Глава 7

Артём

Можно сколько угодно рассуждать о жизни, о наших правильных или ошибочных поступках. Но я вдруг понял, что кроме кафе у меня нет даже собственного угла. Да и кредит на баре висит… Так что, ничего у меня нет.

Если первоначально думал, что поеду домой, то вовремя опомнился. Домой приедет ба и будет мне капать на мозг. Я знал, что ей дома скучно, однако она отлично проводила время в музеях, которые с регулярной частотой посещала, ходила в салоны красоты, открытый бассейн и даже спортзал. Я точно знал, что скучать ей попросту некогда. Тогда эта выходка что означает? Интерес? Желание показать, что моя опека и забота лишняя и неценная?

Ведь сколько раз мы сидели с ней в кухне и пили чай с мятой и душицей, потому что ба очередной раз переволновалась и не могла уснуть. Или это была продуманная игра?

Да, так уж вышло, что все наши вложения ушли в бар, и мне даже девушку некуда пригласить… дожили.

Байк катит по ровной дороге в сторону самого укромного места, как я его называл — место силы. Тут и подумать можно, и помечтать. Да просто отдохнуть душой, отключив голову и мысли.

Когда приехал к бухте и заглушил мотор, вздохнул так глубоко, насколько могло хватить моих лёгких. И медленно-медленно выдохнул. Злость ушла, а вот осадок неприятный остался. Зато сразу подумал о том, что необходимо снять себе квартиру. Самую простую и маленькую, лишь бы спальное место было.

Так и сидел на берегу, предварительно отключив телефон. Чтобы не звонили, не донимали и не искали. А ещё неприятно, что думают обо мне так, словно я подросток неразумный. Из-за обиды буду гнать так, чтобы стрелка спидометра отогнулась максимально вправо. Нет. Я знаю о последствиях, видел их. Жизнь мне слишком дорога, чтобы так просто с ней прощаться.

Увы, я хоть и думал, что успокоился, но вот ураган в душе гаситься не желал. Я не понимал, почему так вышло. Я ведь бабушку так оберегал, так ценил. Да, она неоднократно просилась ко мне в штат. Вот только я знал, что если она вступит в смену со всеми, то будет трудиться наравне, до последнего.

Зачем мне это надо? Никакие вкусные пироги и большие продажи не стоят её здоровья. Жаль, что это ценил только я.

Расстегнув ветровку и стянув футболку, быстро стал раздеваться, чтобы окунуться в прохладную воду и унять этот зуд, что засел под кожей.

О том, как поеду обратно, даже не думал. Сейчас хотелось только одного — окунуться с головой в прохладную воду, нырнуть, задержав дыхание…

Это я и сделал. Бежал вперёд на пределе сил, словно за мной гнались, и прыгнул в воду, уходя под неё всем телом. Чтоб уши заложило, чтоб воздуха в лёгких было мало…

Я вынырнул только тогда, когда замёрз. Быстро вышел на берег и чуть себе ноги не переломал, ударившись об очень знакомый… велосипед?!

Да ладно?!

— Лия?! Ты как здесь оказалась? — почему-то именно это имя у меня стало вырываться чаще. Офелия ей тоже шло… Но Лия было каким-то особенным. Личным! Словно я переступал дозволенную границу…

— А что, это частные земли? Прости, не увидела трафарета…

Лишь глаза закатил и стал спешно одеваться. Красоваться перед девушкой что-то сегодня не хотелось… Время не то, да и обстановка не позволяет. Или старею?

— Не ёрничай, прекрасно знаешь, что я имею ввиду. Тебя ба подослала?

Всё же видеть, как она недовольно пыхтит и пытается выставить иголки — довольно забавно. Но сразу видно — не умеет, а значит, совсем не такая, как большинство девушек вокруг.

— Вообще-то, она за тебя волнуется.

— Конечно, волнуется и поэтому решила поработать на конкурентов, — зря я опять эту тему поднял. Не хотел же, вроде всё решили — и вот опять. Балбес, одним словом.

Отошёл к байку, потому что произошла заминка со штанами и мокрым бельём. От него надо было избавиться. Не при Офелии же этим заниматься?! Но девушка и не видела моего смущения. Рассуждала, стоя чуть в стороне и не обращая на меня внимания.

— Может, она просто хотела показать, что она тоже что-то может? Моя бабушка всегда говорила, что пока она движется, она живёт. И она до последнего сама убирала и готовила. А потом слегла и угасла за пару дней.

Голос у Лии дрогнул. Она резко отвернулась и пошла к берегу. Крепкий орешек оказался не таким уж и крепким. Быстро одевшись, пошёл за соседкой, которая стояла, чуть трясясь от холода. Вот же… и не лень было за мной ехать… на этом…

— Ты дрожишь, — накинул на её хрупкие плечи ветровку и стал рядом.

— Спасибо, — ответила Офелия шёпотом.

Мы стояли довольно долго, словно приросли к этому месту. Не зря я сюда приезжаю черпать силы, найти душевное равновесие… и просто побыть наедине с собой.

