Глава 17

Алекс проснулся, почувствовав опасность. Открыв глаза, увидел блеск металла, и тело среагировало прежде, чем мозг успел обработать полученную информацию. Граф отбросил нападавшего с помощью левитации. Раздался глухой стук и стон. Подбросив сформированный в ладони магический светлячок, Алекс приготовился к новой атаке, но опешил.

– Марина?..

Девушка, отлетевшая к противоположной стене, тряхнула головой и подобрала выпавший из руки кинжал.

– Марина, что ты делаешь? – настойчиво спросил Алекс, выбираясь из постели.

Ответом стали полный ненависти взгляд и искривленный в презрительной гримасе рот. Юная фея медленно поднялась и резко прыгнула вперед, стремясь добраться до мужчины. Но граф недаром носил звание четвертого клинка империи и был одним из сильнейших магов. Ему без труда удалось перехватить подопечную и выбить кинжал. И только ее яростное сопротивление мешало прекратить борьбу.

Алекс уже подумывал обездвижить девушку, когда та умудрилась ударить ступней под коленку, из-за чего они упали на кровать. Марина, казалось, обезумела. Она молотила его кулаками по плечам и груди, пару раз ударила по скуле. Чувствуя, что начинает злиться, граф зафиксировал ее руки над головой, применив заклинание пут, а сам навалился сверху.

– Марина, прекрати сопротивляться!

– Ненавиж-ш-шу! – прошипела фея.

Или все же не она? Слишком несвойственное выражение ненависти. Застарелой, проросшей корнями в душу. Александру пришла в голову мысль, что на подопечную наложили какое-то заклинание, но быстрая проверка не выявила вмешательства.

«Ментальный удар?» Маг принялся вспоминать, что знает о ментальной магии, и чуть не поплатился за это. Фея выгнулась, пытаясь скинуть его с себя. И откуда только силы взялись! Алекс вспомнил несколько самых действенных способов избавить человека от чужого грубого вмешательства. Во-первых, нужно сделать то, чего от тебя не ожидают. Ошарашить настолько, чтобы пострадавший на несколько мгновений утратил способность действовать. Во-вторых, переключить внимание на что-то важное для человека, на то, чего ему больше всего хотелось. И в голову приходило только одно, особенно когда ты водяной маг, а рядом невменяемая лесная фея.

Обхватив лицо девушки ладонями, Алекс приник поцелуем к ее губам и тут же отпрянул, потому что Марина его укусила, а потом издевательски рассмеялась. Первая попытка провалилась… Проведя языком по ранке, маг прищурился и недовольно посмотрел на подопечную.

– И что же ты сделаешь? – спросила она. – Ударишь? Убьешь? Покалечишь?

И Александр отбросил сомнения в сторону. О том, что он собирался сделать, граф подумает потом. Обхватив пальцами подбородок феи, медленно склонился, прошептав:

– Зачем мне делать все это? – Как он и ожидал, Марина отвернула голову, думая, что он вновь хочет ее поцеловать. Едва не хмыкнув, Алекс приблизился к ее уху и вновь зашептал: – Зачем мне мучить тебя, причиняя боль, когда я хочу целовать твою нежную кожу, ласкать стройное тело. Ловить губами твои стоны.

Марина напряженно замерла, прекратив сопротивляться. Графу же только это и нужно было. Проведя носом от основания шеи до впадинки под ухом, он вдыхал неповторимый цветочный аромат кожи, его горячее дыхание разгоняло толпу мурашек по девичьему телу. Юная фея, словно зачарованная, ждала его дальнейших действий.

– Ты чувствуешь жар, начавший струиться по венам? – Алекс прикусил мочку ее уха, в ответ раздался судорожный вздох. – Ты такая нежная… Так манишь дотронуться, погладить шелковистую кожу. – В подтверждение своих слов он невесомо касался губами шеи, прокладывая дорожку ко рту девушки, но, наученный горьким опытом, не спешил. – Твое сердце стучит так же быстро, как и мое? Ты хочешь, чтобы я ласкал тебя?

С каждым оброненным словом Марина дышала все тяжелее. Ее глаза были закрыты, на скулах появился легкий румянец. И Алекс решил рискнуть. Осторожно прикоснувшись губами к ее рту, легко поцеловал и отстранился. Губы девушки слегка приоткрылись, словно приглашая стать смелее. Проведя подушечками пальцев по их контуру, граф вновь поцеловал, невесомо, тягуче медленно, чутко прислушиваясь к отклику. И когда губы феи слегка дрогнули, отвечая, он постепенно углубил поцелуй. Все так же не спеша втягивал девушку в свою игру, заставляя следовать установленным им правилам.

