Глава 76. Консуммация

Виктория

- Где хочешь пошалить: здесь или отнести тебя во дворец? - довольно прищурился Василий, опуская меня на пол посреди спальни Дэна.

- Нет, во дворец не надо, - растерянно замотала я головой. - И шалить тоже. Я волнуюсь за Дэнриона - как он там. Так что игры сейчас будут лишними, - смущаясь и чувствуя себя идиоткой, я наметила себе путь к отступлению - на ближайшее кресло.

Умом я, конечно, понимала, что Василий теперь мой муж, и секс между нами неизбежен, но всё равно это было слишком неожиданным поворотом.

- Шалости не могу быль лишними! - вкрадчиво возразил этот эльф, медленно надвигаясь на меня. В его изумрудных глазах плясали смешинки и что-то ещё - глубокое, дикое, необузданное и страстное - то, от чего в горле неожиданно пересохло, а внизу живота потеплело и начало сладко тянуть. - Я столько игр знаю... Могу научить. Прятки, например. Поищу самое чувствительное местечко, которое спряталось на твоём теле. А ещё лучше - догонялки. Несколько кругов по комнате - и бурный финал нам обеспечен. Поймаю - зацелую.

- Может, научишь играть меня в местные шахматы? - нервно усмехнулась я.

- Если только на раздевание, - подмигнул он мне.

- Давай в другой раз, - я пятилась от него всё дальше, пока не упёрлась спиной в стену. Как-то я промазала мимо кресла.

- Ну чего ты испугалась, глупенькая? - рассмеялся он, подхватывая меня на руки. - Это же я, звёздочка. И я никогда не сделаю тебе ничего неприятного или того, чего ты сама не захочешь, - к моему удивлению, он отнёс меня не на кровать, а на диван, и усадил к себе на колени. - Только не говори, что я тебе не нравлюсь. Моё самолюбие этого не переживёт, -Василиэль говорил тихо, делая умильно-грустную мордаху, но в миндалевидных зелёных глазах плясали смешинки.

- В виде котика у тебя лучше получалось давить на жалость, - с улыбкой сказала я, осторожно касаясь длинных серебристых волос.

- Но я теперь мужчина, Тори. Твой мужчина. Понимаю, что ты растеряна всем, что произошло в зале регистрации брака, но признаюсь честно: я рад, что всё так вышло. Не знаю, как бы я выдержал ещё два столетия, не имея возможности держать тебя в руках, обнимать, ласкать, - растеряв шутливую весёлость, говорил мой кото-муж, едва ощутимо касаясь меня горячими губами.

- Ты очень красивый, Василиэль. Просто это так непривычно. Ты мне бесконечно родной, и в то же время незнакомый. Я не знаю, как к этому относиться, - тоже серьёзно сказала я.

- Я понимаю. Я и сам до конца не верю, что снова могу быть собой. Мне важно, чтобы ты тоже меня приняла. Я не имею ввиду консуммацию. Будучи столько веков запертым в теле животного, я научился быть терпеливым. Хочу, чтобы твои красивые глаза блестели, когда ты смотришь на меня, хочу засыпать, слушая, как ты мерно сопишь, или видеть, как мило щуришься спросонья. Знаешь, ни в мою бытность котом, ни будучи теймуром, я никогда так не мечтал быть просто мужчиной, как за те несколько дней, что провёл с тобой, - тихо признался Василиэль, нежно поглаживая длинными пальцами мой подбородок, губы, скулы.

Эти невесомые прикосновения, вместе с бесконечной нежностью умных зелёных глаз заставляли меня вздрагивать и покрываться колкими мурашками удовольствия.

Мне тоже нравился этот мужчина: весёлый и задорный, ироничный и напористый, но вместе с тем мудрый и обстоятельный. Мелькнула мысль, что я редко когда воспринимала его животным, искренне сопереживая эльфу, по воле судьбы заточённому в теле кота, и вместе с тем восхищалась силой его личности, позволившей не утратить рассудок и остаться при этом бойцом и опасным противником любому.

Я сама несмело потянулась к нему, желая коснуться губами, узнать, почувствовать. Это не было похоже на то страстное безумие, что спаяло нас с Дэнрионом, скорее, осознанное притяжение мужчины и женщины.

Василиэль не спешил, не напирал, но и не бездействовал. В нём всё было правильно: нежные, но твёрдые губы с лёгким вкусом ментола и цитруса, уверенные сильные ладони, которые скользили по моей спине, затуманенные страстью зелёные омуты.

- Пойдём в постель, - хрипло сказала я, не желая больше медлить.

- Звёздочка, - произнёс мой эльф с такой страстью, что другой прелюдии уже не требовалось.

Секундное чувство полёта - и я почувствовала холод простыней обнажённой спиной, а спереди ко мне прижимался восхитительно горячий во всех смыслах мужчина. От касания кожа к коже из груди вырвался стон наслаждения.

- Ты с ума меня сводишь, Тори, - прошептал Василиэль, обрушиваясь на меня ураганом страсти.

Больше мы не осторожничали, набрасываясь друг на друга так, будто завтра не настанет никогда. Каждое касание умелых уверенных рук, смелых губ заставляло меня таять, как мороженое на солнце. Он как будто знал то, чего я сама о себе не знала, лаская именно так, как было нужно. Я забыла себя, принимая этого мужчину.

- Пожалуйста, прошу! - уже умоляла я его, сгорая от нестерпимого желания.

- Открой глаза, звёздочка. Хочу видеть твоё наслаждение, - потребовал муж, прежде чем ворвался, сразу заполнив меня всю до предела.

Видеть, как от удовольствия чуть прикрываются изумрудные глаза, как на точёных скулах ходят желваки, выдавая жёсткий контроль эльфа над собой, как алеют после поцелуев губы

- во всём этом было что-то настолько откровенное, что я едва не улетела за грань только от первого глубокого движения.

Сладко, остро и по-настоящему интимно, как будто наши души были обнажены и открыты друг другу настолько, что не осталось границы, где заканчивалась я, и начинался он.

Плавные скользящие движения всё ускорялись, теряя первоначальную неторопливую грациозность и превращаясь в дикую сжигающую страсть.

- Да! - вскрикнула я, рассыпаясь на миллиарды светящихся осколков. Непослушное тело выгибалось и дрожало в конвульсиях сильнейшего оргазма, но я не могла отвести взгляда от эйфории в глазах моего мужчины.