7 глава

Нина

Просыпаюсь от едкого запаха, кто-то водит ваткой под моим носом. Пытаюсь увернуться. Слышу мужской голос:

– Ну давай, девочка, приходи в себя.

Нахмурившись, я окончательно начинаю приходить в себя. Вижу склонившегося надо мной мужчину лет под шестьдесят, среднего роста, худощавый, с приятной внешностью.

Охрипшим голосом спрашиваю:

– Вы кто? Где я? Что случилось?

– Ну, ну, не надо так нервничать, я врач, вы попали в ДТП. У вас, возможно, лёгкое сотрясение, нервничать вам не рекомендую.

– Где вы?

– Вопрос не ко мне. Я здесь не за этим, а за тем, чтобы поправить ваше здоровье. Сейчас я вам обработаю голову, у вас рана, шить не надо, обрабатывать дней пять перекисью и актовегиновой мазью, я вам оставлю. Распишу лечение и оставлю рецепт. А сейчас поставлю капельницу и введу вам успокоительное, рекомендую постельный режим с неделю.

– Я…я…мне…

Не могу и слово вымолвить, натянула плед до подбородка, в памяти ещё грязные лапы Озерова. Поэтому молча хлопаю глазами.

– Ну, что за паника? Чего так испугалась? Ммм? Вам хотят помочь, иначе меня не пригласили бы.

– Я…хочу…домой.

– Сейчас вы вряд ли встать сможете, упадёте от головокружения и нанесёте себе увечье. Только себе хуже сделаете, поэтому слушайте меня и лежите спокойно. Договорились?

Я глянула на врача немигающим взглядом и коротко кивнула.

– Вот и отлично. Подтяните повыше рукав и поработайте кулачком, а я пока прикреплю повыше систему, штатива, к сожалению, нет, но мы справимся.

Врач поставил мне капельницу.

– Вот так, хорошо. А теперь отдыхай, будешь спать до утра, а завтра полегче станет.

– Спасибо Вам.

Доктор добродушно мне улыбнулся, собрал свой чемоданчик и вышел.

Голова тяжёлая, чувствую себя не очень, сейчас капельница прокапает, и надо попробовать встать и уехать домой.

Огромная кровать шоколадного цвета, с бирюзовыми и коричневыми подушками и таким же пледом, я такую только на картинках видела.

Лёжа в кровати, стала разглядывать комнату.

Интерьер комнаты в бирюзово-шоколадной гамме, и комната очень большая. Весь дом моей тёти меньше, чем эта комната. Она шикарна, из мебели – два бирюзовых кресла с шоколадными ножками, резной белый стол со стулом с шоколадными вставками по резьбе. На белоснежном потолке – большая люстра с бирюзовыми куполообразными плафонами. В стене раздвижные глухие двери, скорее всего, это – гардеробная. Ещё одна дверь, стеклянная, с бирюзовым матовым рисунком, видимо, ведущая в ванную комнату. Огромное панорамное окно напротив кровати с красивыми шторами, выполненными под интерьер всей комнаты в бирюзово-шоколадном стиле. Так, за разглядыванием комнаты чувствую, как веки тяжелеют, и я улетаю в мир Морфея…

Просыпаюсь утром, от мягкого света, проникающего через окно. Открываю глаза, обвожу взглядом комнату, голова по-прежнему тяжёлая. Откидываю плед, чтобы встать и вижу на себе чужую одежду, это меня так взбодрило, как будто я пробежала сто метровку. Встаю с кровати, смотрю на себя – я в мужской футболке, которая доходит мне до середины бедра и в капроновых колготках. Поворачиваю голову и наблюдаю рядом с кроватью ворох из моей одежды, а точнее сказать, то, что от неё осталось.

– Блин, блин, блин, какого чёрта? Кто это сделал?? – тихо сказала я, судорожно вздохнув. Я же почти голая! Мой топ!!! Осматриваю уже бывшую свою одежду. Уже меньше обращаю внимание на головную боль, потому что я очень и очень рассержена! Да что там! Я В БЕШЕНСТВЕ!!! Слышу, как открывается дверь, разворачиваюсь на звук отрываемой двери со сдвинутыми у переносицы бровями и поджатыми губами, в руках половинки уже тряпок. Заходит молодой мужчина, когда до меня доходит, кто это, выражение моего лица кардинально меняется из злого в ошарашенное. Со словами..

– Это вы-ы? О Господи? – Мурадов криво усмехается, передвигаясь с грацией хищника.

