Глава 69. Лживое лицо скроет всё, что задумало коварное сердце

Уворд

Когда следом за герцогом из портального коридора начали выбегать оборотни в заговоренных одеждах, служащий маг упал со стула. Побелев, он пополз спиной вперёд, не отрывая взгляда от новоприбывших, и даже не моргая, будто ожидал, что его вот-вот раздерут на части.

В Фаррии, где стражники изредка отлавливали скрывающихся оборотней, люди отвыкли от представителей этой расы. Полу-звери, полу-люди, к которым маги относились с показным пренебрежением, у простых горожан вызывали суеверный ужас. Как неизвестность с помощью людской молвы обрастала иллюзорными подробностями, так и человек, который мог принимать вид животного, в глазах толпы превратился в чудовище.

Именно этот страх собирался использовать Уворд, когда просил помощи у Най. Как опытный политик, герцог мог орудовать сказкой эффективнее, чем мечом. Ясно, что в прямом противостоянии оборотни, как было прежде, проиграют магам. Но если действовать хитростью и в качестве оружия использовать людские предрассудки, то шанс одержать победу становится весьма ощутимым.

Сэтор никогда не забудет день, когда по городским улочкам бежали рыжие, белые и чёрные чудовища с жуткими алыми глазами и сверкающими острыми зубами, а возглавлял их человек в маске. Первый советник в прошлом и король в будущем. Так люди видели Уворда, который спешил к старому храму Трёхликой, чтобы помешать Картану совершить злодеяние.

Погоняя тростью коня, мужчина не оборачивался и смотрел только вперёд. Он и так знал, что оборотни, сменив ипостась, несутся за ним, а горожане в ужасе жмутся к стенам. Крики, плач, а порой и вспышки защитных заклинаний, — вот что окружало герцога.

У белоснежных колонн храма он разглядел тоненькую фигурку графини Конради. При виде ужасающей кавалькады Эренс отшатнулась, но взяла себя в руки и неохотно поплелась навстречу. Уворд спрыгнул с коня и, опираясь на трость, подождал, пока женщина приблизится.

Косясь на оборотней, как дикая лань на волков, Эренс пролепетала:

— Твоя ведьма внутри.

— Почему ты думаешь, что Лалин именно в этом храме? — взволнованно уточнил Уворд. — Её похитили в лесу и могли увезти за пределы Сэтора.

— После фиаско с последним жрецом Картан не сунется ни в один храм, кроме этого, — скривилась графиня. — Потому что…

— Именно здесь Шарил собирался провести ритуал проверки крови? — понимающе перебил её Скетс. — А вы поумнели, госпожа Конради.

— Вообще-то я пересказала слова ведьмы Инилсы, — слегка покраснев, призналась графиня. — Бывшая королевская дарительница, которую вы приказали забрать из дворца. Порой она говорила странные вещи. Мне всегда было любопытно, почему вы так поступили?

— Из-за неё всё началось, — приближаясь к дверям храма, пояснил герцог. — Я надеялся, что из-за неё всё и закончится. Где король? Ты передала ему моё послание?

— Да, — кивнула она и вынула из рукава свиток. — Он написал это и сказал, что сам прибудет к вечеру.

Скетс раскрыл королевское соизволение и пробежался взглядом по строчкам. Губы мужчины изогнулись в хищной ухмылке.

— То, что нужно, — он вернул женщине свиток. — А теперь отойди!

Получив от Шарила разрешение использовать полную силу, герцог разнёс двери одним ударом. Волна магии прокатилась по белоснежному залу, роняя канделябры и туша свечи. И пламя, которое подбиралось к его жене. При виде тонкой фигурки Лалин, которую прикрутили к столбу и обложили тряпьём, в душе Уворда поднялась тёмная волна ярости.

— Отпусти её!

На его крик, словно на приказ, в храм ворвались волки. Шерсть оборотней вздыбилась, глаза горели, рык наполнял храм и множился эхом под высокими сводами.

— Как посмел ты осквернить храм? — возопил Таммит. Он выступил вперёд и вытянул руку: — Убирайся и прихвати с собой этих тварей, пока я их не…

Но голос подвёл лже-жреца, и мужчина осёкся. Как ни старался играть роль своего мёртвого брата, Таммиту не хватало ни величественности, ни уверенности в своей силе, потому что магии в этом человеке не было и капли. И наверняка оборотни чуяли это, потому что даже не шелохнулись.

Уворд перевёл взгляд на Картана и повторил:

— Отпусти её. Немедленно!

— Как, если я напуган до смерти? — маг развёл руками и хитро ухмыльнулся. — Стоит мне шелохнуться, как твои звери набросятся. Да, я справлюсь с десятком, но остальные раздерут меня на части. Или это и есть твой план? Желаешь использовать оборотней для убийства первого советника короля? Но я не доставлю тебе удовольствия. Не буду провоцировать этих чудовищ. Хочешь освободить жену? Сделай это сам.

И отступил, очень медленно, постоянно посматривая на зверей, чтобы не упустить момента нападения. Уворд стремительно кинулся к Лалин, принялся осторожно распутывать верёвки, а Картан уже приблизился к Таммиту.

— Если Скетс использовал боевую магию в храме, его можно считать мятежником? — с надеждой шепнул несостоявшийся жрец.

Он что-то протянул Картану, и тот осторожно принял, кивнув:

— Приготовься.

Уворд ожидал нападения, поэтому спешил развязать Лалин и защитить. Он успел заметить, как блеснуло лезвие за миг до того, как кинжал вошёл в тело Таммита. Мужчина широко распахнул глаза и с изумлением воззрился на своего убийцу. Кашлянув кровью, прохрипел:

— Почему?..

И рухнул на пол, не успев договорить. Вокруг рукоятки кинжала на белоснежной одежде расцвёл алый цветок. Ведьма ахнула и испуганно прижалась к изумлённому герцогу, а Картан посмотрел мимо них и изящно поклонился.

— Ваше Величество, — громко возвестил он. — Вы немного опоздали. Господин Скетс, желая очернить вас перед народом, ворвался в храм и жестоко убил верховного жреца, чтобы ритуал чистоты крови так и не был проведён.

— Нет! — воскликнула Лалин. — Это вы ударили его кинжалом!

— Вы жена убийцы, — холодно улыбнулся ей Картан. — И не можете быть свидетелем.

— Они подтвердят! — она указала на оборотней.

— Эти тв… Существа не являются подданными Фаррии. — Картан торжествующе посмотрел на помрачневшего Уворда. — И не имеют права свидетельствовать. А, значит, слово первого советника короля против мнения человека, лишённого привилегий. Человека, который подстрекал знать к мятежу и усомнился в королевской крови Его Величества.

Уворд прижал к себе Лалин и в бессильном гневе заскрежетал зубами. Картан снова обыграл его! Теперь уличить лже-жреца невозможно, а Шарил заполучил шанс избежать проверки на чистоту крови. Для этого королю достаточно лишь признать ложь правдой.

Его Величество, окружённый стражами, молча повернулся к графине Конради и протянул руку. Эранс виновато покосилась на Уворда и со вздохом отдала королю свиток. Шарил щёлкнул пальцами, и бумага вмиг вспыхнула, сжигая последнюю надежду герцога.

— Убийцу верховного жреца, — тихо приказал король, — его жену и сопровождающих оборотней немедленно взять под стражу.