Глава 38. Семейный ужин

Катя

— Бабушка! — воодушевленно здоровается с мамой Саша.

— Привет, мои хорошие, — улыбается мама, освобождая проход. — Входите, мы вас заждались.

Она обнимает внучку, шепчет ей на ухо:

— Блинчики будешь? С малиновым вареньем? Я твои любимые испекла.

— Буду, — тут же кивает Саша, торопится разуться и снять куртку.

Я помогаю ей, а когда разворачиваюсь, мысленно стону: из зала выходит Игорь.

— Папа! — радуется дочка, бросается к мужу.

— Что он тут делает? — тихо шиплю маме.

Та разводит руками:

— Приехал помочь собрать новый стеллаж.

Я недовольно хмыкаю, посылая маме красноречивый взгляд.

Ну да, другого времени, конечно, не нашлось. Мебель нужно собрать, именно когда мы с Сашей приехали в гости. Заранее ведь обговорили день и время. Так бы и сказала, что заманила меня специально.

И что теперь делать? Развернуться и уехать?

Я бы с удовольствием, но дочка уже ускакала с Игорем в зал.

Вздыхаю. Придется терпеть.

Мама приглашает всех к столу в зале, и мы проходим туда.

Надо же, хоть тут не соврали: в воздухе витает аромат дерева, а в центре и правда стоит пустой стеллаж. На журнальном столике ящик с инструментами.

Мы устраиваемся за накрытым столом, и начинается пытка.

Родители усердно притворяются, что все в порядке, и у нас обычный семейный ужин, каких было немало за время нашего с Игорем брака.

Вот только все изменилось.

Я чувствую себя не в своей тарелке, то и дело ерзаю на стуле. Еда не лезет в горло, да и поддерживать ни к чему не обязывающий разговор не получается — лишь поддакиваю невпопад, то и дело кошусь на мужа.

Что он задумал? К чему это все?

Запоздало корю себя за то, что не узнала у Вани, не в курсе ли он, почему родители так наседают, упрашивают вернуться к Игорю. Впрочем, если бы он что-то знал, сказал бы сам, ведь предупредил насчет Маши.

«Что тебе надо?!» — мысленно обращаюсь к мужу.

Не деньги, это точно. Руслан ничего не нашел — у Саши тоже не оказалось никаких активов. Впрочем, как и у самого Игоря — Руслан проверил и его.

Нет, на муже его квартира, купленная до брака, и приобретенные в браке машина и небольшой земельный участок, на котором мы планировали строить дачу.

Если поделить все это пополам, все равно выйдет явно не та сумма, ради которой муж стал бы меня удерживать. К тому же я вообще ни на что не претендую и не собираюсь — не нужны мне ни его машина, ни участок, и он прекрасно это знает.

Игорь весь вечер сканирует меня проникающим в душу взглядом, упорно ухаживает за мной и Сашей, смешит ту курьезными историями. Пытается заговорить и со мной, но вскоре отстает, видя, что я не в том настроении.

Несмотря на активную беседу, атмосфера за столом царит гнетущая, ее не замечает разве что дочка, которая рада видеть дедушку с бабушкой и Игоря.

Я облегченно выдыхаю, только когда муж наконец-то откладывает в сторону приборы и сообщает:

— Ну, мне пора.

Родители и Саша провожают Игоря, а я остаюсь на месте.

Когда они возвращаются, мама сразу начинает убирать тарелки, обращается ко мне:

— Поможешь?

Я киваю. Ну вот, время разговора наедине пришло.

Папа ласково улыбается внучке, достает из-за дивана коробку с куклой:

— У меня для тебя кое-что есть.

Саша взвизгивает, тянет руки к новой игрушке, а мы с мамой уходим на кухню.

Она ставит свои тарелки в раковину, забирает мои, а потом разворачивается ко мне.

— Мама, зачем вы пригласили Игоря? — начинаю первой.

— Вообще-то, он не чужой нам человек, Катя, — поджимает губы мама.

— Ну и общайтесь ради бога, но зачем надо было звать нас, когда он тут?

— Разве мы плохо посидели? Хоть тут пообщались.

— Я с ним и на работе общаюсь, мне хватает, — злюсь я.

— Хватает ей, посмотрите-ка, — всплескивает руками мама. — Что делать Игорю, если ты все его попытки воспринимаешь в штыки?

— Не начинай, пожалуйста, — устало потираю переносицу.

Я так надеялась, что они не заведут свою шарманку хотя бы при дочери. Ошиблась.

— Что не начинай? Ну что? — упирает руки в бока мама.

— Мам, вы меня позвали, чтобы опять уговаривать вернуться к Игорю? Не стоило.

— Игорь из кожи вон лезет, столько для тебя делает!

— Сколько он для меня делает? — не понимаю я.

— Да хотя бы твою работу взять. Этого, как его… — щелкает пальцами мама, — итальянца.

Прекрасно. Выходит, Игорь им донес про Лоренцо. В груди разрастается шар злости на мужа. Зачем он это сделал?

— Что ты так на меня смотришь? Да, Игорь рассказал. Что такого? Ты могла бы и сама рассказать. Ты наша дочь, а мы о твоих проблемах узнаем от зятя, а не от тебя.

Ага, не перли бы танком, может, и рассказала бы.

— Мама, он мне помогает, потому что это его работа, и он мой начальник.

