Глава 69. Сокровище
Виктория
Такое чувство, что меня накрыло какое-то безумие. Поцелуй брюнета был не просто страстным, а диким, безудержным и... волшебным. Мне не хотелось отлипать от его мягких настойчивых губ.
Золотистая татуировка на руке мягко покалывала, рассылая по телу охватившую меня негу, и краешком уцелевшего сознания я поняла, что вот оно как бывает, когда брачный союз скрепляется магией и артефактами истинной связи.
Этот невыносимый, упрямый и жутко сексуальный тип был моим! И я хотела его, как никогда и никого в своей жизни.
- Имя. - прохрипел он, с неохотой выпуская мои губы из жаркого плена.
- Что? - переводя дыхание, переспросила я, глядя на него осоловелыми глазами. Только что поняла, что мои руки, оказывается, плотно обхватили его за шею, и отказывались расцепляться.
- Назови своё имя. - хрипло выдохнул он, пожирая меня таким взглядом, от которого внизу живота скручивался тугой узел желания.
- Не помню, - мотнула я головой, злясь на этого типа, что он прерывается на такие мелочи.
- Да какая разница? - нетерпеливо фыркнула я.
Руки всё же расцепились, но лишь для того, чтобы попытаться сорвать с него чёрный кожаный жилет и добраться до обнажённого торса, покрытого идеальными кубиками.
Рыкнув так, что вибрации его голоса пронзили моё тело и едва не привели к оргазму, он сам принялся помогать мне с собственным раздеванием, и через несколько секунд передо мной стоял обнажённый, и крайне возбуждённый атлет.
Мои ладони первым делом ринулись исследовать его живот и грудь, наглаживая тёплый торс, под гладкой кожей которого чувствовались стальные мышцы. А когда я прошлась по его напряжённым бордовым горошинкам сосков, мужчина дёрнулся, издавая глухой стон.
- Ты меня с ума сводишь! - с каким-то надрывом прохрипел он и снова накинулся на меня с бешеными поцелуями, клеймя и лаская каждый сантиметр тела, до которого мог добраться.
- Платье. - я попыталась дотянуться до шнуровки на спине.
Короткий рык - и раздался резкий треск разрываемой ткани.
- Я потом. его восстановлю. Воссоздам. Тебе, на память. о свадьбе, - короткими рваными фразами заверил меня дракон, удивляя меня своей заботливостью.
На мгновение мы замерли, пожирая друг друга взглядом. Он - высокий загорелый мускулистый атлет, с багровой боеголовкой между ног, увитой крупными венами. И я - с лихорадочно вздымающейся грудью, в одном нижнем белье и белых туфлях.
- Ты прекрасна... - услышала я его шёпот, и наше жаркое безумие продолжилось.
Я не успела уловить быстрое движение, как уже оказалась в его объятиях - таких сильных, горячих и. правильных. Мне до дрожи в руках и ногах хотелось прикасаться к его телу, слиться с ним воедино, словно от этого зависела моя жизнь.
Его горячий мужской орган пульсировал, будучи плотно прижатым к моему животу, и мне дико хотелось ощутить его внутри.
Снова раздался треск ткани: мужчина разорвал на мне кружевное бельё, после чего неожиданно опустился передо мной на колени и закинул мою левую ногу себе на плечо.
- Ох! - рефлекторно выгнулась я, ощутив, как его бархатный упругий язык скользнул по моим интимным складочкам и клитору. Если бы я не была плотно прижата спиной к стене
- упала бы.
- Дэнрион! - простонала я, чувствуя молнии удовольствия, искрящиеся от настойчивых ласк мужчины. Его язык исследовал, дразнил, подчинял, играл с моей нежной плотью -жадно, горячо и уверенно.
Я уже не контролировала себя и не могла сдерживать стоны. Мои пальцы инстинктивно зарылись в его жёсткую чёрную шевелюру, а бёдра подавались навстречу его движениям.
- Имя! - снова потребовал он, оторвавшись от меня на миг, и тут же принялся зацеловывать мой живот, поднимаясь с поцелуями всё выше, к груди.
- З-звёздочка. к-кажется.... Или п-принцесса. - запинаясь, выдохнула я, понимая, что этот упрямый тип не прекратит свой допрос, пока не услышит ответ. А моё собственное имя - оно крутилось у меня на языке, но я, как назло, не могла его вспомнить. Бывает же такое. - Виктория! - осенило меня наконец.
Причём действия Дэнриона совершенно не способствовали моему просветлению. Втянув в рот сосок, он принялся пальцами массировать второй, сводя меня с ума от мучительного желания. А другая его рука нырнула между моих ног - поглаживать увлажнившиеся набухшие складочки и ласкать клитор.
Стоило его пальцу проскользнуть внутрь моего лона и немного там помассировать, как моё тело начало содрогаться в ярких, невероятно сладостных спазмах.
- Я древний, но кое-что помню... - хрипло заявил он, подхватывая меня на руки и неся на кровать.
- Ты теперь мой, - улыбнулась я с довольным видом, когда он накрыл меня своим телом.
- Зачем я тебе? - тихо и очень серьёзно спросил он, замерев.
- Любить и радовать, - ответила я, не зная, что ещё на это сказать. Ещё несколько минут назад он был для меня просто именем из легенды, а теперь вот его брачная метка мягко пощипывает руку, а напряжённый мужской орган нетерпеливо подрагивает, прижатый к моему животу.
- Виктория... - хрипло выдохнул он моё имя, плавно проникая в лоно.
Его орган был даже крупнее, чем у моих эльфов, растягивая меня до упора и даря невероятно острые ощущения.
Дэнрион не спешил, давая мне привыкнуть к его размеру, и пристально вглядывался в моё лицо, чтобы улавливать малейший оттенок моих эмоций. Я каким -то шестым чувством понимала, что он остановится, если заметит, что мне некомфортно или больно.
Но мне было хорошо. И не просто хорошо, а волшебно, сказочно, невероятно. Ритмично двигаясь во мне своим поршнем, Дэнрион наполнял моё тело сладким огнём.
- Быстрее! Пожалуйста. - молила я его, извиваясь под его сильным телом.
На лице мужчины промелькнула предвкушающая улыбка, от которой и без того напряжённая пружина внизу живота сжалась ещё сильнее.
Рывок - и вот я уже стою на коленях. Дэнрион ворвался в моё тело глубоко и резко, одном толчком, и тут же сорвался в бешеный темп.
А дальше было всё и сразу: и небо в алмазах, и звёздочки перед глазами, и мои охрипшие крики, которые я уже слышала словно со стороны. Внутри меня раз за разом взрывались Вселенные - большие и маленькие, отправляя мой разум парить в далёкий космос.
- Виктория! - Дэнрион излился в меня с глухим полустоном-полурыком, после чего моё залюбленное, и крайне счастливое тело уложили на бок и крепко сжали в объятиях, как самое ценное сокровище во всех мирах.