ГЛАВА 42

Свидетели звонкой оплеухи замерли в ожидании развязки, но у меня не было времени становиться пищей для сплетен. Точнее, ей я неминуемо стала, а вот ждать, что же скажет Тор, не стала.

Где Матвейка? Куда его унесли!

— Подожди! — окликнул меня Лавар, когда я, не теряя времени, нырнула в толпу.

На плечо легла увесистая рука и развернула меня на сто восемьдесят градусов:

— Не хочешь объясниться?

— Я? — резким движением плеча скинула с себя руку. — Это ты мне должен объяснить, что происходит!

Если потеряю еще немного времени, то не найду сына. А с тем, кто заставил меня пройти через два года ада, я разберусь потом.

Я двинулась дальше, ища глазами маленького малыша на руках женщины, но те словно растворились в воздухе.

— Сердишься, что я не сказал, что у меня есть ребенок? Это ошибка прошлого…

«У него есть ребенок?!» – я развернулась на пятках, чтобы посмотреть в эти бесстыжие глаза.

Тор резко моргнул, не ожидая от меня таких поворотов.

— Может, мне лучше называть тебя Слава?

Мужчина разом побледнел, но быстро взял себя в руки.

— Слава? О чем ты?

— Держишь меня за дуру или тянешь время? — я оглянулась, надеясь увидеть мелькнувшую маленькую макушку.

— Эрика, о чем ты?

Я прикрыла глаза, стараясь взять себя в руки. В моем теле словно резко произошла мобилизация сил, которые все пустились на одну цель – вернуть ребенка. Не знаю, что здесь происходит, не знаю, как такое возможно, но точно знаю, что таких совпадений не бывает.

— Юля. Забыл? Хотя вряд ли! Спектакль-то ради этого?

Я не понимала причин. Удивлялась масштабам: не ради меня же одной все это… И, если подумать, мозг клинило уже на драконах.

Но к черту эту фантастику, мне важнее разобраться с прошлым и настоящим.

— Это же мой ребенок, да?

— Эрика, ты заболела? — Тор приложил свою руку к моему лбу, но ее тут же сбил Николас.

— Руки прочь.

— Это ты не мешайся. Тебя же ясно бросили посреди танца. Разве это не величайшее оскорбление? — поддел Лавар. Или лучше называть его Славой? Или как на самом деле его зовут?

Внутри нагнеталась такая гроза, которая черными тучами заволакивала мне глаза, и по одному лишь взгляду было ясно – сейчас бомбанет. Кажется, это поняли и мужчины, но первым сориентировался герцог: приобнял меня за плечи и увел из толпы.

— Не обращай внимания на пересуды. Чтобы у тебя ни случилось, мое имя перекроет любой урон, который ты нанесла сегодня.

— Любой? — со смешком спросила я.

Ну да, по законам этого мира я выставила себя в ужасном свете, вот только мне все равно! Это же игра!

Или не игра?

— Пауза! — скомандовала я.

Мир не замер, голос не отозвался. Герцог продолжал смотреть на меня с удивлением:

— Мы и так стоим? Что не так, Эрика?

Сотни взглядов будто рассматривали меня под микроскопом, обсуждения моего вызывающего поведения становились все громче. Тор приближался, глядя на меня с тревогой.

Пульс зашумел в ушах, глаза искали моего малыша, сердце билось бешеным ритмом паники.

— Прости, — вдруг сказал Ник и прошептал что-то себе под нос, словно заклинание.

Мое тело мгновенно превратилось в мягкую патоку, а глаза закрылись. Последнее, что я видела,   это плотно сжатые кулаки Тора Лавара.

Проснулась я темной ночью и тут же услышала усталый голос невидимого помощника:

— Играй по правилам, иначе не выберешься отсюда…

.