Глава 16

Анита была готова взвыть от количества посетительниц, под любым предлогом заходивших в лазарет и словно невзначай выражавших восхищение тем, как Дияр о ней заботится и балует. Даже описали все купленные им пирожные. Первое время ей было любопытно, что же задумал Вирейский, а потом паломничество начало раздражать. Да и маг должен был прекрасно знать, что она предпочитает пирожные из кафе госпожи Даваны. Сам же их постоянно воровал!

Когда негодование достигло точки кипения, в лазарет явился сам виновник ажиотажа. С девушкой на руках… И это тоже стало предметом всеобщего любопытства. Даже непонятно за что дующийся на Аниту Ботрик выглянул из подсобки.

– Что случилось? – спросила целительница, подойдя к боевику.

– Дурость! – в сердцах выдал Дияр. – Впрочем, как всегда. Эй, Калина, открывай глаза. Ты бы еще захрапела для правдоподобности.

– Но, магистр, вы же сами приказали изображать барышню в обмороке, – серьезным голосом ответила студентка.

Посмотрев на возмущенную физиономию вроде как своего парня, Анита неожиданно рассмеялась, и напряжение предыдущих часов пошло на убыль.

– Иди за мной, я осмотрю ее, – распорядилась, направившись в сторону смотровой. – И все же, что произошло?

– Металлическим шаром в ключицу попало во время тренировок, – пояснил Дияр.

– Как же ты так? – с сочувствием спросила Анита, пока маг укладывал подопечную на кушетку.

– Ну чего зыркаешь? – проворчал Вирейский, когда студентка так и не ответила. – Поведай целителю о своей дурости.

– У меня сила скачет, – созналась та, отведя глаза. – Магия пропала в самый неудобный момент.

– А почему ты допустил ее к занятиям? – удивилась Анита, рассматривая пострадавшее место. Кожа сильно опухла и радовала глаз входящей в цвет гематомой.

– А я знал?! – обиделся Вирейский. – Мне об этом не удосужились сообщить!

– Ладно, ладно, не бушуй, – примирительно сказала целительница. – Можешь возвращаться, этот день Калина проведет в лазарете. Ближайшую неделю занятия ей точно не светят, ни теоретические, ни практические.

– Вечером зайду? – перед уходом спросил Дияр.

– Буду ждать, – согласилась Анита, подумав, что она просто обязана увидеть пирожные, о которых ей прожужжали все уши. – Ну а тобой, милая, мы займемся прямо сейчас, – сообщила она притихшей студентке. – Я так понимаю, магистр Вирейский наложил заклинание заморозки?

– Да, – хрипло ответила рыжеволосая девушка.

– И продержится оно еще около получаса. Чудесно! Что предпочитаешь: гипс или магией?

– Магией! – воскликнула Ирита и смутилась. – Простите.

– Кто бы сомневался, – хмыкнула Анита и закатала рукава. – Магией так магией. Только всю неделю тебе вообще нельзя пользоваться силой. Хотя с твоими скачками можно об этом не переживать.

* * *

Когда Дияр вернулся к своей подгруппе, то застал в прямом смысле разброд и шатание: студенты шатались без дела, разбредясь в разные стороны. Но, увидев преподавателя, они окружили его и принялись выспрашивать об Ирите. Мысленно Вирейский порадовался, что первокурсники такие дружные, а вслух разразился грозной тирадой о лентяях, которые становятся закуской даже самой медлительной нечисти.

Студенты прониклись и внимали. Но стоило Дияру замолчать, как донеслось робкое:

– А с Калиной-то что?

– Нормально все с ней! – сдался Дияр. – Сегодня останется в лазарете, неделя больничного. А теперь…

Его прервал раздавшийся над полигоном мелодичный звон, возвестивший об окончании занятий. Студенты заметно приободрились и с надеждой посмотрели на преподавателя.

– Продолжим в следующий раз!

Кто бы сомневался, что подгруппа мигом исчезнет… Вспомнив себя в их возрасте, Дияр понимающе усмехнулся и отправился докладывать о происшествии магистру Сторксу. Декана он нашел в одной из академических теплиц, успев перед этим обойти почти половину зданий. Дело трудоемкое, учитывая площадь, которую занимало учебное заведение.

– Вы решили сменить профессию? – полюбопытствовал Дияр, когда ему надоело наблюдать за нюхающим цветочки Сторксом.

– Супругу порадовать хочу, – спокойно ответил Нирайн.

– Это как? – не понял Дияр, с сомнением рассматривая разнообразные цветы.

– Букет ей подарить! – пояснил декан и укоризненно добавил: – Смотрю, Вирейский, совсем ты расслабился от женского внимания. Только Анита совсем другая, ей может и надоесть твое потребительское отношение.

– Думаете? – Маг растерянно почесал затылок. – А я даже не знаю, какие она цветы любит.

Неожиданно Дияр понял, что действительно мало знает об Аните. Когда они разговаривали, она предпочитала больше слушать, чем рассказывать самой. И эта деталь отозвалась в голове тревожным звоночком. А вдруг Анита не верит в серьезность его намерений? Может, и правда считает слишком ветреным…

– Надо еще раз наведаться к Малене, – пробормотал он себе под нос.

– Что значит еще раз? – поинтересовался Нирайн.

– Мне нужно было добыть информацию о Версеве. Как живет, чем дышит. И при этом не вызвать подозрения. А Малена сразу решила, что я ревную. Это же идеальный вариант для прикрытия!

– И что узнал?

Осмотревшись, но никого не заметив рядом, Дияр ответил:

– Ничего особенного. Девушки нет, ни с кем плотно не общается, иногда уходит за пределы академии.

– Мы что-то упускаем. А если это не он, – недовольно нахмурился Нирайн, – если тебе показалось?

– Не спорю, и такое может быть, – не стал отрицать Вирейский. – Прошел лишь месяц, и за это время было только две масштабные проблемы со студентами, ну и подмена приманок. Есть хоть какие-то зацепки?

– Ни одной. – Декан Сторкс поджал губы. – Такое чувство, словно они из воздуха взялись. Вполне может быть, что это кто-то из студентов поэкспериментировал и теперь не признается. Подмену обнаружили в тот же вечер, когда ты пропал. На следующий день ректор провел общее собрание, популярно объяснив, к чему могут привести незапланированные эксперименты, и попросил сознаться на добровольной основе.

– Неужели никто не захотел этого сделать? – наигранно удивился Вирейский.

– Нет. Поэтому я повесил в хранилище и лаборатории несколько следилок. Если на этой неделе кто-то попытается повторить подмену приманок, мы его точно найдем!

– Я просмотрю их, когда прибудем на место. На всякий случай стоит перепроверить.

– Ты остаешься. В этот раз пойду я.

– Не доверяете?

– Опасаюсь! – ехидно ответил Сторкс.

– Жену пожалели бы, – попытался воззвать к его совести Вирейский. – Она же переживать будет.

– А Анита, значит, не будет? – сунув кулак ему под нос, уколол Нирайн. – Пожалей ее, дай передохнуть после такого потрясения. Она же первые три дня на зомби была похожа.

– Вы ведь знаете, мы не можем по-другому. Это наша работа.

– Знаю, но когда есть возможность не нестись сломя голову в объятия нечисти, я этого и не делаю. Чего и тебе советую.

– Хорошо, уговорили! Буду в эти выходные предаваться безделью и ничегонеделанию.

Магистр Сторкс задумался, а затем радостно сообщил:

– У меня в кабинете куча документов, которые нужно просмотреть. За эти дни точно не справлюсь. Вот и поможешь мне, так сказать, для полного погружения в рабочий процесс.

– Это превышение полномочий! – надулся Дияр и осуждающе посмотрел на начальство.

– Можешь пожаловаться, – великодушно разрешил Нирайн, вновь склоняясь над цветами. – Мне!

– А вы знаете, что общение с Риданом нор Волфусом на вас плохо влияет? – уточнил Вирейский.

Ему подарили широкую улыбку, мол, его бывший наставник все прекрасно знает.

– Кстати, чуть не забыл! – Дияр хлопнул себя по лбу. – У нас небольшое происшествие.

Сторкс выпрямился и вопросительно выгнул бровь.

– Ирита Калина пострадала во время занятия. У рыжей не хватило ума сообщить, что начались скачки магии.

– Сильно пострадала? – уточнил декан, озабоченно нахмурившись.

– Анита сказала, что неделю Калина точно не студент. Ну а дальше только теория, пока сила не успокоится.

– Выпороть бы ее за глупость! – Зеленые глаза недобро сверкнули, а потом вновь вернули безмятежное выражение.

– Я уже пообещал. – Дияр громко чихнул. – Может, пойдем отсюда? Сколько можно цветочками восхищаться?

– Я останусь, а ты иди в приемную и напиши докладную о случившемся, – распорядился магистр Сторкс. – И студентка твоя потом пусть объяснительную напишет, почему не сказала о проблемах с магией.

– Уничтожать нечисть легче, чем работать здесь, – со вздохом промолвил Вирейский.

– Не поверю, что на твоей основной работе мало бумажной волокиты.

– Еще больше! – пожаловался бывший ученик и скривился. – Надеялся хоть тут от нее отдохнуть.

– Покой нам только снится, – фыркнул Нирайн и задумчиво обозрел цветное великолепие, простиравшееся вокруг.

Решив больше не отвлекать начальство от важной миссии, Дияр переместился в приемную ректора. А там его уже поджидала прекрасная темноволосая нимфа. Ну, как поджидала… Госпожа Трисс просто занималась своими повседневными обязанностями, но боевого мага встретила благосклонно, Вирейский понял это по улыбке, появившейся на пухлых губках, и легкому трепету длинных ресниц. Он даже заметил незначительные завихрения магии вокруг стройного тела. Видимо, прекрасная Марика недавно побывала в салоне красоты. Правда, что ей там делать, с ее-то внешностью, было непонятно.

– Госпожа Трисс, вы отрада для глаз любого мужчины! – начал Дияр издалека. – Особенно когда ему большую часть дня приходится лицезреть чумазые тушки студентов.

Приподняв идеальную бровь, секретарь с сомнением посмотрела на Вирейского и уточнила:

– Вам что-то от меня нужно?

– У меня небольшое происшествие на практическом приключилось, – пояснил Дияр. – Нужно докладную написать, а я в них не разбираюсь. Чаще приходилось иметь дело с объяснительными.

Он развел руками и обезоруживающе улыбнулся. И девушка не могла не оценить его лукавого взгляда. Вздохнув, она пригласила мага присесть и, положив перед ним чистые листы бумаги и обычную перьевую ручку, начала диктовать шапку докладной. Причем склонившись над Дияром, внимательно следя, что он пишет. Мужчина, конечно же, оценил и приятный аромат, исходящий от Марики, и обтянутую шелковой тканью блузки грудь, и нежный голосок. Он все же нормальный мужик! Только все эти прелести его совершенно не взволновали. Это было то же самое, что смотреть на картину или скульптуру. Красиво и красиво, больше ни-че-го!

Не успел он порадоваться, что не ошибся в выборе дамы сердца, как дверь в приемную открылась. Дальше все напоминало трагикомедию, где главным актером был он.

Вошедшая в помещение Анита сразу натолкнулась взглядом на довольно примечательную композицию из своего мужчины и нависшей над ним секретарши.

– Я принесла отчеты леди Нэйры, – сообщила целительница, и бровью не поведя.

Дияр резко распрямился.

– А я докладную пишу. Как там мое недоразумение?

– Спит, – коротко молвила Анита, передавая папки госпоже Трисс. – Перелома не было, всего лишь трещина, не стоит волноваться. Ладно, я пойду, у меня еще час до окончания смены.

Как только она выскользнула за дверь, Дияр извинился перед секретарем и выскочил в коридор. Глупейшая ситуация, но ждать еще час он не мог.

– Анита! – окликнул маг, когда она уже подходила к портальному кругу. – Подожди!

– Ты что-то хотел? – Целительница все так же спокойно глянула на него.

– Может, прогуляемся сегодня в город? – выдохнул Дияр, еще больше нервничая. – Заглянем в кафе к госпоже Даване.

– Прости, сегодня не могу. Конец месяца, много документации.

