Глава 17

1. МАКС

Утро. Свет бьет в глаза. Со стоном прикрываю их рукой.

Почему окно не зашторено? И почему свет бьет с правой стороны?

Неправильность окружающего мира заставляет открыть глаза. Расфокусированный взгляд упирается в потолок.

 Что это за люстра? В моей спальне ничего подобного нет.

Моргаю.

Воспоминания накатывают холодным комком. Со стоном хватаюсь за голову.

Черт. Я же вчера избил Ветрова и остался у Аси. Мы с ней…

Оборачиваюсь.

Но постель за спиной пуста и не примята. Ни малейшего намека на оргию.

Где же Ася?

 Электронные часы на тумбочке показывают шесть утра. Обычно я просыпаюсь в это время, чтобы успеть погулять с собаками перед завтраком и принять душ.

Но сегодня еще и понедельник. Тяжелый день.

Если сейчас столкнусь с Асей, она наверняка закатит истерику. Все женщины закатывают истерики по утрам. Это такая же норма, как утренний стояк.

Кстати, о стояке.

 Опускаю глаза.

Мое тело явно мне что-то хочет сказать, но я его игнорирую. Поднимаюсь, подбираю свою одежду и выхожу.

В доме стоит тишина.

Направляюсь к лестнице, но мое внимание привлекает плотно закрытая дверь в гостиную. Обычно она открыта.

Заглядываю в комнату. В полумраке хорошо видно диван, на котором кто-то лежит.

Ася.

Тихо подхожу и присаживаюсь на корточки рядом с ней. Смотрю на нее и чувствую, как внутри будто что-то светлеет.

 Ася.

Почему я ее так назвал?

В первую встречу, там, на дороге, меня поразило ее лицо. Такое невинное, беззащитное. Она была чем-то неуловимо похожа на девочку, которую я знал в детстве. И я помню, как ее звали: Ася, Асенька.

– Асенька, – шепчут мои губы, а рука сама тянется убрать с ее лица завиток.

Но в последний момент я сжимаю кулак и встаю.

Такая банальность. Кажется я влюбился. И это за несколько дней до свадьбы.

 Ветров прав, я просто кобель. Ненавижу себя.

Ухожу так же тихо, как и зашел. Пора в душ, позавтракаю на работе. Не могу здесь оставаться. Ася слишком запала в сердце, но я должен разобраться со своей жизнью прежде, чем впускать в нее кого-то еще.

В офисе на столе лежат документы. Те, что Таран собрал на Камушкина, но они пока подождут, никуда он не денется. Надо проверить отчеты по сделкам за последние дни.

На экране в углу мигает красный конвертик. Такие приходят от службы безопасности. Интересно, что за сюрприз в этот раз? Очередная DDoS-атака?

Кликаю мышкой.

 Жду пока загрузится почта. А когда понимаю, что за письмо мне пришло, губы сами растягиваются в улыбку.

Неужели? Великий и ужасный Лев Радзинский прокололся? Глазам не верю. Но вот они – неопровержимые доказательства его махинаций. У меня на руках. Мой главный козырь в игре против старого бандита.

Столько времени я искал хоть что-то, что поможет мне играть с ним на равных. В глазах Радзинского я все это время был мальчиком на побегушках, который, к тому же, должен ему кучу денег. И даже когда я вернул долг, остались проценты. Часть моей компании все еще принадлежит ему. По договору эта часть станет приданым Ларисы, а мне остается только жениться на ней, если я хочу вернуть свои деньги.

Я был не против этого брака. Лариса красива, ухожена, умеет вести себя в обществе и в постели. Чего еще желать от жены?

Но когда в моем доме появилась Ася – все изменилось. А сегодня утром, глядя на нее и вспоминая вчерашний вечер, я окончательно понял, что этот брак не для меня.

Я не смогу быть с Ларисой.

Потому что хочу быть с другой женщиной.

В мысли врывается телефонный звонок.

А вот и она. Лариса.

Морщусь, поднимая телефон к уху.

– Ты где? – раздается в трубке.

В голосе Ларки слышны истеричные нотки. Что опять случилось?

– В офисе, – отвечаю, сдерживая накатившее раздражение.

– И как себя чувствуешь?

– Нормально, а что?

Недоуменно смотрю на телефон.

– Совесть не мучает?

– А должна?

– Знаешь что, Стальнов, – ее голос резко меняется, – ты задрал своими похождениями.

