Глава 49

Проклятье Боряны не сработало. Мы благополучно пережили первую брачную ночь.

Граф Фердинанд доложил королю Владиславу, что я возвращаюсь в Золотое царство. Король возражать не стал, но пожелал перед моим отъездом пообщаться со мной и с Игорем. Нас пригласили во дворец.

Кроль Владислав принял нас в малой гостиной. Он сидел на диване, вольготно развалившись и покуривая длинную трубку. Выглядел великий король совсем по-домашнему. Крылья убрал, кутался в роскошный шелковый халат и добродушно улыбался.

— Скажи, Игорь, что за авантюру вы провернули с этими бесконечными свадьбами-разводами? И не держите меня за дурака, просто удовлетворите любопытство. Обещаю, гневаться не буду.

Игорь рассказал несколько измененную версию событий, в которой главная проблема была с моим превращением в волчицу.

— Отлично придумано! Жаль, короли на разведенных не женятся. А то бы я рискнул. Ты красива, Любава. Но когда обернулась волком, я думал мне конец пришел. Сердце едва не выпрыгнуло из груди. Что ж желаю вам счастья и любви. Живите в согласие, нарожайте детишек побольше. И кстати, с вами едет граф Фердинанд. Я его отпускаю. Уж очень полюбилось ему Золотое царство. Захочет вернуться — всегда буду рад принять назад. Вы за ним присмотрите, он тот еще авантюрист, вам под стать. И ты, боярыня Любава всегда можешь поселиться в Иримании. Разумеется, вместе с семьей. Буду рад принять вас, дорогой боярин Волков и милая боярыня Любава.

Итак, у меня теперь двойное гражданство. Возможно, пригодиться если дела в бизнесе пойдут в гору, и я начну искать выход на зарубежные рынки.

В качестве свадебного подарка король Владислав вручил нам с Игорем роскошный серебряный сервиз. Мы искренне поблагодарили короля за щедрость — сервиз, да еще серебряный, в хозяйстве лишним не бывает.

Мы вернулись домой, неприлично счастливые и безумно влюбленные.

Васена стиснула меня в объятиях, прослезилась, и пришла в полный восторг от подарка. Впрочем, подарки понравились всем. Собственно, никто из слуг не ожидал такого жеста с моей стороны. Народ оживился, загалдел, обсуждая и разглядывая сувениры.

На следующий день Игорь представил меня своему роду. Роду волков, во главе которого он и стоял. Люди как люди, только могут превращаться в хищников по своему желанию и не только в полнолуние.

Как оказалось, после первой брачной ночи этот дар передался и мне. Все оказалось совсем просто. Как и говорил Игорь, надо просто настроиться и почувствовать себя волком. Ощущение необычное, но результат мне понравился. Возникла проблема с хвостом. У меня он почему-то жил своей жизнью и совершенно не желал слушаться меня. Но со временем я обязательно справлюсь с такой мелочью.

Разумеется, мы решили отпраздновать бракосочетание еще и на родине, в Златове. Подготовка к тожеству заняла несколько дней.

В поместье Игоря в Златове накрыли столы в саду. Они ломились от яств, гости оказались самыми разными — от бояр до просто приходивших мимо горожан. Это и называется пир на весь мир. На нем рады любому, двери открыты для всех — и для знати, и для простых смертных.

Конечно, я пригласила моих верных сотрудников. Слугами я не хотела называть их.

Пир посетил сам царь Алексей с супругой. Для царской четы накрыли стол на возвышении под узорчатым навесом. На помосте чуть пониже сидели мы с Игорем — субординация должна соблюдаться.

Из моей родни самой близкой оказалась Забава. Я пригласила ее. Уж если на свадьбе присутствую мои троюродные бабушки и десятиюродные дяди и тети, которых я видела впервые, то зачем обижать сводную сестру? Она не любила меня, постоянно поддевала, говорила гадости. Несмотря на это я на нее не злюсь. Зачем? Подругами мы не станем, родней тоже. Но сегодня я счастлива и готова обнять весь мир! Пусть и Забава развлечется, ей наверняка скучно в дальней усадьбе.