— Поехали домой, — проговорил спустя некоторое время. Всё же кому-то пора отдыхать… и это я говорю про нас двоих. Режим себе выстроили сложный, нагрузку взвалили сумасшедшую. А мне ещё с бабушкой разбираться надо и съезжать… однозначно.

— Поехали, — вздохнула соседка и поплелась к велосипеду.

— Брось эту развалюху…

— Ещё чего, — мгновенно взорвалась Офелия, — это моё средство передвижения.

— Это твоя клумба, на которой ты просто чудом сюда доехала. Оставляй её здесь!

— Ни за что! — упёрлась эта козявка. Даже руки в боки поставила, всем своим грозным видом показывая, что без велосипеда не уйдёт.

Вот настырная! А главное, как быстро разозлилась, с полуоборота просто!

— Мы твой велосипед поставим под деревом, и завтра я его заберу. Сейчас темно, и тебя могут не заметить на дороге. Это ясно?

Всё же рявкнул, но дождался ответного кивка. Проклиная тот день, когда мы вообще познакомились, я поднял с песка розовый велик, который совсем не был предназначен для поездок, отнёс его в сторону. Поставив данное транспортное средство под деревом, сам себе пообещал, что обязательно приеду за ним утром.

Подойдя к Офелии, которая сейчас походила на злого и обиженно ёжика, быстро водрузил ей на голову шлем, плотно застёгивая его. Девушка только глазами своими огромными хлопала, которые сейчас казались ещё больше. Не удержался, щёлкнул зубами у её носа, явно напугав.

— Боишься? — прищурил глаза, застёгивая на Лии ветровку и поправляя воротник.

— Нет!

— И правильно! Садись за мной и крепко держись.

Как только оседлал байк и дождался Офелию, снова закатил глаза. Это она, называется, держится? Чуть прикоснулась руками к моим бокам…

А если так?

Газанул…

Девушка резко придвинулась ко мне, прижалась телом, а ладошки проехали по бокам до груди и вниз к животу. Это было…!

Встряхнул головой и медленно тронулся, везя за своей спиной ценный груз.

На трассе было пусто, без шлема было ехать проблематично, поэтому скорость не развивал. Лишь потом понял, что не спросил адрес. Чуть повернул голову и крикнул:

— Куда тебя?

Офелия зависла, но явно поняла, что я хочу от неё.

— В кафе, — послышался невнятный ответ.

В кафе так в кафе.

Мы подъехали минут через двадцать. Напряжение между нами было колоссальным, или это только я его чувствовал… Весь напрягся, боясь спугнуть. Либо дышал через раз и просто… чёрт побери, кайфовал.

— Приехали, — говорю, когда глушу мотор, и слезаю первым с байка, — замёрзла…

— Немного, — говорит Офелия, снимая с себя мою куртку, пока вожусь со шлемом.

— Ты сейчас работать?

— Нет… я…

Она запнулась, потупила взгляд и прошептала:

— Я в кафе живу… у меня там комната…

И густо покраснела.

— А я с бабушкой живу… но в кафе, наверное, лучше… Не закрывай дверь, сейчас чай тебе принесу вкусный, хоть согреешься.

Лия указала рукой за здание, давая понять, что будет ждать меня с той стороны, а не у главного входа.

Кивнул, пошёл в бар, где попал под обстрел Макса.

— Потом, — отмахнулся от друга, пока заходил за барную стойку и доставал ягоды смородины, мяту, лимон и апельсин, — я завтра выходной.

— Без проблем…

Макс следил, что я делаю, но молчал. Сам же добавил ягоды, почистил фрукты, опустил их в высокий стакан с толстыми прочными стенками. Добавил мяты, сиропа и немного придавил, чтобы выделился сок. Только после залил всё кипятком. Быстро перемешал, поставил в стакан широкую трубочку и ушёл со словами:

— Встретимся через день.

Лия ждала меня в кабинете, полностью переодевшись. Кхм, у неё есть что-то не розовое? Хотя — эти длинные свободные штаны с радугами и единорогами то, что надо. По крайней мере, именно Офелии идёт.

— Пей и не болей!

Поставил перед ней витаминный чай, махнул на прощание рукой и вышел.

Мне нужно было… домой. Согреться самому и поговорить, наконец, с бабушкой. Огорчать её не хочется, но решение уже принял. Буду съезжать.

Накинул ветровку и уткнулся носом в ворот, вдыхая чуть заметный сладкий запах.

Домой…

***

Офелия

Я сидела в тишине и вдыхала аромат чая.

Артём может быть милым. И так быстро ушёл, что я засомневалась, а не привиделось ли мне это всё.

Сегодняшний вечер как будто стёр незримую стену между нами, и мы на миг стали ближе.

Но что будет завтра, я, конечно, не знаю. Скорее всего, опять разногласия и споры. Но сегодня мы разговаривали как друзья и даже спорили. Артём запретил мне возвращаться на велосипеде. Кто бы его слушал, конечно, но, если честно, сама за целый день так устала, что мечтала просто добраться, наконец, до кафе, принять ванну и вытянуться на кровати. Представив, что буду ещё крутить педали полчаса, мне стало плохо, поэтому повозмущалась немного, для приличия, и согласилась ехать с ним на байке. Тем более он обещал, что привезёт завтра велосипед. Надеюсь, его никто не унесёт, а то придётся покупать новый, это всё-таки уже наша фишка.

