Глава 9

Артём

Никогда не любил болеть: таблетки, температура, озноб. Ненавижу! Но ещё хуже, когда за моё лечение бралась бабушка.

Оказалось, Офелия мне не приснилась. Она действительно приходила с пирожными. Видимо, поняв, что я заболел, ушла к себе и поделилась наблюдениями с бабушкой.

А у бабушки разговор короткий!

Сразу организовала машину до дома и устроила лазарет. Чай с лимоном и облепихой, компот витаминный — это малая часть того, что в меня пытались затолкать в перерывах между сном. Не считая таблеток, естественно.

Мне бы в таком состоянии просто лежать, чтоб никто не трогал, но нет же! Это не про Варвару Павловну, которая, засучив рукава, донимала меня своими расспросами и бурчала под ухом:

— Уж я-то тебя на ноги поставлю!

На них я встал тогда, когда частично сошла температура, но только для того, чтобы позвонить Максу и жалостливо попросить:

— Забери меня, друг!

Как вызволял меня товарищ, это отдельная история в моей жизни. Когда он приехал, я уже свободно передвигался по квартире, собирая вещи в сумку. За мной с полотенцем в руках ходила бабушка.

— Ты что удумал? — возмущалась она, — куда собрался в таком состоянии?

— Я в другом месте долечусь, — бубнил в ответ, — не хочу тебе доставлять неудобства. У тебя ещё и работа!

Опять не смог промолчать, а этот вопрос мы, кажется, уже решили.

— Работа не волк, в лес не убежит, — со знанием дела произнесла ба.

— А я сбегаю, — остановился и дотащил первую сумку к выходу.

— А я тебе не позволю! — бабушка оттащила вещи обратно.

— Мне лучше, в самом деле. И даже приятна твоя забота, но её слишком много!

— Вот ещё! — не согласилась она со мной, упёрла руки в боки и строго на меня смотрела. Но я уже не маленький мальчик.

Так бы мы и спорили, если бы после короткого стука в квартиру не зашёл Максим.

— Вот, посмотрите на него, ещё один предатель! — возмутилась ба.

— Почему предатель? — не понял друг: не успел зайти, а его уже в чём-то обвиняют.

— А потому! Его лечить надо.

— Лечить, но не залечивать! — встал на мою сторону Максим.

— Ну и ладно! — бабушка махнула на нас полотенцем и загородила собой сумку. — Хочу я посмотреть, как ты один сможешь!

А это было обидно. После подобных фраз я всегда доказывал, что могу. И в этот раз буду доказывать, что всё сумею.

Вышел из квартиры, пообещав вернуться за вещами, и привалился к стене.

— Ты как? — Максим подошёл ближе.

— Паршиво, — признался я, — мне сутки бы просто полежать и всё! Без компотов, чаёв и прочей заварки. Просто я, подушка и кровать.

— С квартирами снова облом, — пожал плечами мой помощник, — объявления сняли, надо заново искать. Может, у меня пока побудешь?

— Нет, — покачал головой. — Ба меня у тебя мигом найдёт. Ты же её знаешь: даёт шанс уйти, чтобы потом помешать этому шаткому равновесию. Нужно затеряться в другом месте.

И идея возникла совсем неожиданно. Лучше всего спрятаться под самым носом. Не в баре, естественно. Нет, там она меня тоже найдёт. Но было ещё одно место, о котором я узнал совсем неожиданно.

— Поехали на работу! — уверенно произнёс и оттолкнулся от стены. — Нет, сначала до торгового центра, потом на работу.

В магазине я купил себе сменную одежду, шампунь, новую зубную щётку. Зашёл в аптеку и снова набрал себе противовирусных средств, лекарства от горла и кашля. С этим набором, который поместился в новый рюкзак, я был доставлен по месту требования.

— Ищи квартиру, договаривайся о её просмотре. И если всё устроит — снимай, — давал наставления другу.

— А мот?

— Его бы перегнать… — задумчиво произнёс я, прикидывая в уме, успела ли бабушка сюда приехать или нет.

Да нет, с её любовью к себе и своим вещам процесс сбора растянется часа на полтора минимум.

— Мот тоже пригоню, но ты мне скажи, что придумал? — Макс нахмурился.

— Пока только придумал, — и указал рукой на кафе Офелии, — если всё получится, буду тут отсиживаться.

