Глава 23

Олег Павлович был в ярости. А ведь все должно было получиться так, как ему нужно. Он все просчитал, продумал, обмозговал каждый свой шаг, спрогнозировал действия врага. Но все равно что-то упустил.

А как еще объяснить тот факт, что вот уже полчаса его вместе с единственным дееспособным телохранителем Николаем два сопливых пацана загнали в какой-то вшивый сарай и не выпускают?

– На ремни порежу! Уроды! Сволочи! Да как они смеют?! – шипел Невский, прячась в дальнем углу помещения, где не было окон.

– Лучше попробуйте договориться, – флегматично посоветовал Николай, пытаясь зажать небольшую царапину на бедре. – Эти пацаны, хоть и сопливые, как вы выразились, а стреляют метко. Сдается мне, что они тянут время. Зверя ждут. Так бы мы с вами уже валялись под этой лавкой с пулей в башке.

Невский чертыхнулся, а ведь Николай прав. У Олега Павловича появилось стойкое чувство, будто два отмороженных пацана намеренно вывели из строя всю его охрану, методично и целенаправленно, оставив самого Олега «на десерт».

Совсем некстати запиликал телефон в кармане брюк Невского. И мужчина понял, что в такой момент звонить ему может только один человек – Заверин.

Олег Павлович не привык отказываться от поставленной цели. Он все еще хотел заполучить в свое единоличное пользование Лину Лехину, ту самую девушку, которая даже не заметила его во времена их юности. А Невский помнил их первую встречу. Помнил тот самый бой, когда Зверь привел девчонку с собой. Помнил, какой красивой она была. Недосягаемой. Мечтой, которую Олег Павлович пронес сквозь годы одиночества и попыток доказать отцу, что он – его кровный сын – ничуть не хуже легендарного Зверя, безвременно почившего.

Олег еще тогда не поверил, что Зверь так легко ушел из жизни. И как только вся шумиха, связанная со смертью Заверина Алексея, улеглась, принялся рыть. И следы привели его именно сюда, в богом забытый уголок страны.

Невский даже пару раз наведывался в этот дом, чтобы убедиться, что Лина, его красавица Аделина, жива и здорова. Но потом принял решение ждать, к тому же он должен был что-то предложить любимой женщине. