Глава 17

Ярцев ведет меня в просторную душевую кабину, включает воду, которая обрушивается мощным потоком сверху. Едва держусь на ногах, колени дрожат после пережитого. Демид заходит следом. Сразу пространство начинает сужаться. Мне не хватает кислорода. Страшно представить, что еще он пожелает сделать со мной. Похоже, фантазия у него буйная. Стыд, вперемешку со страхом, делает меня абсолютно беззащитной. Если бы знала, что ждет меня рядом с этим мужчиной, никогда бы не решилась, как бы малодушно это ни звучало.

Я теряюсь рядом с ним… Он гораздо старше, уверенный в себе, властный мужчина. Остро чувствую на себе его взгляд. Тяжелый, мужской. Разглядывает, особенно пристально задержавшись на груди, и пониже живота.

Меня тяготит это изучение, словно купленную вещь разбирает на части, раздумывая, выгодно ли приобретение. Но при этом, тоже не могу не смотреть на него. Бросаю взгляды украдкой. Невозможно отрицать, что этот мужчина хорош невероятно. Широкая грудь, развитая мускулатура, мощные ноги, крупные руки. Каждая мышца прокачана. Он явно не только бизнесмен, но и много времени проводит в спортзале. Ощущаю подавляющий стыд, что Ярцев все равно, несмотря ни на что, продолжает привлекать меня физически.

В руке сжимаю мочалку, о которой забыла, пока не забирает ее у меня. Выдавливает гель. Начинает водить по моему телу. Властные ладони уверенно, изучающе, повторяют изгибы фигуры. Нервы, взвинченные до предела, не выдерживают. Отшатываюсь от него, вжимаюсь в стену, жмусь к горячему кафелю, словно это может что-то изменить.

Демид явно раздосадован моей непокорностью. Притягивает к себе, бросив мочалку. Его руки касаются моей груди, сжимают грубовато. Соприкосновение с его обнаженным телом подобно взрыву. В безотчетном жесте накрываю его руки, сжимающие мои соски, которые вмиг становятся твердыми и невероятно чувствительными. От грубой властной ласки по всему телу разливается нервная дрожь. Выгибаюсь, пытаясь отстраниться, но у меня ничего не получается, Ярцев прижимает меня к себе лишь сильнее, заставляя почувствовать ягодицами его эрекцию. Наклонившись, проводит языком по моей шее, царапая легкой небритостью. Испуганно дергаюсь, словно боюсь, что сейчас как вампир вопьется в мою плоть клыками. В таком состоянии я способна на любые фантазии и страшилки.

Почему, несмотря на страх, мое тело откликается? Это невозможно отрицать. Внизу живота появляется болезненный узел. Между ног сладко тянет. Ощущения безумно острые. Удушающая смесь адреналина, страха и… возбуждения.

– Хватит… я не хочу, – произношу, задыхаясь.

– Я тоже считаю, что достаточно игр, – отвечает спокойно. Его ладони в ту же секунду сильно сжимают мои ягодицы, заставляя напрячься еще сильнее. Ловкие пальцы проникают между ног, касаются самого интимного, отчего сердце падает вниз, и я неосознанно впиваюсь ногтями в плечи Ярцева. Иначе упаду. Меня бросает в жар.

Другая рука Демида зарывается в мои волосы, тянет назад, заставляя запрокинуть голову, и в то же время теснее прижаться животом к его члену.

– Пожалуйста… – сама не понимаю, о чем прошу. Дико боюсь боли. Вряд ли выдержать ее стоя – легче. Я и так едва на ногах держусь.

Задушенно вскрикиваю, когда проникает в меня сразу двумя пальцами. Ощущение, что рвут по живому. Тупое давление, боль не такая уж нестерпимая, но крайне неприятная. Судорожно хватаю воздух. Демид касается меня там, где еще никто, ни разу. Как объяснить ему это? Я делала попытки… на которые он лишь злился.

Боль отступает, его прикосновения становятся мягче, нежнее. Продолжает ласкать, вырывая из моего рта стоны, всхлипы. Еще раз напоминаю себе, что все это неизбежно. Вздрагиваю. Мое тело сотрясает дрожь. Не могу постичь столь невероятную мощь мужской власти надо мной. Боль, которую причиняет его рука, становится сладкой. С каждым новым движением внизу живота становится горячее. Я не понимаю, как может мое тело настолько отзывчиво реагировать на него. На врага. Насильника. Ведь только так могу воспринимать его.

Демид отпускает мои волосы, убирает пальцы, обхватывая меня за талию. Разворачивает спиной к себе, надавливает на поясницу.

Меня снова охватывает ужас. Разворачиваюсь обратно и пугаюсь от выражения его лица. Оно искажено похотью.

– Пожалуйста… не здесь… Я не…

Снова пытаюсь сказать, что у меня это первый раз, и я не готова делать это стоя.

Готовлюсь к жестким словам, но Ярцев, ничего не говоря, выключает воду. Дает мне полотенце. Сам вытирается другим, резкими отточенными движениями. Я же, завернувшись в полотенце, загипнотизированно замираю.

– Иди за мной.