Когда он сам начал растворяться в поцелуе, Алекс не заметил. Просто в один момент его руки перестали удерживать, начав исследовать податливое тело, путешествовать по его плавным изгибам, изучая и узнавая. Легкая сорочка, в которой пришла Марина, давно задралась, не мешая, а лишь раззадоривая и распаляя. Но и тогда Алекс не стал спешить, спускаясь поцелуями все ниже, чтобы ощущать не только руками, но и губами, узнать вкус кожи и запомнить ее аромат. Его действия сопровождали тихие вздохи и стоны, одобряя и поощряя, позволяя намного больше, чем он мог бы надеяться.

– Саша… – С губ Марины сорвалось незнакомое слово, впечатываясь в сознание. – Саша…

Алекс замер, потом и вовсе отпрянул. Тряхнул головой и, разогнав туман желания, застилавший сознание, посмотрел на лежащую под ним девушку, осознавая произошедшее. То, что начиналось как просто отвлечение, зашло слишком далеко. Освободив руки феи от невидимых пут, он отодвинулся и потянулся за халатом.

– Алекс? – Марина приподнялась на кровати, недоуменно глядя на него все еще затуманенными от страсти глазами.

– Пришла в себя? – спросил он, туго завязывая пояс.

Девушка приоткрыла рот и начала краснеть, затем так же стремительно побледнела. Ухватившись за одеяло, судорожно укуталась в него, бормоча:

– Я не хотела… Я не хотела… Я…

– Марина! – попытался остановить ее граф, но она лишь замотала головой, твердя одно и то же.

Алекс обошел кровать, чтобы перехватить пытавшуюся сбежать фею, и та сжалась в ожидании удара. Замерев, граф прижал к себе разрыдавшуюся девушку.

– Я не знаю… Было так страшно! – Марина цеплялась за него руками, словно опасаясь, что он оттолкнет ее и оставит одну. – Словно я и не я…

– Тише, тише, девочка, все хорошо, – успокаивал маг, устроив подопечную у себя на коленях. – Все уже закончилось.

И точно в ответ на его слова в спальню ворвались люди. На несколько секунд все застыли, разглядывая друг друга, и только Марина продолжала плакать, прижимаясь к Алексу.

– Что это значит? – строго спросил граф, рассматривая своих подчиненных и бледного, трясущегося управляющего гостиницы.

– Простите… – проблеял тот. – Я пытался их остановить.

– Все хорошо, можете быть свободны, – распорядился Александр, плотнее закутывая фею в одеяло. – Сам с ними разберусь.

Дождавшись, когда управляющий покинет номер, граф перевел вопросительный взгляд на ларра Корада. Но человек-гора не успел и рта раскрыть, как его опередили.

– Фея подняла переполох в лагере, утверждая, что она собирается вас убить! – Ларра Райана ткнула пальцем в Марину.

– Как видите, не убила, – сухо ответил Алекс и успокаивающе погладил подопечную по плечу. – Кажется, придется вернуться на остров, чтобы во всем разобраться. Выйдите и подождите нас в холле.

– Не думаю, что вас стоит оставлять наедине, – не согласилась магиня.

– Не обращайте на нее внимания, – быстро сказал ларр Родар, уводя сопротивляющуюся женщину. – День был долгим, она устала и не выспалась. Прекрати! – строго сказал он уже подруге. – Хоть иногда думай, что говоришь.

– Не будем вам мешать. – Последними вышли ларр Корад и еще два мага.

Когда они остались одни, Алекс приподнял за подбородок лицо Марины и внимательно всмотрелся в ее глаза. Несчастные и полные страха бирюзовые озера. Проведя пальцами по щеке, стер мокрую дорожку, вызвав судорожный вздох. Граф прижал девушку к себе и сказал:

– Я не виню тебя. Мы во всем разберемся. Хочешь, провожу…

– Нет, сама справлюсь. – Марина соскользнула на пол, старательно не глядя на мужчину. – Одеяло верну позже.

Александр не стал ее останавливать, понимая, что девушке нужно хоть немного побыть одной. То, что она пережила… Нахмурившись, граф сжал кулаки. Его поведение вышло за грани допустимого. Все должно было ограничиться поцелуями, а он повел себя как глупец, нечестно воспользовавшись Марининым невменяемым состоянием и ее слабостью перед водными магами.

