Глава 51

   – Разве ты не узнал обо мне всю подноготную, - пожимаю плечами.

   Очень сомневаюсь, что Влад, оставляя меня в своем доме, не выяснил самых малейших мелочей обо мне.

   – Есть вещи, которые важно услышать, - тихо произносит почти мне на ухо.

   Ровно и вкрадчиво одновременно.

   Гладя мою щеку, плечо.

   Прикрываю глаза и начинаю рассказывать.

   То самое, из чего состоит человек. Мелочи, которых не найдется ни в какой сводке, даже самой подробной. Самые важные мелочи, которые и есть мы.

   Как росла, о чем мечтала. Как впервые приехала в столицу. Задыхаясь от восторга и огромных планов, чувствуя, будто горы могу свернуть, точно зная, что покорю столицу и буду счастлива.

   Ничего примечательного. Все как у всех. Все так мечтают, прежде чем затеряются в огромном городе. Или попадут в какую-то ужасную мясорубку. В жернова, которые способны размолоть и не заметить.

   Говорю, - и все куда-то отходит. На задний план. Исчезает и растворяется.

   Все страхи, тревоги и напряжение последних дней.

   В уютном домишке на одну комнатушку уютно трещит огонь в камине.

   На губах перекатывается вкус удивительного терпкого вина.

   Подо мной размеренно вздымается крепкая грудь, а в кольце рук, что меня поглаживают, так надежно…

   Вся опасность уходит. Даже кажется, что мы близкие люди. Влюбленные, которые просто открывают сейчас друг другу свою душу. Даже с подругами я таких задушевных разговоров никогда не вела. Наверное, потому что такие вещи важны только любимым.

   Влад напрягается, когда упоминаю Юрку. Его рука сжимает мое запястье чуть крепче. Но он не перебивает, и я продолжаю свой рассказ о том, что произошло той самой новогодней ночью, с которой, как мне кажется, прошла уже целая вечность.

   Чем больше я рассказываю, тем сильнее напрягается его грудь.

   Слышу хруст зубов, дыхание становится зверским. Его кулаки сжимаются.

   – Так что я сказала тогда, в машине, чистую правду, - завершаю, сглаживая самые отвратительные моменты о том, как тот урод меня лапал, как выкручивал соски и бросил животом на подоконник, забирая платье и пристраиваясь сзади, чуть не изнасиловав. ­­– Твое появление действительно меня спасло. Иначе… В общем, я правда считаю, что такие твари не должны жить на этой земле.

   Говорю, и сама ужасаюсь.

   Действительно, я ведь впервые видела смерть.

   Не какую-нибудь, от старости, болезни или несчастного случая.

   На моих глазах тот, кто лежит сейчас рядом, действительно убил человека. И меня это не ужасает, не вызывает панику и ни разу с той ночи не вызвало. Наоборот, теперь уверенно понимаю – больше бы меня ужаснуло, если бы такой урод остался бы в живых. Даже просто знать, что такой где-то ходит – уже жутко.

   Влад порывисто прижимает меня крепче – так, что даже начинают трещать ребра, - и тут же отпускает, будто забывшись и очнувшись.

   Тишина, окутавшая нас после моего рассказа, начинает буквально давить, пульсируя в висках.

   – Мне очень жаль, что тебе пришлось все это пережить, - его руки возвращаются к моим волосам, трогает аккуратно, как будто повредить или нажать боится. Едва касаясь. Зато в голосе бурлит ярость и негодование. – Блядь, если бы я мог вернуться в тот момент, я бы еще сто раз его убил. И каждый раз Кобра подыхал бы в пиздец каких страшных мучениях.

   Мой внутренний демон заставляет меня распахнуть рот, чтобы сказать Северу о том, что он поступил практически точно так же.

   Я ведь тоже просто случайно оказалась на его пути – но разве его это остановило?

   Он поставил мне ультиматум и взял , даже при всех.

   Но я вовремя осекаюсь, захлопывая рот.

   Не так. Влад поступил совсем иначе. У него вообще другого выбора не было! Наоборот, он все же меня спас! После всего, что он рассказал мне сегодня, я вижу это ясно. А все остальное – лишь обида и эмоции. Которые все еще бегут впереди здравого смысла.

   Влад меня спасал, но даже если бы это было иначе, если бы я сейчас не узнала, не поняла этого из его рассказа, мой первый раз, не появись он тогда, мог бы быть в миллион раз хуже. И еще неизвестно, осталась ли бы я жива в лапах того чудовища! Он вполне мог бы изрезать меня и наслаждаться тем, как я истекаю кровью! Не зря же его охранники или кто они там ему, говорили, что от меня после него может ничего и не остаться!

   – Позвони родителям, - мне на живот опускается телефон.

   Очень старый, я таких и не припомню. Кнопочный.

   Беру в руки, недоуменно верчу его в руках.

   – Удивлена? Эти телефоны не отслеживаются. Мы все пользуемся такими.

   Влад осторожно приподнимает меня и встает с дивана.

   Выходит за дверь, забыв надеть верхнюю одежду, оставляет меня одну.

   Даже не верится! Неужели настолько доверяет? А вдруг я сейчас позвоню в полицию или расскажу о том, что меня здесь держат?