58

Вхожу в ресторан, прижимая к груди клатч. Ноги на каблуках от волнения заплетаются, едва не падаю. Но, к счастью, удерживаю равновесие, избежав конфуза.

Девушка с приятной улыбкой встречает меня у входа и провожает за свободный столик. Я приехала сюда чуть раньше оговоренного с Никой времени, боялась опоздать.

Жена Кости пригласила меня пообедать вместе. Я сначала хотела отказаться, но в последний момент согласилась. Не знаю зачем. Наверное, потому что я сумасшедшая. Но уж очень любопытно узнать, что она от меня хочет.

Интересно, будет угрожать? Или снова рассказывать, какой страшный человек её бывший муж? Но если он действительно такой страшный, зачем тогда я ей понадобилась? Ещё раз дать добрый совет? Спасибо, в это я уже не поверю. В любом случае, что бы она ни сказала, у меня появится повод позвонить Косте. Да, на этот раз я обязательно ему позвоню и всё-всё выложу. Пусть знает, чем обернулась для меня его забота.

Ника появляется ровно к оговоренному часу, минута в минуту. Вот это пунктуальность.

Я замечаю Костину жену сразу, как только она входит, и первое мгновение просто замираю на месте, чувствуя, как нарастает неприятный трепет в груди. Ника потрясающе выглядит. Совсем иначе, по сравнению с тем, какой я встретила её в больнице. Сегодня Костина бывшая жена с королевской осанкой гордо вышагивает, стуча каблуками по гладкому напольному покрытию. Не дожидаясь, пока сотрудница ресторана подойдет к ней, сама цепким взглядом осматривает зал, находит меня, приветствует сдержанным кивком и движется навстречу. На лице ни одного намёка на недавние побои – как она сумела так быстро избавиться от синяков?

Подходит, выдвигает стул, садится.

– Ну здравствуй, Тая.

Прохладно улыбается. Мне всё больше не по себе. Чувствую себя маленькой, незначительной, серой на фоне этой женщины – такая у неё мощная энергетика. Даже несмотря на то, что я надела свой лучший костюм, тщательно готовясь к нашей встрече, целый час потратила на макияж, прядка к прядке укладывала волосы.

Стараюсь держать лицо, казаться невозмутимой, чтобы Ника не дай бог не догадалась, как сильно в этот момент я понимаю Костю. Понимаю, почему он выбрал в жёны именно её. И как горит от этого моё сердце в груди. Кажется, ещё немного, и оно разорвётся на куски от ревности.

Ника очень красивая женщина. Просто королева.

Задираю вверх подбородок, копируя её улыбку. Произношу с достоинством:

– Здравствуйте, Ника. Вы прекрасно выглядите.

– На мне примерно тонна косметики, – небрежно усмехается она. – Мой визажист творит чудеса.

– А так и не скажешь, что тонна, – пристально вглядываюсь в её лицо я, слегка прищуриваясь. – Выглядит очень естественно. И, смотрю, не прихрамываете уже…

– Мне поставили блокаду. Сегодня важный день на работе. Некогда болеть, – невозмутимо сообщает моя собеседница, принимая из рук официанта меню.

Мы быстро делаем заказ, я прошу принести мне только кофе, а Ника – зеленый чай и салат.

Вновь оставшись наедине, мы с ней какое-то время разглядываем друг друга.

– О чем вы хотели поговорить со мной? – напряженно спрашиваю я, готовясь ко всему.

Ника выдерживает небольшую паузу, после чего вдруг совершенно неожиданно заявляет:

– Хочу извиниться перед тобой. За тот наш разговор в клинике Никитина. Я была немного… не в себе.

У меня буквально пропадает дар речи. Я ожидала от этой женщины чего угодно, но только не извинений!

В чём подвох? Может, таким образом Ника хочет расположить меня к себе, чтобы потом было проще добиться желаемого? Что она задумала?