Алекс любил и ценил женское внимание, всегда находя что-то новое и интересное в близком общении с противоположным полом. В отличие от Максимилиана, быстро пресытившегося вешающимися ему на шею ларрами, граф находил в этом неизменную прелесть и, чего уж греха таить, тешил свое самолюбие. Но в то же время не волочился за каждой юбкой, умея сосредотачиваться на более важных задачах. И Марина как раз была одной из таких задач.

Да, красивая. Да, лесная фея. Да, она будила в нем мужской интерес. Но это не значит, что стоило идти на поводу своего либидо. Обидеть девушку он точно не хотел. И дело не только в важности выстраивания добрых отношений с почти вымершей расой, просто Марина нравилась ему как чело… фея. «Надо постараться все исправить», – подумал, выходя из спальни.

В тот же момент в дверь номера постучались. Вернулась Марина, уже полностью собранная и держащая в руках его одеяло. Алекс внимательно осмотрел фею, отмечая и бледный цвет лица, и покрасневшие от слез глаза.

– Нужно идти, – напомнила фея, прозрачно намекая, что не готова к разговору.

И Александр подчинился. У них еще будет время поговорить.

В лагере было спокойно, у входа в выделенную Кетане палатку дежурили два эльфа.

– Все могут быть свободны, кроме ларра Корада, – распорядился граф Каслар.

Приказ явно не понравился ларре Райане, но возразить она не посмела. Кажется, внушение ларра Родара пошло на пользу.

Все это Марина отметила краем сознания, до сих пор переживая недавние события. И когда Кетана бросилась к ней, как только они вошли, девушка с удовольствием обняла фею. Сейчас Марине была нужна поддержка. Против обыкновения объятия Алекса не принесли успокоения, слишком виноватой она себя чувствовала.

– Ты в порядке? – обеспокоенно спросила фея.

– Я пыталась… – Марина всхлипнула.

– Давайте присядем и спокойно поговорим, – предложил кронпринц, которого девушка сначала не заметила.

Когда она опустилась на узкую кровать, лиур Ариниэль протянул ей бокал с водой и носовой платок. Марина приняла и то и другое, через силу улыбнувшись.

– Ларра Кетана, почему вы решили, что Марина захочет меня убить? – сразу перешел к делу Алекс, усевшись на кованый сундук у одной из стен.

– Это все Хаяна… – Фея ободряюще погладила девушку по руке. – Когда нас захватили, ее старшую дочь убили, а младшая и сестра Хаяны погибли во время экспериментов. Первое время, когда нас погрузили в сон, она молчала, не откликаясь на наш зов.

– Молчала? – уточнил Александр. – Лиур Ариниэль упоминал, что вы общались между собой. Это особенность заклинания?

– Нет, это особенность нашей расы. – Кетана пожала плечами. – Раньше об этом знали все, поэтому не вижу причин скрывать. Мы можем связаться с любой из наших сестер, если она в этом мире…

– Понятно. – Граф посмотрел на Марину, но та упрямо не поднимала взгляда от кружки.

– Прошло много лет, прежде чем Хаяна начала общаться с нами, – продолжила Кетана. – Ее речи были наполнены горечью и ненавистью к людям, но никто из нас не мог ее винить, чувствуя то же самое. А сегодня, когда я рассказала сестрам все, что узнала от Марины, Хаяна назвала ее предательницей. И многие сестру поддержали. Мне понадобились некоторые усилия, чтобы если не переубедить их, то попросить повременить с обвинениями, попробовав рассмотреть все варианты нашей дальнейшей жизни. Поэтому я слишком поздно заметила, что происходит.

– Что она сделала со мной? – тихо спросила девушка. – Как вынудила напасть на графа Каслара?

– Хаяна нарушила один из древних запретов, ментально заставила следовать своей воле. Удивительно, как у нее это вообще получилось…

– Это был грубый удар, – пояснил Алекс. – Если судить по вашему рассказу, она вынудила Марину почувствовать всю боль и ненависть, которую испытывала все это время. Заодно вложила в голову мысль, как расправиться с обидчиком. Видимо, я был приоритетной целью, поскольку отвечаю за очистку острова.

– Да она радоваться должна, а не нападать! – возмутилась Марина. – Вы же помогаете вернуть дом феям!

– Хаяна не поймет, – печально ответила Кетана. – Слишком много боли и смертей между нашими расами. Ей неважно, что все это было происками магических вампиров. Если так подумать, они все равно относятся к человеческой расе.