— Чего? — не поверил друг, а я помахал ему рукой, попросил звонить, но ближайшие пару часов меня не трогать. Температура снова поползла вверх.

В кафе соседки было тихо, уютно и, как всегда, ярко. Я смог дойти до самого первого столика и устало на него опустился. Почти сразу же рядом со мной появилась Офелия.

— Артём? Ты как здесь? — её холодная рука на моём лбу — блаженство в высшей степени.

— Предоставь мне убежище, пожалуйста, — печальным голосом попросил девушку. — Хотя бы до вечера, но лучше до утра.

Хозяйка кафе захлопала своими длинными ресницами, явно не понимая того, о чём я говорю.

— Мне нужно пережить волну бабушкиной заботы, я итак продержался целых два дня, больше не могу.

— Сбежал? — ахнула девушка, благодарно кивнув своей помощнице, которая поставила перед нами две чашки и чайник с чаем.

— Почему сразу сбежал? Ушёл с гордо поднятой головой!

— И теперь просишь у меня убежища? — рассмеялась Офелия.

— Именно! — глотнул горячего чая. Достал из рюкзака таблетки и быстро их выпил. — Просто тут меня точно не найдут.

Офелия вздохнула и как-то печально на меня посмотрела.

— Не отстанешь ведь?

— Нет, — усмехнулся я.

— Тогда пошли, горе луковое. Но ненадолго!

— Хорошо-хорошо! — покладисто согласился, — Макс обещал мне квартиру сегодня-завтра подыскать, так что долго стеснять не буду.

Девушка отвела меня в самую настоящую комнату отдыха. Она так умело была спрятана, что захочешь — не найдёшь. Сначала мы спустились по лестнице вниз, затем она открыла неприметную дверь. В самом деле, я не думал, что можно было в баре сделать себе полноценное место для ночлега.

— Квартиры у меня нет, так что живу прямо тут, — стала разъяснять Офелия, краснея и смущаясь.

— Это же гениально! — искренне восхитился, рассматривая небольшую комнату, где было всё самое необходимое: небольшой шкаф, кровать, несколько книжных полок и розовое великолепие.

— Душ там, отдыхай, — произнесла девушка, оставляя меня одного.

Душ был нужен, как и крепкий здоровый сон. Тянуть резину не стал: помылся, на свой страх и риск воспользовался висящим рядом полотенцем, переоделся и с каким-то замиранием прилёг на кровать. Очень мягкую, с множеством подушек. Забрался под розовое одеяло, которое пахло той, что приютила меня, как бродячего пса.

— Обязательно нужно будет Офелию поблагодарить, — произнёс вслух, закрывая глаза.

— Спи уже, — послышался голос и дверь закрылась.

А я и уснул — мгновенно просто.

***

Офелия

Я закрыла дверь в комнату и улыбнулась. Какой же Артём смешной, когда такой беспомощный. И не рычит. Даже немного на нормального человека походит. Не знаю, что на меня нашло, что я пустила его на свою территорию.

Наверное, его измученный вид и глаза кота из Шрека. Иногда родственники своей заботой нас душат.

Но раз Тёма здесь, значит скоро и Варвара приедет.

Это хорошо, помощь нам не помешает. Леся уже уехала. Её приезд был как глоток свежего воздуха. Я немного отвлеклась от текущих проблем. Пока Варвары не было, вернулась обратно в зал, увидела, что Лариса справляется, и пошла к плите. Посетителей было много — и все хотели есть. Мои заготовки и всё, что приготовила с утра, уже смели.

За готовкой вернулась воспоминаниями в день приезда подруги.

Утро началось совсем не с кофе, а с её звонка. Я подумала, что опять проворонила подъём и это будильник, но пытаясь его отключить, увидела на дисплее улыбающееся лицо подруги.

— Лесь, пять утра, — простонала я, поднимая трубку.

— И тебе привет, Ласточка. Кто рано встаёт, тому Бог подаёт.

— Да уж, что случилось? Ты решила сообщить мне в такую рань, что не приедешь? — зевнула я, садясь в кровати, но глаза ещё не открывая.

— Нет, я звоню, чтобы ты открыла двери.

— Какие двери? — с утра я совсем ничего не соображала.

— Приём, подруга, проснись! Я стою возле розового великолепия под названием «Ассоль», или у вас на побережье ещё одно такое же имеется?

— Так ты уже здесь? — закричала я от радости и кубарем скатилась с кровати. Прямо в пижаме поднялась наверх и открыла дверь.