Делаю глубокий вдох, откашливаюсь, так не вовремя поперхнувшись воздухом, и аккуратно пытаюсь прощупать почву:

– Вы сказали, что это Костя организовал нападение на вас?

Ника на секунду прикрывает глаза, будто собираясь с мыслями, после чего с едва уловимым недовольством в голосе произносит:

– Я так думала.

– А сейчас уже не думаете? – недоверчиво уточняю я.

– Уже нет.

– Почему?

Опершись двумя локтями на стол, Ника скрещивает пальцы в замок и слегка наклоняется вперёд, пристально вглядываясь в мои глаза.

– Понимаешь, Тая… Как бы тебе объяснить… Костя – хороший человек. Замечательный мужчина. Слишком резкий иногда, бескомпромиссный, но благородный и справедливый. Он бы никогда, ни при каких обстоятельствах не совершил поступок, в котором я его обвинила.

– Получается, вы его оговорили? – с недоумением спрашиваю я. – Но зачем?!

– Нет, я не преследовала такой цели, – отрицательно крутит головой моя собеседница. – Я действительно думала, что это он. Говорю же – не в себе была.

Официант приносит наш заказ, прерывая разговор, раскладывает на столе приборы и вскоре незаметно исчезает.

Я делаю несколько жадных глотков своего кофе, пытаясь переварить услышанное. Значит, Ника забирает свои слова обратно. Признаёт, что всё сказанное о Косте – неправда. Черт, чего она хочет от меня? Неужели попросит оставить его в покое и не разрушать их семью?!

Ника пробует принесенный ей салат, состоящий, кажется, из одной травы, задумчиво пережёвывает, отпивает из своей чашки. Потом снова сосредотачивает внимание на мне.

– Развод – это всегда ошибка, – произносит она с налётом горечи в голосе. – Неважно, допущенная при выборе партнера или в неудачной тактике построения отношений с ним. А я ненавижу допускать ошибки. Хоть это и неправильно. Ошибаются все, надо уметь принимать это, делать выводы и двигаться дальше. Но такая уж я. Мне очень тяжело признавать собственные промахи. Комплекс отличницы, слышала о таком? Слишком велик соблазн переложить ответственность на кого-то другого.

– Я не совсем понимаю, зачем вы всё это мне говорите… – настороженно произношу я.

– Мне проще было поверить в то, что Костя – последняя мразь, чем признать, что это я виновата в нашем разрыве, – довольно резко отвечает Ника, раздраженно взмахнув рукой.

Я снова чувствую себя неловко. Уверенность в том, что Ника задумала грязную игру по отношению ко мне, начинает стремительно таять.

– Мне кажется, виноваты всегда оба, – смущенно произношу я, пожимая плечами.

– В нашем случае – виновата я.

– Почему вы так думаете?

– Если бы я вела себя иначе, Тая, ты бы никогда не появилась в жизни Майского. Костя пытался наладить отношения между нами, ему хотелось семейного уюта, детей… А я просто отмахнулась от его потребностей. Потому что была помешана на своей работе. Дети и карьера – понятия несовместимые. А я слишком много сил и времени вложила в это, чтобы сейчас взять и бросить.

Мне всё больше становится не по себе. Похоже, она раскаивается. Похоже, хочет попытаться исправить ситуацию. Похоже, всё ещё любит Костю… Неужели моя первая догадка была верна, и Ника собирается попросить меня дать им шанс?

Господи, пожалуйста, нет. Только не это!

– Зачем бросать, – холодно произношу я, собираясь скорее выяснить её намерения. – Наверняка можно что-то придумать, как-то совместить.

– Карьеру и маленького ребёнка? – хмыкает Ника. – Нельзя. Поверь мне, нельзя. Это невозможно. Что-то одно в любом случае пострадает. Жертвовать работой я пока не готова. А заставлять страдать ребёнка из-за своих амбиций – жестоко. К сожалению… или к счастью, в этом вопросе я как была, так и осталась категорична.

– И… какой же выход? – теряюсь я.