Ее слова прозвучали для Дияра похоронным звоном. И вроде бы он не был ни в чем виноват, а все равно чувствовал себя паршиво. Тем неожиданнее для него стала улыбка Аниты.

– Ты выглядишь как нашкодивший кот, – лукаво сообщила она и, приподнявшись на носочки, поцеловала его в щеку.

– А чувствую себя идиотом, – пожаловался Вирейский, прижимая к себе женщину и утыкаясь носом в ее макушку. – Глупая ситуация получилась!

– Ну… Можешь загладить свою вину, угостив меня чем-нибудь вкусненьким, – благородно разрешила Анита, пряча улыбку у него на груди. – Так уж и быть, чаем я тебя обеспечу.

– Ты чудо! – искренне заверил Дияр и, поцеловав ее, с сожалением отпустил: – Пойду дописывать докладную. За тобой зайти после работы?

– Ну уж нет! – Анита фыркнула и погрозила ему пальцем. – Приходи часа через три, мне действительно нужно поработать.

– Хорошо, хорошо, все, что пожелает леди! – Вирейский подмигнул ей и, успокоенный, вернулся в приемную.

Марика больше не стремилась подходить к нему. Видимо, тоже чувствовала себя неуютно из-за произошедшего. Ободряюще ей улыбнувшись, Вирейский дописал докладную и уже хотел ретироваться, когда из кабинета вышел лорд Арайн.

– А, Дияр, ты как раз вовремя, – обрадовался ректор и поманил его за собой. – Я хотел с тобой поговорить.

Войдя вслед за архимагом, Вирейский плотно прикрыл дверь.

Ректор подошел к одному из стеллажей и взял с него небольшой серебряный ларец, инкрустированный камнями. Открыв крышку, он некоторое время разглядывал содержимое и наконец сказал:

– Я бы хотел, чтобы ты всегда носил его с собой.

Приняв из рук архимага шкатулку, Дияр заглянул в нее. На бархатной подушечке покоилось массивное кольцо-печатка со вставленным в навершие черным ониксом, на центральной грани которого была выгравирована руна. Ее значения маг не знал, настолько древним был знак.

– Зачем? – спросил он, доставая кольцо.

– Если тебе понадобится помощь, нажми на камень, и я всегда смогу найти тебя.

– Это, конечно, очень здорово… – начал Дияр, но ректор перебил:

– Хотя бы до тех пор, пока работаешь на меня. Кстати, такие печатки есть и у Нирайна с Риданом. Вы моя опора, и я не хочу потерять вас.

– Что-то случилось? – Вирейский прищурился и испытующе посмотрел на архимага.

– Считай это блажью старика, – усмехнулся тот.

Поняв, что правды в любом случае не добьется, Дияр согласно кивнул и спрятал кольцо в карман.

– Начну его иногда надевать, чтобы примелькалось.

– Хорошая идея, – одобрил лорд Арайн, усаживаясь за стол. – Завтра я на несколько дней отбываю из академии, нужно уладить кое-какие дела. Я пытался пробить по своим каналам, кто же так интересуется нашей академией, но пока глухо.

– Тот, кто это затеял, не идиот, – нахмурился Дияр.

– Что?

– Меня напрягает, что самый явный подозреваемый – Ботрик Версев. Объяснения может быть два. Или его наниматель идиот, ибо целитель… так себе шпион. Или же Версев призван отвлечь внимание на себя. Он особо ни с кем не общается кроме своей смены, редко наведывается в город…

– И если Версев работает на отвлечение, то должен быть кто-то еще, – закончил за боевика ректор. – Да, такое вполне может быть. Знать бы, что именно им надо? Здесь слишком много тайных знаний, и каждое из них ценно.

– К сожалению, мы в такой ситуации, когда действовать на опережение не получится. Остается следить и пытаться купировать события. Не самый мой любимый метод.

– А кому он нравится? – Ректор тяжело вздохнул и оперся о стол. – Если честно, я уже не знаю, кому доверять, кроме вас троих. Клятва академии, конечно, действует, но ведь на каждый замок найдется своя отмычка.

– Не стоит себя накручивать, – посоветовал Вирейский. – Клятва уже многие столетия не подводила, не подведет и сейчас. А вообще, с вашего позволения, я бы хотел все рассказать Аните.