– Уверен, ты знаешь, как меня зовут, но можно и так, несмотря на то, что в бога я не верю.

В данной ситуации его юмор пропускаю, потому что трезвею от осознания того, что я ведь полуголая, мои соски выделяются через футболку, краснею от стыда, ныряю обратно в кровать и укрываюсь до подбородка.

Мурадов подходит к креслу, на нём надета белая футболка, которая контрастирует с его смуглой кожей и домашние штаны. Боже, какой он широкоплечий, высокий, в домашней одежде каждая мышца выделяется, такое тело оттачивали в спортзале, уверена, что он увлекается какими-то единоборствами.

Мурадов выдвигает кресло, притягивает его ближе к кровати, садится, вытягивает ноги, складывает мускулистые руки на такой же мускулистой груди и смотрит на меня своими карими глазами.

– Доброе утро. – говорит мне. – Не привычно тебя видеть в такой позе, на коленях мне больше нравится…

Не знаю, чего он ждал, что я зайдусь от смеха на его плоские шуточки?

– Как спалось? – спросил Мурадов.

– Доброе утро. А вы что здесь делаете? – задаю я тупой вопрос, потому что интеллект меня покинул.

Он улыбнулся и продолжил:

– Как тебя зовут?” – спрашивает.

– Нина, Нина Белова. – прошептала я. Мурадов приподнял свои густые брови.

– Ну что же, Ни-на, будем знакомиться. – растягивая моё имя, произнёс Мурадов. У него был такой каменный вид лица, что было ясно, это был вовсе не вопрос.

– Не надо знакомиться. – преодолевая страх, проговорила я. – Я вас знаю, вы – Мурадов Арслан Валиевич, являетесь меценатом университета, где я учусь.

– Верно. Нина, я сейчас буду задавать вопросы, а ты будешь отвечать. – Мурадов говорил спокойно, не повышая голоса. – И мой тебе совет – говорить правду, если я узнаю, или почувствую, что ты врёшь? А я узнаю, поверь мне, девочка. Тебе очень не понравится, я могу быть как добрым, так и очень злым дядей. Поэтому скажи мне правду, тебя подослали, чтобы ты соблазнила меня? Отвечай, девочка?

При этом выражение лица, как и тон его голоса, не меняются. И это до жути пугает, я его боюсь. Хотя я ничего не сделала, кроме того, что попала под машину, очевидно, что под его. Я, что помяла ему своей головой его танк? Соблазнить????? Кто, я? Да кого я могу соблазнить? Разве что Анну Ивановну в библиотеке своей посещаемостью! Я попыталась придать голосу твёрдость.

И охрипшим от испуга голосом, говорю..

– Я вообще не понимаю, о чем вы говорите, я просто бежала и попала под машину. Меня никто не посылал, вы- вы ошибаетесь, да и с чего вы взя… взяли? Я..я никого не соблазняла, то есть я никогда, то есть…

– Не надо бояться, Нина, если это – так и тебя подослали? Я тебя не трону при условии, если ты скажешь правду. Понимаю, Нина, всем нужны деньги, я дам тебе больше. Правду, Нина, я жду..

– Нет… нет…я.. то есть меня никто, честное слово! Отпустите меня, мне надо домой! Я… ничего.. не.. сделала.

От страха, я стала заикаться, поджала колени к груди и тряслась.

Мурадов медленно поднялся, подошёл ко мне, приподнял двумя пальцами меня за подбородок. Схватил жёстко пятернёй за скулы и впился взглядом в мои глаза, затем в губы и лениво вернулся обратно к глазам. От его захвата на лице точно останутся синяки, больно, но я не решусь рта раскрыть.

– Ты остаёшься здесь. До выяснения, кто ты и зачем кинулась под колеса моего джипа? – А там видно будет.

И он, резко развернувшись, направился из комнаты. Я вскакиваю, укутываюсь пледом, бегу следом и кричу ему..

– В смысле, останусь здесь? В смысле, там видно будет? Как так, вы что, я ни в чём не виновата!!! Вы что себе позволяете?

Мурадов медленно развернулся ко мне, но меня уже несло.

– Я свободный человек, и вообще, вы по какому праву разорвали мою одежду?? Что вы думаете, если у вас есть деньги, вам всё дозволено?? Вы воспользовались моим положением и раздели меня!!! Это – низко, очень низко, вы не имели никакого права!!! Без моего позволения!!! Верните мне одежду, потому что я собираюсь домой, немедленно!!!

Меня от бешенства потряхивает, могу себе представить, какой у меня вид, вся всклокоченная.