Ника снисходительно мне улыбается:

– Ну как же? Выход уже найден. И приведён в исполнение. Разве ты забыла?

– То есть… Вы не собираетесь пытаться всё исправить? Я имею в виду, вы не будете бороться за Костю? – не верю я своим ушам.

– Бороться? – удивляется она. – Девочка моя, подумай немного, если я не могу дать ему то, что он хочет, какой смысл бороться? Что из этого выйдет? Да и поздно уже бороться. Я его потеряла. Теперь он твой.

Сердце в груди пропускает удар.

Мой? Как это понимать? Почему она так говорит?

– Костя очень хочет детей, – продолжает свою речь Ника, не обращая внимания на моё замешательство. – Ты роди ему ребёнка, обязательно. Он будет счастлив. А лучше роди сразу двух. А когда они подрастут – уже занимайся карьерой и самореализацией. Это самый идеальный вариант для женщины, поверь мне на слово.

– Подождите, – отрицательно кручу я головой, совершенно не улавливая, что происходит. – Я не понимаю, как вы можете говорить мне всё это? Вы, по идее, должны меня ненавидеть!

Ника снова снисходительно улыбается и смотрит на меня, как на несмышлёного ребёнка.

– Милая моя, за что мне тебя ненавидеть? На твоём месте могла оказаться любая другая девушка. С моей стороны гораздо логичнее было бы ненавидеть Костю. Ведь это он ушёл от меня. Ты мне никто, а он был близким человеком. И именно он причинил мне боль. Но Майского я тоже не могу ненавидеть, потому что понимаю причины такого его поступка. Ему было плохо со мной, а с тобой, наверное, хорошо. На его месте я бы даже не извинялась.

Меня просто до глубины души поражают её рассуждения. Нет, в общем и целом всё, что она говорит, звучит убедительно, но… Но как же можно этими доводами заглушить чувства? Боль? Ревность? Обиду… Как?!

– А вы… любили его? – неуверенно спрашиваю я.

– Ох, детка, ну какая любовь? – усмехается Ника. – Ты ещё так юна и наивна.

Становится так неприятно. Будто она меня глупой назвала. Невольно вспоминаю слова Кости, который тоже отрицает существование подобного явления.

– И вы туда же. Что такого плохого в любви, не пойму? – недовольно бурчу я.

– Подрастешь, поймёшь, – поучительно произносит моя собеседница.

– Нет, вы объясните, – завожусь я. – Потому что мне кажется, что я люблю Костю. Мне физически плохо без него. Я дышать нормально не могу, если мы в ссоре, есть не могу, спать не могу! Что это, если не любовь?!

Ника негромко смеётся, и мне становится совсем обидно.

– Милая моя, это гормоны, – просмеявшись, отвечает она. – Потребность в дофамине, который ты получаешь с ним. Эндорфины. Адреналин, возможно. Вот и всё. Ты это поймёшь со временем. Хотя, может, и не поймёшь, если будешь счастлива с Костей. Обычно разбираться в таких вещах учит плохой опыт.

– Какой, например?

– Ну вот я в твоём возрасте влюбилась в своего первого мужа. Примерно так же. Есть не могла, спать не могла. Тоже думала – любовь! Вот он мой принц, мой герой! Ну и что, что ленивый? Бесперспективный? Да нет, это только кажется. Просто пока слишком молод. Выпить любит? Ну а кто не выпивает? Очень многие. Мы поженимся, и он перестанет. Главное, что это моя любовь! Мне все говорили: не вздумай с ним связываться, жалеть потом будешь, но я не слушала. Вышла замуж, родила и попала прямиком в ад. Без денег, с маленьким ребёнком и мужем алкоголиком. До сих пор с содроганием вспоминаю то время. А если бы я умнее тогда была, выбирала бы себе мужа по его личностным качествам – не пришлось бы мне проходить через ад в свои девятнадцать лет. И был бы у моего сына нормальный отец, а не чмо. Так что, любовь любовью, но думать надо головой, а не другими местами.