После заключения княгини Пелагеи в монастырь, Забава заметно убавила норова, стала какой-то незаметной. Она скромно сидела за столом рядом с Васеной. Не возражала, что ее разместили с прислугой. Впрочем, вся моя дальняя и незнакомая мне родня сидела там же. Пора развивать в людях демократичность. Слуги ничем не отличаются от родовитых дворян — у них те же радости и те же горести, он так же смеются и плачут, радуются, страдают, любят. Просто одни бедны, другие богаты. Одни зарабатывают себе на хлеб тяжелым трудом, другие живут за счет веками накопленных богатств. Вот и вся разница.

Как хорошо, что в этом Игорь полностью разделяет мои взгляды. А кому что-то не нравится в нашем жизненном укладе — мы никого не держим, ворота на выход открыты всегда!

Слуги без устали разносили угощения, квас и пиво лились рекой. Желающим подавали вино, присутствовал и охлажденный самогон, настоянный на ароматных травах.

Потом начались танцы. Гости веселились от души, плясали, смеялись, шутили. Увы, Забаву никто танцевать не приглашал. Даже купцы. Весть об опале ее матери, княгини Пелагеи уже разнеслась по городам и весям.

К нам подошел граф Фердинанд, в очередной раз поздравил с законным браком. Мне всегда нравилась эта фраза. Можно подумать, брак бывает беззаконным.

Фердинанд преподнес подарок — хрустальную вазу для фруктов рубинового цвета на высокой витой ножке.

— Вижу я, что твоя сводная сестра скучает, — издалека начел граф. — Никто из кавалеров к ней не подходит. Испортила твоя мачеха ей репутацию.

— Испортила, — согласилась я, ставя тяжелую вазу на стол.

— Так она может в девках засидеться, — сокрушенно покачал головой Фердинанд. — А мне надо жениться, чтобы получить подданство Золотого царства.

— Так женись на Забаве, — усмехнулся Игорь, ожидая подвоха от посла.

— Если только она согласиться, — заметила я.- Забава отвергла многих женихов.

— Она сейчас не в том положении, чтобы в женихах копаться, — напомнил граф. — Она согласится. Получит титул графини, положение в обществе. Я — благороден, состоятелен, хорош собой в конце концов. И я бы женился на ней. С радостью. Забава красива, здорова. Детей нарожает… Я бы женился, — повторил Фердинанд. — Женился бы, но…

То, что будет «но» я поняла уже давно.

Пристроить Забаву замуж надо. Я отвечаю за нее и за ее будущее. А женихи от Забавы как от чумной шарахаются. Даже свахи не хотят с ней связываться.

— Продолжай, граф, — усмехнулась я.

— Она же бесприданница, сама понимаешь… — развел руками Фердинанд.

— Как это — бесприданница? У нее пивоваренный завод, рыбный промысел, три деревни, поместье. Этого что, мало?

— Не мало. Но и не много… — со вздохом констатировал расчетливый граф. — У нее же нет приданного. В денежном выражении.

— Сколько? — перешла я к делу.

— Тысяча золотых сделает твою сводную сестру графиней. И все, что положено для приданного — перины, постельное белье, повозка для выезда, две пары коней… — начал загибать он пальцы. — Разумеется, достойные ювелирные украшения. Столовое серебро, мебель.

— Может, тебе еще и ключи от терема, где деньги лежат? — поинтересовалась я.

— О, ты так щедра, боярыня! — восхитился граф. — Терем в Златове? Не окраина? Центр?

— Это был сарказм, — призналась Фердинанду.

— Тысяча золотых и хватит с тебя, граф, — осадил графа Игорь. — Это более чем щедрое предложение. Или ищи себе другую жену. Только в приданое больше пятиста монет никто не даст.

— Тысяча двести и столовое серебро, — благородный рыцарь грудью бился за свое семейное счастье.

— Тысяча и закроем этот вопрос, — отрезала я. — И вообще, сегодня наша свадьба, и нечего портить ее нам финансовыми вопросами, — я поднялась. — Не желаю больше говорить об этом.

Игорь подал мне руку:

— Потанцуем, Любава?

— С радостью!

— Согласен. Будь по-вашему, тысяча, — граф испугался, что может остаться вообще ни с чем. — По рукам?

— По рукам, — кивнул Игорь.

Фердинанд поспешил к Забаве, церемонно поклонился, протянул цветок, сорванный по пути на ближайшей клумбе. Не знаю, что именно сказал граф, но Забава повеселела и скоро уже во всю строила Фердинанду глазки.

Игорь вывел меня на середину поляны, закружил в танце. Я смотрела в глаза цвета темного янтаря и понимала — счастливее меня нет никого на свете.