– Что? – хмурюсь. – Ты о чем?

 – У нас свадьба через две недели, а ты любовницу в дом привел? Думал, я не узнаю?

 Отодвигаю трубку от лица. Ларка что-то кричит, а я пытаюсь понять, о какой любовнице идет речь. Да у меня уже месяц не было никого…

– Мне Ветров все рассказал! Тварь ты, Стальнов, самая натуральная! И просто так не отделаешься! Отец тебя живьем в асфальт закатает! Или нет, лучше засадит в тюрьму! Хочу увидеть твою рожу за решеткой!

Недоуменно чешу подбородок: забыл сегодня побриться.

– Эм… и за что же меня садить?

– Ты же сам признался, что сбил человека! Поверь, мы найдем свидетелей, которые это докажут!

 В трубке гудки.

Опускаю телефон на стол. С минуту смотрю в пространство, пытаясь осознать произошедшее. А затем понимаю, что ржу. Самым натуральным образом. Сижу в своем кожаном кресле, пялюсь в потухший экран монитора и ржу.

Постепенно до меня доходит вся абсурдность ситуации. Значит, Ромка настучал Ларке про Асю? Да еще натрепал, что она моя любовница? Ох, хорош друг, ничего не скажешь. Дорого же мне обойдется его виски.

Но почему-то меня этот момент совершенно не тревожит.

 Конечно, Ларка может разорвать помолвку, но в таком случае я никогда не смогу вернуть свой бизнес. Всю оставшуюся жизнь буду зависеть от ее отца, чего он и добивается. Но только это уже устаревшая инфа.

Снова кликаю мышкой. Снова открываю файлы, скинутые службой безопасности.

Радзинский еще не знает, что он сам у меня в кулаке. Пусть тешится иллюзией мирового господства, пока есть такая возможность.

Мне не приходится долго ждать. Не проходит и пять минут, как телефон снова трезвонит.

– Слушаю, Лев Аркадьевич, – говорю, сдерживая улыбку.

– Допрыгался? – в трубке шипит несостоявшийся тесть. – Я буду через полчаса. Чтоб сидел на жопе ровно и ждал. Все понял?

– Разумеется, – бросаю с холодком и выключаю телефон.

 Полностью.

Отправляю его в ящик стола. На душе почему-то легко. Словно я только что сбросил огромный камень, который носил все это время.

Нажимаю кнопку коммутатора:

– Саня, скажи Тарану, пусть подойдет. У нас тут будут важные гости. И пусть захватит с собой распечатку тех документов, которые сбросил утром.

* * *

Лев Аркадьевич появляется в моем кабинете ровно через полчаса, как и обещал. Причем дверь открывает с ноги. Когда он заходит, я поднимаюсь навстречу. Спокойный и собранный. Внутри будто все вымерзло. Нет ни волнения, ни злости. Ничего. Абсолютный ноль.

А вот у Радзинского толстое бульдожье лицо стало пурпурного цвета. Маленькие, заплывшие жиром глазки налились кровью и буравят меня, как прицелы снайперской винтовки.

Вероятно, сейчас я должен упасть на колени и молить барина не наказывать провинившегося холопа.

Но вместо этого с легкой усмешкой указываю ему на кресло для посетителей:

– Прошу. Нам нужно кое-что обсудить.

– Обсудить? – тот смотрит так, будто видит меня впервые. – Что мне с тобой обсуждать, щ-щенок? Я тебя предупреждал! Обидишь мою дочь, я тебя, сволочь, урою!

Вперед выступает Таран, но я останавливаю его жестом.

– Ну-ну, не нервничайте так, Лев Аркадьевич. Это плохо для здоровья. Не хочу еще и вам, как теще, передачки носить в больницу.

От такой наглости Радзинский давится воздухом. Следом за ним в мой кабинет врываются его телохранители. Подхватывают своего хозяина под руки и усаживают в кресло. Я обхожу стол и подаю стакан воды. Потом самым наглым образом сажусь на край столешницы и протягиваю бумаги, которые передал Таран.

– Что это? – Радзинский с подозрением смотрит на папку.

 – Ознакомьтесь. Это то, ради чего я вас пригласил, Лев Аркадьевич. Предлагаю пересмотреть условия нашего договора…

2. АСЯ

Понедельник. Мира творит беспредел. Как я выяснила, в садик она не ходит, а значит это маленькое чудовище полностью на моем попечении.