Мы выходим из ванной, прохладный воздух холодит кожу. Постоянные перепады от жара к ознобу – выматывают. Сейчас чувствую себя и вовсе заледеневшей. Все становится еще более неловким, неправильным. Для меня. Ярцев невозмутим, только раздражен.

Оказываемся в спальне, явно мужской, с преобладающими черно-серыми тонами. Стильно, консервативно, дорого. Очень подходит этому мужчине. Концентрируюсь на интерьере, лишь бы отвлечь себя от неизбежности.

– Кровать тебя устроит? – в голосе звучит легкая издевка.

Хватит оттягивать. Он получит свое и оставит тебя в покое, – так пытаюсь приободрить себя.

Делаю шаг к постели. Ярцев берется за мое полотенце, срывая с меня. Делает два шага ко мне, чем заставляет поторопиться. Запрыгиваю на покрывало. Обхватываю себя руками, дрожу, покрываясь мурашками.

Он нависает сверху, разводит мои ноги, устраиваясь между ними. Наклоняется к груди, касается губами сосков. Вода с его волос капает на мою кожу и от каждой капли вздрагиваю всем телом. Все невероятно остро, интимно. Меня окутывает его запах: свежести, геля для душа и мужской невероятной силы. Кожа горит от его касаний.

Громко глотаю воздух, растерянно моргаю, пытаюсь сдержать стоны. Его ласки пронзают все тело спазмами. То, что он делает с моей грудью – невероятно. Я задыхаюсь, голова мечется по постели. Ярцев сдернул покрывало, теперь я на простыне, которую комкаю руками, скребу в отчаянии. Ощущения потрясают, тело колотит мелкий озноб, при том что вжимающееся в меня мужское тело настолько горячее, что можно обжечься.

– Успокойся, – приказывает, проводя ладонями по внутренней стороне бедра, потому что снова дергаюсь, в безотчетном порыве сбежать.

Его пальцы снова вторгаются меня, лишая дыхания. Парализуя волю. Замираю, вынужденно концентрируясь на ощущениях. Он действует умело, растягивая меня, высекая виртуозными движениями искры возбуждения. Внизу живота становится горячо и мокро. Уже в следующую секунду Демид нависает надо мной, придавливая тяжелым торсом. Чувствую тупое давление, начинаю паниковать.

– Расслабься, – приказывает коротко.

Его лицо сейчас походит на маску. На лбу пульсирует вена, он, похоже, сам уже мало себя контролирует, одержимый животным инстинктом. Как справиться с ним, не позволить причинить себе боли? Никак. У меня не получится.

Расслабиться я тоже не могу, все внутри наоборот сжимается от паники. Он начинает проникать в меня медленно, ощущаю тупое давление. Его член куда крупнее пальцев, я едва могу дышать. Пока действует осторожно, еще терпимо, но через пару секунд толкается до упора и меня пронизывает оглушающая, рвущая боль. Взвизгнув, впиваюсь пальцами в его плечи, царапая. Слезы брызжут из глаз.

– Блядь, почему не сказала? – стискивает пальцами мой подбородок, смотрит пристально в глаза.

Отвечаю взглядом, в который вкладываю всю ненависть, на которую способна. На что получаю новый глубокий толчок, отзывающийся в теле еще более сильной болью. Глупо было надеяться, что моя девственность что-то изменит. Он продолжает уверенно и мощно двигаться во мне.

Мое тело онемело, боль разливается внутри ядом. Зажмуриваюсь, пытаясь отвлечь себя от происходящего кошмара. Это просто ужасно. Меня словно пытают раскаленной палкой, повторяя движения снова и снова. Не могу сдерживать крики, всхлипы, на которые Ярцеву абсолютно плевать. Он лишь набирает темп, его толчки еще напористей. Его рука ложится на полушарие груди, сжимает сосок, скручивая, потягивая. Как ни странно, это отвлекает от болезненных ощущений. Низ живота реагирует спазмами, я всхлипываю от новых ощущений. Дрожу, пока продолжает таранить меня. Ярцев просовывает другую руку между нашими телами, касается места, в котором мы соединены. Это так… непристойно, пошло. Но умелые ласки заставляют подчиниться, расслабиться. Боль отходит, остается тупое давление и жжение. Волны странного болезненного наслаждения пронизывают тело. Толчки начинают казаться не пыткой, а непостижимой необходимостью. Потребностью в чем-то, чего пока не способна уловить. Оно маячит впереди, я почти приближаюсь… Все чувства концентрируются в одной точке, в месте соединения наших тел, об остальном забываю.

Палач делает несколько особенно глубоких толчков, от которых все мое тело содрогается, после чего внутри становится нестерпимо горячо, меня будто заполняет лава.

Я абсолютно обессиленная, не могу поверить, что все закончилось, когда Ярцев отстраняется от меня. Поднимается с кровати, и я замерев смотрю на его тело, слегка обмякший, но все равно пугающе большой член, весь в моей крови.

– Идем в ванную, страдалица.

Хочется послать его к черту. Ведет себя так, словно мне не было больно, словно все придумала.

– Я могу теперь побыть одна? – спрашиваю глухо.