– Это несправедливо! – Марина нервно подскочила и принялась мерить шагами палатку. – Ее нужно как-то переубедить.

– Нет, – прервала ее фея.

– Но…

– Хаяна совершила преступление, и теперь ее будут судить по нашим законам.

– Судить? И кто же?

– Все оставшиеся в живых феи. И ты в том числе.

– Для этого их надо сначала освободить, – напомнила Марина.

– Обязательно. Но для суда это не помеха. Я помогу тебе войти в общий поток сознания, но нам нужна тишина и отсутствие свидетелей.

Фея многозначительно посмотрела на мужчин. Кронпринц встал, граф же остался на месте, задумчиво разглядывая Кетану, словно решая, стоит ли ей доверять.

– Никто не причинит ей вреда. – Фея еле заметно поморщилась, будто слова были слишком тяжелы.

А может, все так и было. Многовековая неприязнь быстро не исчезает.

Кивнув, Алекс последовал за эльфом на выход, но прежде чем исчезнуть за тканевым пологом, еще раз обеспокоенно посмотрел на Марину. Ободряюще ему улыбнувшись, девушка сосредоточила внимание на Кетане.

– Что мне нужно делать?

– Почувствовать нас всех. – Фея прикрыла ей глаза ладонью. – Так же, как ты делала это раньше. Мы все рядом, стоит только позвать. Чувствуешь?

– Да, – выдохнула Марина, действительно ощутив чужое присутствие.

Создавалось впечатление, будто лесные феи стоят позади нее и внимательно смотрят. Шею, щеки и уши слегка закололо от направленных на нее эмоций. Радость, нетерпение, легкие нотки неодобрения, любопытство и… ненависть. Последнее чувство было пугающим, вызывало нервную дрожь и желание спрятаться. Передернув плечами, Марина заставила себя не двигаться. Это она была жертвой, и ей следует злиться из-за случившегося.

Вспомнив испытанное недавно мерзкое безволие, девушка поморщилась. В тот момент она словно разделилась надвое. Одна часть люто ненавидела людей, в особенности Алекса, а вторая ужасалась происходящему, но ничего не могла поделать, словно находясь в оковах.

– Марина, сосредоточься, – раздался в голове голос Кетаны. – Сестры собрались, чтобы познакомиться с тобой и обсудить произошедшее.

Девушка вежливо поздоровалась, немного теряясь от странного способа общения.

В ответ раздались многоголосые приветствия. Некоторое время Марина выслушивала, как все рады ей и как долго феи ждали этого важного события. Вскоре в голове появился неприятный звон, медленно перерастающий в болезненный гул.

– Хватит! – прекратила безобразие Кетана. – Не забывайте, у Марины это впервые. А мы собрались здесь для другого. Хаяна, надеюсь, ты не станешь отрицать содеянное?

Виновница проигнорировала слова, только сильнее пахнуло ненавистью. Марина не удивилась, ожидая подобной реакции.

– Вновь решила сыграть в молчанку? – раздался укоризненный голос. – Ты нарушила древний закон, использовав для этих целей новорожденную! Это низко и позорит твой род.

– Мой род погиб благодаря людям! – прошипела Хаяна.

– Твой род жив, пока ты способна иметь детей! Мы все скорбим по ушедшим сестрам. И так же, как и ты, не желаем иметь с людьми ничего общего. Вот только обстоятельства изменились. Мы по другую сторону Заслона от Старших рас.

– Могли бы уйти к ним, а не стелиться перед людьми!

– Прекрати! Своим низким поведением ты практически перечеркнула пути к спасению. Прежде чем уходить за Заслон, нам нужно выбраться из укрытий, а это не удастся без помощи тех, кого мы все презираем.

Сердце болезненно сжалось, и Марина прикусила губу. О таком повороте событий она не задумывалась. Ведь если феи уйдут к Старшим расам, то же придется сделать и ей. Теперь они ее семья…

– Людям нет доверия! – не унималась Хаяна. – Они обманули бы нас.

– Лиур Ариниэль доверяет графу Каслару, – сказала молчавшая до этого Кетана. – А кронпринца светлых эльфов нельзя назвать глупцом. Он очень похож на своего двоюродного деда.

Марина неожиданно вспомнила приснившегося ей эльфа, даже удивительно, почему она сразу не обратила внимания на сходство. Кетана права, эти двое действительно похожи.

– Поздно говорить об этом, – презрительно выплюнула Хаяна.