Татьяна Ивановна говорит, что здесь, в коттеджном поселке, есть детская площадка. Я ее заметила, когда мы в гипермаркет ездили.

Так что решаю выгулять Миру там. Вдруг она выдохнется и станет спокойнее? Или, хотя бы, с детьми поиграет.

На площадку нас отвозит Захар. Здесь дорожки расчищены от льда и снега. Сама я в жизни не отправилась бы сюда. Мне лучше избегать скользких поверхностей.

Это огромная площадка, где есть поле для футбола и баскетбола, качели, карусели, какие-то тренажеры и беговые дорожки. Людей почти нет, разве что на дорожках несколько мужчин в спортивных костюмах.

– О, это же Владик, – кричит Мира, завидев какого-то мальчика, и срывается с места.

Ее рука выскальзывает из моих пальцев, только варежка остается.

– Мира, ты чего? – еле успеваю схватить непоседу за капюшон.

– Там Владик – мой сосед. Мы с ним играем, когда я у папы гостю.

– А-а, – бросаю взгляд на охранника.

Тот идет с каменным лицом. Не запрещает. Но все равно, отпускать Миру я и не думаю.

Вскоре мы равняемся с мальчиком и его мамой. Только мама оказывается не мамой, а няней. Мы чопорно здороваемся, обмениваемся оценивающими взглядами, пока Мира, надув щеки, выходит вперед вместе с мальчишкой. Ему на вид лет пять, но он смотрится мельче Миры, видимо, его родители не отличаются высоким ростом.

Няня сообщает, что работает с ним уже пару лет. Я же признаюсь, что работаю с Мирой всего день. Мне искренне желают удачи на этом нелегком поприще.

Я лишь тяжело вздыхаю. Что поприще будет тяжелым – даже не сомневаюсь. А у меня еще и свой ребенок ожидается. Что я буду с ним делать? А вдруг Макс скажет, чтобы я уходила?

От этой мысли даже сердце в груди замирает.

За няней и Владиком тоже следует охрана. Мы садимся на лавочку, знакомимся. Оказывается, эту няню зовут Марта. Очень интересная и милая девушка, выглядит младше меня.

Дети спорят о том, кому на Новый год достался самый дорогой подарок. Что круче: телефон или планшет? Айфон или Самсунг? Мира особо в карман за словом не лезет, но вскоре от подаркомерения оба устают и переключаются на сплетни об общих знакомых.

Малышня оккупирует площадку, а я понимаю, что хочу в туалет. И вроде сходила перед выходом, а все равно приспичило – и хоть убейся. Сидеть мочи нет. Я встаю.

– Может, пройдемся? – предлагаю Марте.

– Все в порядке? – уточняет она.

 – Да, просто в туалет захотелось, – начинаю слегка пританцовывать. Вот ведь не вовремя!

Главное, не думать о воде.

– А вот я аквапарке был! – внезапно говорит Владик.

– Ой подумаешь, я там тоже там была. Мы там с бабушкой на горках катались, – вставляет Мира. – И вообще я там сто раз была.

– Ага, ври больше! Там фонтан знаешь какой там? Так и хлещет вода из русалки! – продолжает Владик, входя в раж. – А еще там водопадище такой! Я под него встал, мне всю спину отхлестало до ужаса!

– Ну и не хвастайся своим водопадом. Зато я с горки каталась. Такая вжух! – и водичка за мной. Буль-буль! А тебя не пустили, ты мелкий!

У-у, сколько можно издеваться? Неужели кроме воды поговорить больше не о чем?

– Буль-буль! Буль-буль!

Мира начинает смеяться и бегать вокруг Владика, тот хохочет и пытается ее поймать. Оба кричат “буль-буль!”, а у меня ощущение, что сейчас это буль-буль по ногам потечет!

– Что-то вы побледнели, – Марта обеспокоенно заглядывает мне в лицо. – Живот прихватило?

– Нет, – я кривлюсь. – В туалет очень хочется, но Миру ж надо выгулять хотя бы пару часов. Иначе она мне покою не даст.

– Ой, так что вы волнуетесь? Вон, туалеты там, – она показывает на небольшое строение в конце беговой дорожки.

– Спасибо, – благодарно киваю. – Мира, не отходи от Захара, а я на минутку!

– Хорошо, – машет рукой девочка. – Только недолго.

– Конечно, милая, – я поворачиваюсь к охраннику. – Присмотрите? Мне очень надо!