32

Я едва понимала смысл сказанных слов…

Собственный пульс оглушал, обнаженная грудь ходила ходуном, дыхание было рваным. Я смотрела в пылающие глаза Рэйгара, все еще ощущая его внутри себя, и не могла осознать происходящее.

— Что это значит? — прошептала я, тревожное волнение постепенно охватывало мое сердце.

Рэйгар зловеще усмехнулся.

— Это означает, что теперь мы поменялись местами… — самодовольно произнес он, а затем осторожно коснулся моего лица, убирая со лба прилипшую прядь. — Теперь ты принадлежишь мне, Лира. А не наоборот.

— Нет… — хрипло выдохнула я, когда осознание сказанного пробрало мое тело до дрожи. — Это невозможно.

Его губы сомкнулись в жесткую линию.

— Что, не хочешь принадлежать чудовищу? — саркастично произнес он, и в его голосе прозвучали хриплые нотки.

— Да! — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать. — В смысле, нет. Это неправильно… Так быть не должно!

Рэйгар нахмурился, а затем его сильные руки отпустили меня. От неожиданности я едва не рухнула на песок, ободрав спину об острый камень, но все-таки удержалась на ногах.

Колени подкашивались, кожа горела огнем, а по бедрам стекали капли его семени вперемешку с кровью… моей кровью.

— Ты сказал, что взял мою первую кровь, — произнесла я, нервно сглотнув. — Что ты имел в виду?

Рэйгар уже успел застегнуть ширинку брюк и теперь стоял напротив, прожигая меня алым взглядом.

— Я не понимаю…

— Все очень просто, — наконец ответил он. — Магические оковы, что ты надела на нас, сделаны из того же сплава, что и брачные браслеты драконов.

— Этого… не может быть… — прошептала я дрожащими губами.

Чувства не просто клокотали внутри — они проносились по венам, бушевали где-то в районе солнечного сплетения и сжигали все дотла.

— Людишки лишь слегка изменили их свойства и перековали в более удобный инструмент — ошейник и кольцо владельца. Ты надела их на меня, а я взял твою девственную кровь, — его голос стал глухим и тяжелым. — По драконьим традициям это означает, что теперь мы женаты, Лира.

— Нет…

В ушах зашумело, сердце сжалось, будто его сдавили в кулак. Я пошатнулась, едва не рухнув на песок, ощущая, как страх, отчаяние и неверие накрывают меня волной.

Женаты…

— Ты знал, — прошептала я, чувствуя, как к глазам подступают слезы, а воздух застревает в груди. — Ты догадывался. Видел, что я не могу снять кольцо!

— Верно, — твердо ответил он. — Было бы грехом не воспользоваться ситуацией.

Он усмехнулся, обнажив хищный оскал.

Внутри меня вспыхнула такая ярость, злость и отчаяние, что я снова почувствовала, как ладони загораются огнем, перед глазами сгущается алая пелена, а мир вокруг будто становится ярче, резче.

— Подонок! — я резко вскинула руку у лица Рэйгара, пытаясь отвесить ему пощечину, но он ловко перехватил ее за запястье.

Я застыла, вновь ощутив всю мощь, силу и опасность, исходящие от него.

Он нахмурился, а затем подтянул меня ближе, и я резко врезалась ему в грудь.

— Позволь тебе напомнить, — прорычал он в нескольких сантиметрах от моих губ. — Это ты пришла за мной. Ты надела на меня эти проклятые оковы. Ты первая решила воспользоваться мной.

Я чувствовала его горячее дыхание, слышала глухие, хищные нотки в голосе — и вопреки всему, на долю секунды ощутила внутри томительное предвкушение.

— Ты была неосмотрительной и поплатилась за это, — продолжил он жестко. — А я лишь не упустил свою возможность.

Сейчас я по-настоящему боялась его. Боялась его силы, его власти надо мной — той, которой прежде не знала.

Я попыталась отпрянуть, но Рэйгар не позволил.

— Ты не должен был… — отчаянно выдохнула я. — Не должен был этого делать!

Его губы дрогнули в оскале.

— Я сделал ровно то, что захотел, — угрожающе прорычал он. — А захотел я тебя. Теперь ты принадлежишь мне. Похоже, мы и правда поменялись местами.

— Я тебе не верю.

— Может, тогда проверишь? — он вдруг приподнял мою руку, на которой сверкало тонкое кольцо с крохотным камнем — тем самым, от которого сейчас зависело все.

— Что? — не поняла я.

— Давай… — прорычал он прямо мне в губы. — Сделай это.

Я чувствовала жар его твердого тела, его крепкие пальцы, что по-собственнически держали меня, словно свою добычу.

И я сделала.

Я зажала кольцо большим пальцем той же руки.

Но Рэйгар не дрогнул.

Я зажимала его снова и снова, до боли, до онемения, но он оставался неподвижен. Он не падал передо мной на колени, не отпускал, не отступал. А на его лице медленно расползалась победная, жестокая гримаса.

Кольцо не работает!

Страх накрыл целиком. Душа словно заледенела. Я вдруг почувствовала себя жалкой, ничтожной и совершенно беззащитной в его руках.

— Я же говорил… — прорычал он. — Теперь мы связаны, Лира. По-настоящему.

Паника захлестнула с головой, лишая воздуха и мыслей.

Я дрожала, пытаясь взять верх над эмоциями, но ничего не получалось. Дыхание сбивалось, пальцы судорожно сжимались в кулаки.

В какой-то момент вспышка ярости, страха и отчаяния ослепила меня. И в следующую секунду в моей руке, которую Рэйгар держал за запястье, вспыхнуло пламя — яркое, жаркое, пугающее.

Он даже не вздрогнул.

Просто продолжал удерживать меня, хмуро глядя на огонь у своего лица. А я не могла пошевелиться, застыв от ужаса.

Я все еще помнила, на что способно это пламя. На что способна была я.

— Невероятно… — вдруг восторженно произнес он. — Твое пламя обжигает меня, в тебе есть сила первозданного огня.

Мое сердце болезненно сжалось.

— А это значит, теперь и моя! — на лице Рэйгара появилась зловещая улыбка.

— Нет…

В следующее мгновение пламя погасло.

Мир перед глазами поплыл, ноги резко стали ватными, и я потеряла сознание, провалившись во тьму.