61

Эдгар

Большей ерундой нежели преподавание великовозрастным балбесам я еще ни разу не страдал. У меня репутация, у меня бизнес, у меня деньги и даже весьма ощутимая некоторая власть в родном городе, а я поехал за приключениями к черту на кулички. И зачем спрашивается?

Переступаю порог местного института и брезгливо морщусь. Куча невоспитанной молодежи непрестанно снует туда–сюда. Я слишком стар для нахождения среди них, мой отец воспитывал меня слишком другим, терпеть не могу людей.

«Люди приносят тебе много денег, чистокровное ты отродье», – тут же ехидничает мое подсознание.

Что верно, то верно, мой отец сильно удивился бы, узнав, насколько близок я стал миру людей. И комфорт полюбил, что уж скрывать, современными технологиями я пользуюсь регулярно и с превеликим удовольствием. Да и не я один.

Едва ли в наше время отыщется больше десятка чистокровных оборотней, прозябающих в лесной глуши, как завещали предки. Глобализация коснулась всех, а у людей еще и численное преимущество, одна радость – срок их жизни скромен по сравнению со сроком жизни оборотня–чистокровки, тем более Альфы!

«А ведь я у отца появился с преклонном возрасте, – вспоминается мне вдруг, – он не лез к людям в поиске той самой, способной родить ему наследника. Так чего я полез?»

– Ой, простите, – дружно винится какая–то парочка, толкнувшая меня. – Вы бы отошли, а то стоите посередине, а у нас здесь очень проходное место.

Смиряю парня с девушкой презрительным взглядом, но им хоть бы что – пожимают плечами и, хихикая, уходят дальше по своим делам.

«План по выявлению аномалий среди человеческих девиц был хорош, может, вернуться обратно и подождать более сговорчивую девку с геном?» – думаю, испытывая фантомную головную боль от необходимости пройти внутрь этого вертепа, по недоразумению называемого институтом.

«Иди уже, не будь трусом, – даю сам себе мысленную оплеуху, – твоего отца, видать, не подгоняла сущность, он не был Альфой, мог почти век спокойно ждать свою драгоценную оборотницу. В век развитых технологий нужно быть быстрым не только в бизнесе, но и в личной жизни. Я не был достаточно быстр, за что и поплатился незапланированной командировкой».

Договориться о половинной ставке преподавателя было не сложно, сложно было осознать, что вести занятия придется не только у одной интересующей меня группы. Но все страдания рано или поздно вознаграждаются, и я это явственно понимаю, когда Иванова заходит в аудиторию.

«У нее новый амулет? – озадаченно принюхиваюсь. – Подруга–ведьма расстаралась?»

Жаль, но нет, дело не в амулете, малолетняя пигалица нашла себе покровителя. Б о льшим бараном я не чувствовал себя давно.

А уж когда этот «покровитель» не оценил моего предложения о пользовании Ивановой, как инкубатором, я, признаться, немного струхнул. А еще понял, что с развитием цивилизации мы, оборотни, стали в разы слабее. Денег у меня в разы больше, чем когда–либо мог представить себе мой отец, но зато здоровья и силы у него, живущего на природе, как заведовали предки, было гораздо больше, чем у меня.

И я бы уже окончательно уверовал в то, что я полный неудачник, налицо проклятие ведьмы, и нужно мчаться домой, умолять ведунью посговорчивей снять с меня сглаз, да только в аудиторию внезапно вошла Она.

И время остановилось…

Да что там время, моя жизнь резко и четко словно по линии, прочерченной кем–то, разделилась на «До» и «После». Где «До» – нечто тусклое, невзрачное, погоня за деньгами да прочими гнусностями. А «После» – прекрасное и близкое «долго и счастливо» с кучей детишек и персональной Истинной.

Я тут вдруг понял, что Истинная реальна, не миф и не сказочка, и едва не онемел навсегда. Ощущения невероятные, словно меня не гравитация теперь удерживает на Земле, а Она. Словно не Солнце дает мне жить на свете, а Она. Словно больше никого на свете не существует, а есть лишь Она.

Никогда не подозревал в себе поэтичности. А еще никогда не думал, что придется любезничать с молокососом, победившим меня в драке. Но он Ее брат. Нужно заткнуться, улыбнуться.

– Чего это с тобой? – невольно пятится от меня отпрыск Милославского. – Легенду с экспериментом подтвердим и пойдем к девочкам.

Да, действительно, пойдем. Заберу Ее и больше никаких разговоров ни с кем не будет. Она смирится быстрее вдали от братца и его подружки, дурное влияние нам ни к чему. Капитал я заработал не одобряемыми отцом методами, но потомство я свою выращу так, как завещал он.

И ни одна больше женщина не вякнет против! Даже Она. Тем более Она.