– Да, наверное, вы правы… – растерянно произношу я, немного шокированная её историей.

– Но тебе, в отличие от меня, повезло влюбиться в нормального мужика, так что наслаждайся. Я слышала, ты работаешь у него? Это вообще нонсенс. Косте действительно, похоже, башню от тебя снесло, раз он на это согласился.

– Почему вы так считаете?

– Потому что он всегда говорил, что работу и личное смешивать категорически нельзя. Принцип у него такой был. А принципы у него все, знаешь, железобетонные. Что-то не припомню никаких исключений. Ты вот первое.

Едва сдерживаю рвущуюся наружу идиотскую улыбку. Сердце с вновь вспыхнувшей надеждой так и забилось в груди. Только… Вчера я сказала Косте, что хочу уволиться. От воспоминания, как именно я это сделала, всё стремительно падает вниз.

Господи, какая же я дура…

Наверное, лицо моё тоже стекает вниз, потому что Ника вдруг наклоняет голову вправо и смотрит на меня вопросительно:

– Что такое?

– Я уволилась, – глухо признаюсь я.

– Почему?

– Не сложилось… с коллективом.

– Вот как?

– Да.

Ника склоняет голову в другую сторону, продолжая заинтересованно разглядывать меня:

– Почему?

– Ну, потому что никому не нравятся мои неуставные отношения с Костей. А моя начальница так вообще меня ненавидит. Взъелась за то, что Костя уволил из-за меня Марину.

– Марину? – хмурит свои идеальные по форме брови Ника. – Эту выскочку невоспитанную? Правильно сделал, что уволил. Я бы на его месте давно её уволила. Если сотрудник не предан своему руководителю, это бомба замедленного действия. Надо же было иметь наглость позвонить мне и начать рассказывать о похождениях моего мужа… Может, если бы Костя сам поведал мне о тебе, я бы совершенно иначе отреагировала.

– Да, – грустно киваю я. – Тут я с вами согласна. Это ужасно.

– А ты вроде бухгалтер, если я правильно помню? – вдруг резко переводит тему Ника. – Как себя оцениваешь? Ты хороший специалист?

– У меня не особенно много опыта, но диплом с отличием. И пока весь офис не узнал о нас с Костей, начальница меня хвалила.

– Если хочешь, я могу помочь тебе найти новое место. Все-таки зря Костя свой принцип нарушил, работу и личное лучше разделять.

– Вы правда сделаете это для меня? – неверяще хлопаю я глазами.

Просто сюр какой-то. Бывшая жена Кости предлагает мне помощь с трудоустройством. Такое бы даже в самом странном сне мне не приснилось.

– Сделаю, – невозмутимо пожимает плечами Ника. – К себе не возьму, сама понимаешь, плохая идея. Да и штат у меня сейчас укомплектован. Но порекомендую тебя кому-нибудь из знакомых топов. Что скажешь?

– Ох, – изумлённо выдыхаю я, пребывая в полной растерянности. – Есть одна проблема. У меня запись в трудовой плохая имеется. Я незаслуженно ее получила. Из-за этого долго не могла никуда устроиться по специальности, работала официанткой. Пока Костя не взял меня к себе…

– Девочка, да ты просто ходячая проблема, – иронично произносит Ника.

– Не то слово, – снова вздыхаю я, отводя взгляд.

– Но я всё равно тебе помогу. Есть у меня пара нужных людей, за которыми должок. По моей личной просьбе они тебя возьмут. Только учти, без всяких привилегий. Я попрошу лишь дать тебе шанс, а дальше – как себя проявишь. Но ты уж постарайся проявить с лучшей стороны, не подведи меня, хорошо?

– Не подведу, – ошеломлённо отвечаю я, всё ещё отказываясь верить в происходящее. – Обещаю, не подведу.

– Ну и отлично.

– Но… Ника… Зачем вам это нужно?

Ника подпирает кулаком подбородок и загадочно улыбается.

– Беру пример с твоего возлюбленного. Учусь у него великодушию.