– Зачем? – Лорд Арайн удивленно взглянул на мага. – Я не думаю, что она может быть в чем-то замешана.

– Потому что так мне будет удобнее следить за Версевым. Да и Анита, зная ситуацию, может вспомнить что-то важное. Или заметить в общении с Ботриком.

До этого разговора Дияр и не думал просить Аниту о помощи. Но сейчас идея показалась хорошей. Целительница была умной и рассудительной женщиной, на нее можно положиться.

– Ты уверен? – только и спросил архимаг, явно приняв доводы Вирейского.

– Да.

– Тогда пусть будет так. А теперь иди.

Попрощавшись с ректором, Дияр направился к себе в квартиру. До встречи с Анитой оставалось несколько часов, и нужно было обдумать план действий. А заодно просмотреть несколько папок с личными делами. Он не оставлял шанса найти еще кого-то столь же подозрительного, как и Версев. Дияра не покидало чувство, что целитель не может находиться здесь один, без сообщника. Наверное, именно поэтому он решил просмотреть дело Натины Дайрик. Рыжеволосая хохотушка мало напоминала злодея, скорее, совсем наоборот, но Вирейский был обязан проверить и ее. Правда, как и ожидалось, ничего примечательного в деле Натины не нашлось. Родилась, жила, училась на другом континенте. И даже побывала замужем, но спустя год тихо-мирно развелась, обнаружив измену супруга. Пять лет назад устроилась работать в академию.

– Значит, она знала Аниту, еще когда та училась на последних курсах, – пробормотал Дияр и закрыл папку. – Можно и о ней поспрашивать, но тут точно дохлый номер. Кто же это может быть?..

Маг прикрыл глаза и обратился к архивам своей памяти. Вспоминал все с самых первых дней своего пребывания в академии на преподавательском поприще. Взгляды, разговоры, жесты… Любая зацепка могла вывести его на сообщника Ботрика. Дияр и сам не заметил, как окончательно решил отрабатывать именно эту версию. Уж слишком сильно царапали его те случаи со студентками.

Извещая, что Дияр кому-то понадобился, тренькнул амулет вызова. Открыв глаза, боевик активировал его.

– В лазарет, быстро! – раздался немного искаженный голос декана Сторкса.

Ничего не уточняя, Дияр выскочил из квартиры, устремляясь к ближайшему портальному кругу. Мимолетом бросив взгляд на хронометр, с облегчением отметил, что смена Аниты закончилась полчаса назад. И тем ужаснее было узнать, что заложницей оказалась именно она.

Когда Вирейский вышел из портала, в приемной его встретили Нирайн Сторкс и декан Мерсих. А еще пятеро испуганных целителей, жавшихся к стене.

– Что вы здесь делаете? – с недоумением спросил Дияр, увидев Ботрика и Натину.

– Я сказал – нет! – раздался немного приглушенный возглас, и Вирейский перевел взгляд на одну из дверей.

– Что здесь происходит? – спросил, ни к кому конкретно не обращаясь.

– У нас захват заложников. – Нирайн положил руку ему на плечо, то ли удерживая, то ли поддерживая.

Дияр бросил внимательный взгляд на Натину, а когда та опустила голову, шумно вздохнул. Анита не успела уйти домой…

– Сколько их там? – уточнил боевик.

– В заложниках Ставс и студентка-второкурсница, – ответила леди Нэйра. – А удерживает их третьекурсник с факультета искусств.

– Откуда? – опешил Дияр, недоверчиво взглянув на Нирайна.

– Сам удивлен. – Декан пожал плечами. – Кажется, у него наркотическая ломка.

Боевик не успел сказать и слова, как к ним подошел Ботрик. Нервно потерев перебинтованную левую руку и немного заикаясь, сказал:

– Этот студент… Он пришел час назад. Жаловался на боль в плече. Я отвел его в кабинет для обследования, но повреждений не было!

– Тише, Ботрик, тише. – Натина успокаивающе погладила его по плечу. – Тебя никто ни в чем не обвиняет.

«Пока», – мысленно добавил Дияр, сдерживая рвущееся из груди раздражение.

