Глава 2

– Осторожно, ступеньки скользкие! – Стас подхватил Алису и поддерживая ее помог подняться. В кинотеатре было шумно. Молодежь лет семнадцати толпилась у касс. Девушки заразительно смеялись над шутками парней. – А ну расступись, братва! – весело крикнул Костя, как ледокол расчищая дорогу к заветным билетикам. Времени до сеанса было уже в обрез. – О-о-о! Костолом! – слаженно выдохнул молодняк, обступая известного хоккеиста. – А можно автограф? – Если осторожно, то можно… Где подписать? – отшутился в привычной манере Костя. Ручку путем длинных уговоров удалось одолжить у кассирши. А вот с бумагой вышел напряг, так что без всяких сожалений в ход пошли купленные билеты в кино и даже джинсовый рюкзак одного из парней. Стас смотрел на все это с недовольным выражением лица. А Виолетта просто светилась от гордости, как будто сама была звездой местного спорта. После вынужденной заминки посетители проследовали в зал. Стас взял на всех билеты в последний ряд, да еще с таким видом будто он один и помнит, зачем они все здесь собрались. Косте пришлось просто заставлять его взять половину стоимости. Он не хотел быть должным этому человеку даже копейки. В зале погас свет и начался прогон рекламы. Алисины мучения, как оказалось, начались только сейчас. На фильме сосредоточиться было не реально. Даже не из-за приглушенных разговоров шумной компании за несколько рядов от них, которые забавно комментировали происходящее. Комедия действительно была смешная, хотя бы судя по постоянному гоготу все той же компашки. Нет, виной тому был Стас, который вдруг решил поприставать к ней в общественном месте. Ну да, конечно, последние ряды для этого в кинотеатрах и существуют. Алиса посчитала это минимум странным, прежде Стас и сам не любил нежности на людях, а сейчас? Неужели специально? Алиса сначала пыталась мягко убирать руки Стаса, но он все же пробрался под ее свитер, мягко поглаживал кожу живота, и то целовал в висок, то прихватывал губами ухо. – Ты такая красивая. Моя, – шепнул он Алисе. И ей бы радоваться вниманию жениха, да вот не получалось. Вместо этого в голову взбредали непрошенные мысли: “Хорошо, что Костя с Ви сидят за Стасом, и не видят ничего. Я бы тогда вообще провалилась со стыда. Черт! А ведь ничего такого… мы – жених и невеста. Так в чем дело?” Подстегиваемая укорами совести и Бог весть какими еще чувствами, Алиса убрала руку Стаса, стараясь мягко отстраниться. И сразу об этом пожалела. Пока она изображала из себя ханжу, Виолетта зря времени не теряла, едва не усевшись сверху на Костю. Стас тоже обернулся назад, проследив за взглядом Алисы, но лишь хмыкнул и сразу отвернулся. Девушка села прямо, буквально вжимаясь в спинку мягкого кресла, боясь повернуть голову даже на тридцать градусов. К счастью или нет, Стас перестал проявлять излишнее внимание к ее персоне, будто бы успокоился, или внял ее просьбам, или перестал чувствовать в Ломове конкурента… Алиса и так догадывалась, что Стас устроил себе каникулы вовсе не из-за ее мамы. По крайней мере, не только из-за нее. С одной стороны, это было лестно, когда так ревнуют и оберегают, а с другой – обидно. Обидно осознавать, что ради простой поддержки он не приехал бы. Мысли в голове роились как клубок змей, норовя ужалить побольнее, происходящее на экране воспринималось только как фоновый шум. Будто невзначай Алиса повернула голову и посмотрела в сторону милующейся парочки еще раз, испытывая на этот раз необъяснимое облегчение. Виолетта сидела на своем месте и смотрела в экран. А Костя, повернув свою голову, поймал ее взгляд. “Боже, стыдно то как. Зачем я на них смотрю? Что с того, что они сейчас порознь? Они пара! Как будто я не понимаю, куда они поедут после кинотеатра. Да и мы…” Стас успел сказать, что не поедет к родне, он решил снять номер. И, конечно же, не собирается отпускать Алису домой. У него ранний вылет и ему не хочется расставаться перед отлетом. Задержаться дольше при всем желании он не может, да и с мамой уже все хорошо, так что… Из кинотеатра каждый вышел со своими мыслями. Стас немного успокоился, воочию убедившись, как глубоко пустила Виолет коготки в этого Костолома. Сама Ви была обижена, что Костя не поддержал ее игру и желание поэкспериментировать. А вот Костя кипел от противоречивых эмоций, преобладающими из которых были усталость и раздражение. Внизу лестницы послышался отборный мат, похоже кто-то все-таки скатился со скользких ступеней. Алиса резвой козочкой понеслась вниз, а Виолетта только закатила глаза. – Ну, начинается! Мать Тереза в действии. Незнакомый мужчина попытался встать и снова завалился в сугроб с протяжным воем от боли. – Не шевелитесь, мужчина! Вам нельзя вставать, вы что, боли совсем не чувствуете?! – Алиса быстрее всех оказалась рядом. – Еще как чувствую… Сердце у меня болит. Алкогольные пары, исходящие от пострадавшего, объясняли его