Глава 29

От слов ребёнка меня бросило в дрожь.Неужели получилось?Что же сработало?Я попыталась успокоиться и мыслить здраво. Подобные импульсы не раз бывали и у моих подопечных. Девочки так хотели быстрее поправиться, что им казалось: вот оно, случилось! Человек склонен обманываться, если чего-то очень сильно желает. С детьми это происходило чаще, чем с взрослыми. Они любили играть в себя здоровых.– Стенси? – оглянулась на меня взволнованная девочка. – Почему ты молчишь?Я посмотрела на свою дрожащую руку, которую всё ещё держала над копчиком девочки. Пальцы сжимали камень так, что побелели костяшки. Попыталась расслабиться и, улыбнувшись Амелоте, спокойно проговорила:– Думаю о всяком… Расскажи мне подробнее, что именно ты ощутила и где?Помогая себе руками, она перевернулась и провела указательным пальцем по коленной чашечке.– Сначала будто прострелило тут…«Ей однозначно примерещилось, – искренне огорчилась я. – Это фантомные боли».– …А потом здесь.Она потянулась, дотрагиваясь до пятки.– Но сейчас всё как прежде.Это окончательно отрезвило меня. Стараясь не показывать огорчения, подбодрила девочку:– Очень хорошо. А теперь давай завершим массаж.Она кивнула и подставила мне спину. Я снова провела камушком вдоль позвоночника, прислушиваясь к реакции ребёнка. Но далее Амелота вела себя как обычно. Ничего не произошло, ни когда я разминала мышцы ног, ни когда делала точечный массаж стоп кулоном. Девочка ничего не ощущала…– Как ты думаешь, Молари не понравился мой подарок? – расстроенно пробормотала она, когда я закончила и помогла ей облачиться в ночную сорочку. – Она так и не появилась на празднике.Я придержала Амелоту, когда она опускалась на спину, и прикрыла мягким тёплым одеялом. Подоткнула его с двух сторон и, присев на кровать, осторожно ответила:– Думаю, у неё была веская причина остаться у себя.– Знаю, – вздохнула она. – Думаю, они с папой снова поссорились.– Ты любишь Молари? – не желая сообщать о наказании, мягко поинтересовалась я.– Конечно. – Она шире распахнула глаза. – Она добрая и приветливая.«С теми, с кем выгодно», – хмыкнула я про себя, чтобы скрыть своё скептическое отношение к содержанке мужа, встала и отошла к столику.Взяла стакан и плеснула в него воды из хрустального графина. После работы всегда хотелось пить. Массаж отнимает немало сил, если проводить его качественно и по всем правилам. А я никогда ничего не делала спустя рукава.– А твой брат женат? – проявила неожиданное любопытство Амелота.Прыснув, я закашлялась и изумлённо посмотрела на девочку. Промокнув губы платком, отставила стакан и честно призналась:– Этого я не знаю.– Память ещё не полностью вернулась? – понимающе уточнила она и, прикрыв глаза, мечтательно промурлыкала: – Вот бы они с Молари поженились! И мы все жили долго и счастливо…Я лишь покачала головой и, присев на краешек кровати, ласково погладила малышку по голове. Шелковистые пряди скользили между пальцев, и мне нравилось это ощущение. Ресницы Амелоты затрепетали, а вскоре дыхание девочки стало ровным и глубоким. Я наклонилась, осторожно касаясь нежной кожи ребёнка губами, а затем поднялась.Вышла из спальни и, тихонько прикрыв за собой дверь, задумчиво застыла на месте. Приближалось время ежевечернего уединения с Кенданом, но идти к соэру не хотелось. Как и возвращаться в свои покои. Я знала, что муж пойдёт туда, если я не явлюсь. Заглянет он и к дочке. Мне хотелось подумать о сегодняшних открытиях и решить, как же действовать дальше.Мимо сновали слуги. Девушка с охапкой белья улыбнулась мне и присела в реверансе, а мужчина, следующий за ней, поклонился и взглянул с уважением. Больше никаких косых взглядов и смешков за спиной. Но радости мне это не приносило. Я коснулась щеки, будто всё ещё чувствовала мимолётный поцелуй соэра.Огонь, разлившийся в этот момент по моим венам, по-настоящему испугал. Я понимала, что это магия. Но не та, что исцелила порез на моей шее. Покалывая кожу, она будто заморозила меня. Эта шла изнутри, а от жара перехватывало дыхание и шевелились волосы на затылке.Да, надо сесть и подумать в тишине и покое. А ещё лучше – занять чем-то руки… Вот бы сейчас оказаться в моей мастерской и ощутить под пальцами мягкую глину! Мне всегда лучше думалось, когда руки были заняты делом. Во время творчества я будто расширялась энергетически и могла охватить весь мир.В этом прекрасном состоянии не было страха и волнений. Я будто смотрела на жизнь свою и других со стороны.Сверху.И решения приходили сами собой. Так случилось и год назад, когда я снова вернулась к творчеству. Когда начала трудиться над «Возрождением», то и жизнь начала налаживаться.Сейчас, когда она снова развалилась на не подходящие друг к другу кусочки, мне снова требовалась арт-терапия.Да!Приняв решение, я спустилась на кухню и, не обращая внимания на притихших при моём появлении слуг, присела за стол. Вскоре в замке станет тихо, и жизнь будет кипеть лишь здесь. Спрятаться в уголке, среди суетящихся людей, было бы легко. Но у меня были другие планы.– Чем занята? – спросила я у Элеви.Чашка в руках женщины задрожала, и служанка торопливо опустила затравленный взгляд и поставила её на поднос. На нём уже красовалось блюдо с печеньем и глубокая миска. Пахло овощами и мясом.– Ужин для сейры Молари, – тихо призналась Элеви и застыла, будто в ожидании наказания.– Так неси, – поторопила её и понимающе усмехнулась. – Я не буду мстить глупой и ревнивой женщине, которую любит моя падчерица.Служанка, будто боясь, что я передумаю, схватила поднос и поспешила к выходу. Остальные слуги притихли, но я ловила на себе одобрительные взгляды. Одна из женщин несмело подала голос:– Может, вы голодны, сейра Стенси? Вы за обедом и крошки в рот не положили…– Честно признаться, да, – улыбнулась ей.И тут будто что-то взорвалось. Все начали двигаться, поднялся шум.– Вот, попробуйте это печенье…– Мясо сегодня отменное!– Ах, какой сегодня получился праздник! Всё вашими стараниями, наша дорогая сейра…– Жаль, что не было танцев!– Вам что-нибудь ещё нужно?– Да, – отложив недоеденное печенье, решительно ответила я. – Мука, соль, масло и немного воды.– Кразь всемогущий! – Повар отшатнулся и, побелев, едва не перекрестился.– Вы будете готовить?! – ужаснулась Конни.– Нет, – успокоила я их.– А зачем вам мука?В кухне установилась звенящая тишина.– Увидите, – заинтриговала я слуг.