– Нет, не поздно, – решилась заговорить Марина. – Ничего страшного не случилось. Алекс сумел помочь мне. Он благородный и умный человек, прекрасно понимающий, что вина за случившееся лежит на одной фее.

– Тебе вообще нет доверия! – взорвалась Хаяна, и ее возглас отозвался болью в висках. – Ты пришлая, выросшая среди презренных людишек…

Уловив слабые эмоции одобрения, девушка внутренне сжалась. В этом фея была права – она чужая. У нее другой жизненный опыт, да и того с гулькин нос.

– Она наша сестра! – вступился кто-то. – Где бы Марина ни родилась и ни росла, она никогда не будет нам чужой. Ты же совершила преступление не только против нее, но и против всех нас. И тебя уже не изменить, ненависть разъела душу, мешая здраво смотреть на сложившуюся ситуацию. Будь мы свободны, тебя бы казнили или изгнали без права создать священную рощу в каком-нибудь другом месте. А это равносильно смерти. Семечко, лишенное возможности прорасти, быстро погибает.

На этот раз волна одобрения была сильнее и ярче. Правда, Марина не испытала по этому поводу особых эмоций. Голова не просто болела, она словно горела изнутри, и девушка едва сдерживала болезненный стон.

– И что же ты со мной сделаешь? – насмешливо спросила Хаяна. – Я и так в темнице. Кстати, вместе с вами…

– В ней и останешься, – припечатала та же фея, имени которой Марина не знала. – Ты не будешь освобождена из убежища. Более того, не сможешь ни слышать, ни обращаться к нам до самой своей смерти.

«Одиночная камера», – пронеслась в пылающем мозгу мысль-сравнение.

В ответ раздался резкий громкий смех.

– Ты думаешь, это страшное наказание?

– Вы согласны, сестры? – спросила фея, не обратив внимания на слова Хаяны.

– Поторопитесь с решением, – попросила Кетана, и Марина почувствовала, как ко лбу прикоснулась прохладная ладонь, даря облегчение от пожирающего жара. – Сестра плохо себя чувствует, слишком долгая связь для первого раза.

Феи вновь загомонили, и девушке пришлось прикусить губу, чтобы сдержать стон. Невидимые молоточки превратились в кувалды и яростно стучали в висках, грозясь расколоть голову на части. И когда ощущение близкого присутствия фей неожиданно исчезло, Марина даже испугалась, что потеряла сознание от боли.

– Все, все, – шептала Кетана, гладя ее по лицу, – можешь отдохнуть.

Марина хотела спросить, чем закончились переговоры, но не смогла и слова произнести. Из-под крепко смеженных век текли горячие слезы, принося мнимое облегчение. Она боялась пошевелиться, опасаясь новых приступов боли, и даже не пыталась понять, что делает фея, когда зашуршала ткань.

– Помогите мне, – раздался голос Кетаны от входа в палатку.

– Что с ней? – встревоженно спросил Алекс, и Марина уловила звук его шагов.

– Слишком долгая связь для первого раза. Ей нужно поспать, сон лечит.

– Переночуем в лагере, – принял решение граф Каслар, подхватывая девушку на руки.

Из-за резкого движения голову прострелило болью, и Марина обиженно зашипела. Не открывая глаз, наугад потыкалась, как слепой котенок, и, наконец уткнувшись носом в шею мужчины, облегченно вздохнула. Ей было все равно, что подумают окружающие, слишком вымоталась за эту длинную ночь, не желавшую заканчиваться.

Марина смутно помнила, как Алекс попрощался с феей и бодро зашагал по лагерю, неся ее словно пушинку. Пригревшись, девушка уже практически засыпала, когда граф осторожно опустил ее на отнюдь не мягкую поверхность. На ощупь определив, что это ее кровать на сегодняшнюю ночь, хрипло попросила:

– Побудь со мной немного. Пожалуйста. – И даже отодвинулась к стенке, освобождая место и внутренне напрягаясь в ожидании ответа.

Когда Алекс молча прилег рядом, Марина довольно улыбнулась и, прижавшись к нему, моментально уснула.

Осторожно обнимая тихо сопящую девушку, граф подумал, что уже привык к совместным ночевкам. Более того, ему даже нравилось чувствовать рядом доверчиво прижимающуюся феечку. Вот только это сулило серьезные проблемы. И маг задумался, настолько ли сильно она ему нужна, чтобы рискнуть развить то, что начало зарождаться уже давно.