою грудь сквозь ткань футболки. Я откинулась на подушках и закрыла глаза.

Мне очень хотелось почувствовать желание, хотелось раствориться в Вике, отдаться ему и телом, и душой. Палец Воскресенского погладил кружево моих трусиков, сдвинул его в сторону и осторожно коснулся нежной плоти.

Я рвано выдохнула, умоляя свой организм, чтобы там оказалась влага. Мне не хотелось, чтобы опять было больно. Но Вик разочарованно убрал руку и принялся торопливо тискать мои ягодицы, сдирать с меня одежду и кусать мои соски.

Муж жадно заглядывал в моё лицо, ища там оттенки эмоций, а я кусала губы в надежде, что он примет этот жест за крайнюю стадию возбуждения. И, кажется, он поверил. Развёл мои ноги, резко вошёл и стал механически двигаться, глядя мне прямо в глаза.

Я хватала ртом воздух и сжимала его изнутри. Притягивала к себе его бёдра, выгибала спину, чтобы почувствовать его ещё теснее, ещё глубже. Я очень хотела просто почувствовать, но с каждым толчком всё больше утверждалась в мысли, что мне это просто не дано.

- Тебе хорошо? – Хрипло спрашивал Вик, двигаясь всё быстрее.

- Да. – Отвечала я, стыдясь себя самой.

И ещё сильнее пыталась удержать своими внутренними мышцами его горячий, твёрдый член.

- А так? – Он смотрел на меня остекленевшими зрачками и задыхался, ускоряя темп.

Я уже научилась понимать, когда он готов кончить. Приподняла ягодицы и обхватила руками спину Вика крепче. Мои ногти заскребли по его коже, и я ощутила, как его начинают сотрясать спазмы.

Наконец, муж в последний раз дёрнулся и рухнул на меня. Его влажный лоб скользнул по моей щеке, и я закрыла глаза, выдыхая. Теперь можно было просто лежать и гладить его спину. А завтра я снова почитаю статьи в Интернете и, возможно, пойму, что же делаю не так.

Вик уснул. Я встала, взяла свою одежду и пошла в душ. Чуть не запнулась о стоящий рядом с диваном чемодан. Прихватила его, чтобы разобрать вещи. Наверху, в спальне, открыла.

Достала гаджеты, убрала на комод, извлекла из широкого кармана документы и спрятала их в ящик, вынула всю одежду, чтобы отнести на стирку. Сунулась зачем-то в один из кармашков и замерла. В груди неприятно похолодело.

Это была упаковка презервативов. Внутри – один квадратик из фольги. Я вложила его внутрь и повертела упаковку в руках. «Три штуки» - значилось под названием.

Ну, мало ли.

Неизвестно, как долго провалялась эту штука в его чемодане. Убрала обратно, закрыла молнию на замке.

Встав, я взяла вещи Вика и побрела в ванную.

Насыпала порошок в нужное отделение стиралки, выбрала подходящую программу и стала складывать внутрь одежду. Чёрт дёрнул приложить одну из рубашек к лицу – понюхала. Та отчётливо пахла тяжёлыми духами. Женскими. Я швырнула её в стиральную машину и захлопнула дверцу.

«Это всё неправда. Неправда».

Это мой муж, он меня любит, и я буду стараться ещё.

Я стану для него самой лучшей. Обязательно стану…

Через пару дней, когда я гуляла по строительным магазинам, мне пришла от Вика смс: «Приглашаю тебя сегодня на романтический ужин».

Я улыбнулась и ответила: «С удовольствием».

И вдруг решила: а чего тянуть? Я в пятнадцати минутах ходьбы от его офиса и, к тому же, соскучилась. Рабочий день через пару часов закончится. Почему бы не закончить его раньше? Разве украсть собственного мужа с работы не романтично? Ещё как! И решительно направилась туда.

- Виктор у себя? – Задала я вопрос Ирине, которая увлечённо красила ногти у себя на ресепшене.

Девушка замешкалась, увидев меня, и, кажется, даже немного опешила.

- У себя… но он занят… - пробормотала она.

И неловко дёрнув рукой, перевернула флакончик с лаком прямо на стол.

- Чёрт! – Пискнула она, подскочив со стула, и схватила салфетки.

Я развернулась и пошла к нужной двери.

Слева был кабинет Загорского, справа – Вика. Мысленно я молила о том, чтобы судьба не столкнула меня с Марком, поэтому ускорила шаг.

Но, оказавшись у двери кабинета мужа, вдруг притормозила. Остановилась и прислушалась. Звуки за дверью были странными. Какая-то возня, копошение, вздохи… Я хотела приблизиться, чтобы расслышать, протянула руку к ручке двери, но в этот самый момент передо мной выросла фигура Загорского.

- Стой. – Он перехватил мою руку.

Я вздрогнула. Марк сказал это почти шёпотом, но я повиновалась. Ко мне разом вернулись все мои страхи. Увидев так близко его черные, дикие глаза, я едва не попятилась.

- Ох! – Раздалось из-за двери кабинета.

И Загорский поменялся в лице. Холодный, немигающий взгляд налился злобой.

- Идём! – Он сжал моё запястье своей сильной рукой и резко рванул на себя.

Я не стала спрашивать: куда и зачем? Это «Ох!» из-за двери кабинета стало голосом какой-то неотвратимости для меня, какой-то безысходности, что ли. Я способна была сейчас слушать даже Загорского, лишь бы не это протяжное «О-ох!».

Ирина с расширенными от испуга глазами наблюдала за тем, как Марк тащит меня к выходу. Звонко звенели каблуки моих туфель, а я просто шла, не глядя никуда – только в его широкую спину. Загорский уводил меня прочь из офиса, я шла за ним, не чувствуя под собой ног.

Он посадил меня в машину. Хлопнула дверца. Взревел мотор. Автомобиль сорвался с места и полетел по улицам города. И только в этот момент я смогла сделать полноценный вдох. Я словно отошла ото сна.