— И кухню клиента он выкупил сам тоже поэтому? — хмыкает мама.

— В смысле выкупил? — округляю глаза я. — Он сказал, что продал ее кому-то.

— Тот человек в итоге отказался, и Игорь отдал свои деньги, потому что время поджимает. И это не все, дочь.

— Что еще?

— Он разговаривал с твоим шефом. Отстоял тебя, договорился, чтобы тебя не уволили из-за этого итальянца.

Катя

Я таращусь на маму в полном недоумении.

— Не верю, — мотаю головой.

Если бы он действительно говорил обо мне с боссом, тот выглядел бы недовольным, но нет, он общается со мной, как и раньше. К тому же я знаю Ивана Максимовича. Он всегда вызывает сотрудника на ковер, чтобы отчитать его лично.

Да и с кухней не вяжется. Совсем скоро первое заседание, и муж уж точно не погнушался бы возможностью вырасти в моих глазах и рассказать, как старается.

— Спроси у него сама, — продолжает мама.

— Если Игорь действительно это сделал, почему не сообщил мне? — хмыкаю я.

— Может, не хочет, чтобы ты считала, будто он делает это только для того, чтобы тебя вернуть?

— Разве это не так?

— Он тебя любит, дочь. Как ты этого не видишь?

— Как не вижу? — взрываюсь я. — Да вот так и не вижу! Человек, который любит, не стал бы спать с моей сестрой!

— Тише, — осаждает меня мама. — Саша может услышать.

— Вот именно, — шиплю я. — Ты так рассуждаешь, словно ничего такого не случилось! Я бы поняла ваше рвение, если бы у него была разовая интрижка, но не это! Что мне говорить дочери? Знакомься, милая, у твоей тети ребенок от твоего папы. Так, что ли? Как мне с Игорем быть после такого? Живите с ним сами, если хотите!

Я качаю головой, хмуро добавляю:

— Мам, оставьте меня в покое, пожалуйста. Вам и так сейчас есть чем заняться. Машей, например.

И выжидающе смотрю на маму.

Та не отводит взгляда, тяжело вздыхает.

— Маша переедет, это вопрос решенный. Уже на следующей неделе. О том, что это ребенок Игоря, не будет знать никто.

— Как ловко вы все придумали. Она вообще согласна? — усмехаюсь я, вспоминая разговор с братом.

— Согласна, — быстро отвечает мама. Слишком быстро.

Так я и думала. Ваня был прав: Маша против.

— Даже если Маша уедет из города, отсюда, — я прикладываю руку к сердцу, — то, что случилось, не исчезнет уже никогда. Давай начистоту: почему вы с папой так упорно стараетесь свести меня с Игорем? Вам-то что с этого?

Я исподлобья смотрю на маму, в итоге хмуро озвучиваю то, о чем неоднократно думала:

— Он вам что, платит?

Мама вскидывает брови, пораженно охает:

— С ума сошла, что ли? Как тебе такое в голову пришло?

— Что еще мне думать? Вы так упорствуете, словно на свете больше нет мужчин, кроме Игоря!

— Может, и есть. Но Саша должна расти с отцом, а не с чужим дядей! И Игорь тебя любит больше жизни. Разве этого не достаточно, чтобы дать ему шанс?

Удивление мамы насчет денег было нисколько не наигранным. Неужели родители и правда помогают Игорю потому, что искренне верят: так будет лучше? Или тут что-то еще? Может, надеются на его помощь Маше? Это уже ближе к истине.

Выходит, родители поступаются моими интересами ради интересов Маши. Кто бы сомневался. Младшенькая как была любимицей, так ею и осталась. Но даже если так, мама точно не станет сознаваться.

— Я тебя поняла, — в итоге выдаю я, чувствуя дикую, раздирающую грудь обиду, ведь мама-то меня не понимает. Как и папа. — Но ошибку я совершу, если вернусь к мужу.

Лезу в карман за сотовым. Вот не хотела я этого делать, но если это поможет раскрыть родителям глаза, то пора. Возможно, стоило так поступить с самого начала.

— Знаешь что? Секундочку… — вкрадчиво шепчу я.

Открываю галерею, листаю ее до тех пор, пока не нахожу то самое видео, с Игорем и Машей. Несколько раз клацаю по кнопке звука, чтобы приглушить его, мотаю до нужного момента и поворачиваю экран к маме.

— На, смотри!

Та послушно смотрит в телефон, и буквально через несколько секунд ее глаза округляются, а еще через пять секунд она и вовсе отворачивается, ахает, закрывая рот ладонью.

Я горько усмехаюсь.

— Вот значит как, мам? Даже смотреть на это не можешь? Может, теперь поймешь, что я чувствую? И почему уже никогда не смогу быть с Игорем? — Твердо ставлю точку в разговоре: — Развод будет.

Я иду к выходу из кухни.

— Катя… — пытается остановить меня мама.

Нет уж, с меня достаточно.

— Ах да, вот еще что, — поджимаю я губы, кидаю через плечо: — Не звоните мне и не приглашайте в гости, если все, чего хотите, это и дальше выгораживать Игоря.

Мама прищуривается и качает головой, а я болезненно морщусь. Глупо было лелеять надежду, что родители сменят пластинку и поддержат меня.

Я выхожу из кухни и иду за дочкой — нам больше нечего здесь делать.