Всё это время мне не верилось, что за дверями я увижу подругу. Казалось, это злой розыгрыш или сон. Но когда ущипнула себя, то почувствовала боль. А раскрыв дверь, увидела свою подругу.

— Леся, — я кинулась её обнимать, моему счастью не было предела. Даже сонливость слетела.

— Привет, Фель. Я тоже скучала, но если ты меня не отпустишь, я просто задохнусь, — рассмеялась подруга, отодвигаясь от меня и заходя в кафе.

— Прости, я так рада тебя видеть.

— Я тоже рада! Фель, вот это красота! Это ты всё придумала? — она с восторгом смотрела на всё вокруг.

— Ты же знаешь, что я давно мечтала о кафе у моря. Я постоянно рисовала в мыслях и на бумаге, что я хочу.

— Но одно дело мечтать, а другое воплотить всё в жизнь. О, это что, качели? Фель, как же мило! И Мерлин Монро здесь прямо в тему. Так ярко. Мне нужно белое платье, и я хочу фотографию в стиле «Монро». Ты же мне устроишь фотосессию? — Олеся уже раскачивалась в моей качалке и мечтательно прикрыла глаза.

— Ну вот, а я-то думала, ты по мне соскучилась, а у тебя просто контент для инстаграм закончился, — я начала говорить грустным тоном, но в конце не выдержала и сама рассмеялась. С Лесей невозможно не смеяться. Она всегда поднимает настроение.

— Раскусила, фотки мне не помешают, — она показала мне язык, — но ещё я очень соскучилась по твоим лепёшкам. Вчера как представила их вкус, так сразу же и забронировала поездку на BlaBlaCar. Ты же их приготовишь?

И как ей можно отказать? Никак! Так что в пять утра, даже не переодеваясь, мы пошли в кухню.

— Ладно, я тогда займусь тестом, а ты нарежь зелень, чтоб быстрее было.

— Есть, мой капитан! — отсалютовала мне довольная подруга, а я и сама захотела почувствовать вкус теста с зеленью и сыром с небольшой кислинкой.

— Расскажи мне, как ты умудрилась в пять утра приехать?

— А мы с тобой поговорили, и я сразу залезла смотреть поездки. И вот, нашла, в четыре утра был выезд с Краснодара. Думала к шести-семи приеду. А мы домчались за час без пробок. Я даже поспать не успела.

— Ничего, сейчас чай попьём и пойдём досыпать, ещё пару часов у нас будет.

Полчаса — и вкуснейшие лепешки с зеленью были готовы. Я налила нам по чашке чая, разбавила молоком и добавила сахара. Маленькие «женгялики» были съедены за пару минут.

— Ммм, Ласточкина, как же вкусно, можно пальцы все съесть. И где ты научилась так готовить?

— Бабушкина школа. Пока все в нашей семье увлекались медициной, я любила наблюдать, как готовит ба. А у неё было много соседей кавказцев. У них она научилась готовить вкусные и необычные блюда. А я уже переняла у неё. Вот эти лепёшки называются «женгяловхац» или «кутабы с зеленью». Правда, их обычно большими делают, но я люблю маленькие, они тогда вкуснее. А ещё я туда сыр добавила в этот раз, совсем другой вкус.

— Да, сочетание убийственное! И ведь ничего сложного. А ещё я обожаю твою долму. Приготовишь?

— Да, но не сейчас. Пошли досыпать. Мне уже через час вставать и готовить всё к открытию.

— Марковна, блины ещё не готовы? — вырвала меня из воспоминаний Лариса.

— Готовы, держи, — я передала ей тарелку с блинами.

Работа кипела. Я как будто перезагрузилась после встречи с подругой. Как будто открылся запасной клапан, из которого я черпала силы.

Леся побыла всего день, на больше её с работы не отпустили. Но зато за этот день помогла мне и в документах порядок навести, и в голове.

— Фель, не загоняйся. Выключи синдром отличницы и просто живи. Ненужно никому ничего доказывать, — говорила мне подруга уже вечером.

В тот день я оставила закрытие на Ларису, и мы с Лесей сбежали к морю. Сначала наплавались вдоволь на нашем частном пляже, а затем уехали в центр и гуляли там по набережной.

Мы разулись, и наши ноги утопали в тёплом золотом песке.

Мне было хорошо. Этого мне не хватало: отвлечься, просто поговорить с близким человеком и услышать слова поддержки. Ведь многого не надо.