неловкое падение, а еще отгоняли всех желающих помочь. – Проспится и не вспомнит. – Быстрее протрезвеет. Со стороны кинотеатра раздавались советы безучастных прохожих, не спешащих протягивать руку помощи. – Ну что тут у вас? Пациент скорее жив, чем мертв? – Костя, не обремененный излишней брезгливостью, подошел ближе и сел на корточки рядом с мужчиной. – Перелом голени, я думаю. Ломов присвистнул, глядя на неестественно вывернутую конечность. – Я вызову скорую, – среагировала Виолетта и отошла в сторонку. Мужчина снова попытался встать, но в этот раз Костя ему не позволил. – Ну куда же вас несет нелегкая? – отчитал он пострадавшего. – Я с вахты, а она… любовника завела! Друг ей видите ли кран починил. Знаю я таких друзей. Лгунья. – Может ошибся? С кем не бывает. – Со мной не бывает, – незнакомец воззрился на Костю как на умалишенного. – Я что дурак по-твоему? Говорили мне, что этим мои вахты и кончатся. А я… я же верил ей. – Так, мужчина, – вклинилась в разговор по душам Алиса. – Ногу надо обездвижить и приложить холод. – О, этого добра у нас навалом, как бы переохлаждения не вышло, – весело было одному Косте в этой ситуации, который увлеченно начал делать снежки, один даже надкусил для пробы. – В кинотеатре взял, – позади Алисы появился Стас, протягивая ей два широких бинта. Они даже не заметили, что он уходил. – Спасибо, Стас, – Алиса забрала бинты и повернулась к лежащему на снегу мужчине. – Ногу мы сейчас обездвижим и отправим вас в травмпункт. – Не хочу я в травмпункт, домой мне надо. Найду этого козла и рога ему обломаю! – Но-но, доктора надо слушать это раз, и рога по идее не у него выросли это два. – Че? – гнев потерпевшего чуть было не обрушился на горе-помощника. Алиса тем временем стала фиксировать ногу, приматывая бинтом поврежденную конечность к здоровой. – А разве не нужна шина? – А ты ее видишь рядом? – не отвлекаясь от работы, ответила Алиса. – Проще его самому отвезти, – сказала Виолетта, вернувшись после долгих переговоров с диспетчером. – Гололед, аврал. – Не на моей машине, – строго отчеканил Стас, морща нос от доносящегося от пострадавшего запаха перегара. Находясь за спиной Алисы, он не мог видеть, как устало она прикрыла глаза, но зато это не укрылось от Кости. – Пойдем, Русалочка, я наколдую тебе здоровые ноги, – не без усилий ему все же удалось поднять мужчину со связанным ногами и донести до своего автомобиля. – Хьюстон, у нас проблемы! Виолетта первой ринулась на подмогу к своему парню, пока Алиса собирала разбросанные вещи их пострадавшего. – В кармане ключи, открой. С помощью Виолетты и Стаса Костя смог с комфортом разместить незнакомца. – Ну что, мы помчали? – казалось, Костя обращается только к Алисе. – Да, спасибо тебе. – Не мне, это ему тебя благодарить надо, – он помахал рукой на прощание и тоже сел в машину. Виолетта быстро чмокнула Алису, помахала Стасу и тоже запрыгнула внутрь. – Не дуйся, лисенок, – Стас подошел ближе, обнимая Алису. – Мы тоже могли ему помочь. – Мы могли и помогли достаточно. Как бы я завтра сдавал машину, пропахшую алкоголем? – Угу, – спорить или что-то доказывать не было ни сил, ни желания. Алиса подошла к припаркованному чуть дальше автомобилю, думая о том, как же они передают характер их владельцев. Вышколенный, с идеальными линиями, и не менее идеальным порядком в салоне, седан Стаса был под стать временному владельцу. Он не ехал, а плавно стелился по земле. А вот внедорожник Кости уже успел обзавестись потрепанным и залихватским видом. Если бы не зима, еще бы и чумазым стал наверняка. Весь его вид говорил, а ну ее эту дорогу, давай лучше махнем через поле и вон ту канаву, так точно будет ближе. И действительно было ближе… надежнее и уютнее. – Отвези меня домой, я очень устала. Стас нахмурился, но не стал настаивать. Прощание их вышло недолгим, они оба этого не любили. Зачем терзать душу, если скоро все равно увидятся, так считали и Стас, и Алиса. Тихо, чтобы не беспокоить маму, девушка пробралась в свою комнату и прямо в одежде рухнула на кровать. И не встала бы до утра, если бы не телефон, оставленный в сумке. “У Русалочки, как ты и говорила, перелом голени. Его подлатали и отправили восвояси”. Даже текст его сообщений был живым и бесшабашным, как и сам хозяин. “Здорово”, напечатала она в ответ. “За ним жена приехала. Слезы лила, что про кран напридумывала, чтобы его позлить. Ей гадалка сказала, что у него на вахте любовница есть”. “Весело у вас! Настоящая Санта-барбара”. “А то!” и следом прилетело “А ты как?”. “Я уже дома”, Алиса могла ответить что угодно, отмолчаться или отделаться стандартной отговоркой, но написала это. “Счастливая, а я завез Ви и сам только еду домой”. Алиса улыбнулась, свернувшись калачиком на постели. “Ни слова тебе не напишу, пока ты в дороге!” “Ой, да что со мной будет!” “Ну серьезно?” “Ау…” “Твоя взяла”. “Спокойной ночи, рыжик-бесстыжик”.