Допила чай и пошла смывать с себя весь сегодняшний день. Теперь надо опять думать про помощника, не думаю, что Артём разрешит бабушке вернуться, а жаль. Я к ней привыкла, и она хорошо вписалась в наш коллектив. И немного меня разгрузила.

Когда я вернулась в кафе, уже никого не было. Зато всё было убрано, а на завтра были приготовлены заготовки, которые лежали в холодильнике. Можно было бы, конечно, заняться бухгалтерией и бумажками, но я устала. Так что сегодня нацеплю роль Скарлет О'Хара и «подумаю об этом завтра».

Обо всём подумаю завтра: и про помощника нового, и про документы, и про несносного соседа.

Утро, как всегда, ворвалось стремительно и весело. Сначала я подскочила от бешеной музыки. Уже давно я просыпалась до будильника и выключала его, так что совсем забыла, какую адскую музыку ставила на первых порах, чтобы вставать. Я была скорее совой, чем жаворонком, так что проснуться с утра — всегда было моей проблемой. Но мысли о кафе и текущих проблемах не давали мне долго спать, поэтому я уже давно просыпалась без будильника, а тут вот. Теперь надо спешить, потому что скоро открытие, Лариса придёт, а я тут в пижаме с розовыми единорогами.

Мне бы сегодня позавидовали рядовые в армии, так быстро я привела себя в порядок и вышла встречать Лару.

Женщина была угрюмая и спросила:

— Что, опять без помощницы остались?

— Наверное, да, — печально ответила я.

Мы были в зале и освежали столы перед открытием.

До начала работы осталось ещё полчаса. Я решила выйти подышать воздухом и посмотреть, как смотрится вход без велосипеда.

И тут входная дверь начала открываться, звеня дверными колокольчиками.

— Мы ещё закрыты, — крикнула я, чтобы предупредить посетителей. Люди иногда не смотрели на график работы, а потом расстраивались, уже настроившись поесть.

— Свои, — услышала я голос Вари, а потом увидела и саму женщину. Одета она была, как всегда, экстравагантно для своего возраста, но зато стильно. Яркие красные лодочки на каблуке, чёрное приталенное платье чуть ниже колен, но зато с разрезом практически до бедра и декольте. Яркие красные бусы, шляпка и последним ярким акцентом была красная помада.

— Но как? — только и смогла спросить я.

— Деточка, не думаешь же ты, что Артём мне может что-то запретить? Мы с ним поговорили, — она слегка поморщилась, видимо, разговор был не лёгким, — и решили, что мы оба взрослые люди. Не забивай свою красивую головку всякими глупостями, давайте лучше работать. Скоро уже пора будет открываться.

— Хорошо, давайте готовиться. Я пойду проверю фасад.

Я вышла наружу и вдохнула свежего воздуха. Всё же какое счастье работать возле моря! Душа радуется, конечно, сезон здесь недолгий, но у нас и вне сезона будет работа, так как посёлок жилой, и его жителям тоже нужно куда-то ходить отдыхать. Но основной заработок, конечно, приходится на лето. Многие жители потом весь год живут на то, что заработали в сезон.

Поймала себя на мысли, что уже несколько минут смотрю на велосипед, который стоял на своём обычном месте, а в его корзине даже стоял свежий букет полевых ромашек и васильков.

Вот же Артём! И когда успел только? На губах расплылась довольная улыбка. Хотелось танцевать и делать мир счастливее. Может, попробовать ещё раз начать знакомство с соседом? В этот раз с другими пирожными? Пока не передумала, я быстро вернулась в кафе, выбрала красивые пирожные и положила их в тарелку, на которой он приносил шашлык. Вот и причина нашлась, я просто возвращаю его тарелку, а пустую некрасиво возвращать. Варя с Ларисой были заняты в зале и не обратили на меня внимание. Я была этому рада, потому что…

А кто его знает, почему. Просто не хотелось ни с кем сейчас разговаривать. Зато очень хотелось увидеть соседа. И прямо сейчас. Это точно диагноз. А какой — определим позже.

Я вышла из кафе и перешла дорогу. Бар смотрел на меня хмуро, как будто не желая, чтобы я вторгалась на его территорию. Надо посоветовать Артёму сделать что-то яркое, а то наши кафе смотрятся как зефир и тирамису.

Что за глупости лезут в мою голову?

Это от волнения, не знаю, как меня встретят. Вчера я видела, что Тёма выезжал с другой стороны. Может, у него там отдельный вход? Идти через главные двери совсем не хотелось, опять ненужные разговоры с его сотрудниками и их же любопытные взгляды. Я обогнула здание и нашла дверь. Надо вообще обменяться телефонами, мало ли что.

Перехватив тарелку в одну руку, второй я толкнула дверь. Она медленно начала открываться. Пройдя по коридору, я увидела ещё одну дверь.

Надеюсь, это кабинет Артёма, а не что-то другое.