— Ты же знаешь, что этот синдром тяжело выключить. Я всегда пытаюсь доказать семье и всем вокруг, что я тоже чего-то стою.

— Мы тебя любим такой, какая ты есть. Не надо превращаться в зомби, гоняясь за идеальной картинкой. Её нет, каждый человек индивидуален.

— Ты права, и я это понимаю, но ничего не могу с собой поделать.

— Неисправимая ты, Ласточка, всё хочешь быть орлом, — рассмеялась Леся.

Потом я провожала подругу обратно в Краснодар и попросила хоть изредка приезжать, пока я не убила противных соседей.

— Деточка, а вот и я, — в кухню вошла бабушка Тёмы.

— Как Артём? — пришлось вежливо спросить, хотя он и спал в моей кровати.

— Сбежал, — нахмурилась женщина. — Всё хочет казаться взрослым, но ведёт себя как ребёнок. Ничего, далеко не уйдёт. Отлеживается, наверное, в своём баре. Вечером заберу его домой, а пока пусть думает, что он смог сбежать. Ладно, я приготовлю мясной пирог, а ты пойди пока отдохни.

Я уже хотела отказаться, но потом вспомнила, что у меня там немощный лежит, голодный, надо бы проведать.

Варвара уже полностью была увлечена готовкой и на меня не обращала внимания, так что я спокойно поставила на поднос куриный бульон, который специально сегодня сварила для Тёмы. Овощной салат, заправленный сметаной, витамины не помешают. Свежий хлеб. И чай с мёдом и лимоном.

Спустилась в комнату, а Артём ещё спал. Я положила поднос на стол и подошла к кровати, чтобы измерить ему температуру. Тёма смешно смотрелся в моей девичьей постели. Но я его сама не звала, так что какие есть апартаменты. Лоб был мокрый, но прохладный, жар спал.

Не успела я убрать руку, как её схватили и прижали к груди.

— Зефирка, — на меня смотрели наглые голубые глаза.

— А мне тебя что, колбаской называть? — фыркнула я, вырывая руку. И ушла к столу от греха подальше. А то ещё услышит, как у меня сердце бешено стучит от его прикосновений и голоса.

— Почему это колбаской? — возмутился он, садясь на кровати.

— Потому что, — коротко ответила я, развивать тему не хотелось, — ты как себя чувствуешь? За столом есть сможешь? Или лучше в кровати?

— Если честно, пока не понял. Слабость… И голова немного кружится.

— Тогда давай лучше в кровати, у меня где-то был маленький столик. Сядь пока удобнее.

Я открыла шкаф и достала ещё даже не распакованный стол. Купила его на вайлдберриз по распродаже перед поездкой сюда. Думала, что буду на выходных лежать в кровати, читать книгу и пить кофе с эклерами. Наивная, где бы ещё выходные взять? Зато столик сейчас пришёлся очень кстати. Он был небольшой, чёрного цвета с изображением Эйфелевой башни и каких-то стихов. Я его раскрыла и передала Артёму, пока он устраивал стол, принесла суп и салат.

— Я ничего не чувствую, как обидно! Уверен, это очень вкусно, — печально сказал Артём, зачёрпывая ложкой золотистый бульон.

— Ешь, тебе нужно набираться сил. Кстати, твоя бабушка уже тут.

— Надеюсь, ты ей меня не сдала? — с ужасом спросил он, переставая есть.

— Пока не сдала, но будешь себя плохо вести, обязательно сдам, — я показала ему язык.

— Ты очень жестокая, тебе об этом говорили?

— Нет, обычно говорят, что я лапочка и душка.

— Нагло врут, — ухмыльнулся он, вяло ковыряясь в салате.

— Больше не хочешь есть?

— Прости, совсем нет аппетита, — печально произнёс мой сосед.

— Болеешь, — пожала плечами. — Не мучайся, пей чай.

Я забрала тарелки и заменила их чашкой с чаем.

— Спасибо, сейчас немного приду в себя и буду искать жилье.

— Лучше поспи. Тебе надо восстановиться. А жильём, ты же говорил, Макс займётся. Вот и пусть ищет.

— Я буду помогать… — Тёма уже засыпал на ходу, помощник!

Забрала столик-поднос с чашкой и накрыла Артёма одеялом.

Собиралась уже уходить, когда услышала:

— Зефирка, посиди со мной немного.