– Я сообщил, что ничего не обнаружил, но… он настаивал на обезболивающем. Причем очень сильном, которое применяется в полевых условиях. Заклинание заморозки довольно энергозатратное, его не всегда применишь. А обезболивающее помогает, но может вызвать привыкание из-за действующих веществ…

– Что было дальше? – перебил Вирейский.

– Не подходи ко мне! – раздался истеричный выкрик, и Дияр почувствовал, как от страха сжимается сердце.

– Как он захватил заложников? – Дияр вплотную приблизился к Ботрику и рыкнул: – Говори!

– Я вышел из кабинета, чтобы вызвать леди Нэйру, а когда вернулся, все уже было так…

Прикрыв глаза, Дияр мысленно составлял план, когда его отвлекли.

– Я думаю передать ему флакон с обезболивающим, – предложил Нирайн.

– Он вряд ли подпустит вас к себе! – взволнованно воскликнула декан Мерсих.

– Простейшая иллюзия. – Дияр сразу понял Сторкса, чей план был созвучен с его мыслями. – Не думаю, что в таком взвинченном состоянии он будет способен что-то распознать. Но к нему пойду я.

Секундная заминка, и Сторкс кивнул, подтверждая его право.

– Только не калечь, – предупредил он и попросил леди Нэйру принести флакон.

Для наложения иллюзии понадобилось меньше минуты, и еще две, чтобы все спрятались. Вроде немного, но за это время Дияр весь изнервничался, потому что из-за двери, за которой находилась Анита, то и дело доносились стоны и бессвязные выкрики. Когда подготовка была закончена, боевик сделал глубокий вдох. Можно начинать!

Неподалеку от Дияра осталась только Натина, облик которой он использовал. Иллюзия действительно была самой простейшей, менявшей внешность, но не голос. Поэтому боевику понадобилась помощь рыжеволосой целительницы. Получив отмашку, Натина громко крикнула:

– Ледас, вы слышите меня?

– Чего еще? – рявкнули в ответ.

Судя по голосу, студент и правда сильно страдал. Вирейский поморщился и брезгливо скривил губы. Он не терпел наркоманов, считая их отбросами общества. Никогда не понимал тех, кто осознанно подсаживался на разную дрянь.

– Я принесла обезболивающее. Впустите!

Дияр махнул рукой, Натина скрылась за углом, и в тот же миг дверь приоткрылась и из-за нее выглянул доморощенный террорист. Вид он имел действительно плачевный. Рыже-каштановые волосы до плеч были всклокочены и немного слиплись, серые глаза запали и лихорадочно блестели. Лицо было болезненно-бледным, на лбу блестели бисеринки пота, губы искусаны чуть ли не до крови. Осмотревшись и не заметив ничего подозрительного, парень махнул Дияру, подзывая. Боевой маг только того и ждал. Вытянув руку с зажатым в ней флаконом, он медленно, старательно играя роль испуганной целительницы, двинулся к студенту. Тот нетерпеливо и жадно смотрел на обезболивающее, не обращая внимания на окружающую обстановку. Вирейский тоже сосредоточился на наркомане, запрещая себе смотреть в глубь кабинета. На это еще будет время, а сейчас оставался крошечный шажок до цели. Стоило Ледасу протянуть подрагивающую руку к вожделенной дозе, дальнейшее было делом техники. Боевику понадобилось всего несколько секунд, чтобы скрутить студента.

Уложив его на пол лицом вниз и придавив брыкающегося парня коленом, Дияр позвал Нирайна. Но тот уже и сам спешил к нему, как и все остальные. Вот только возмущение Аниты стало для Вирейского полной неожиданностью.

– Немедленно отпусти его! – потребовала целительница.

– Издеваешься?! – Дияр даже не пытался скрыть изумления.

– Нет, я вполне серьезна! – Она присела рядом со студентом, погладила его по голове и ласково сказала: – Потерпи, миленький, скоро тебе помогут. Осталось недолго.

– Анита, может, объяснишь, что происходит? – обеспокоенно спросила леди Нэйра.

Оглянувшись, целительница осмотрела собравшихся вокруг магов и распорядилась:

– Нужно срочно вызвать декана Наройскую. У Ледаса фантомные боли. Мне кажется, его прокляли.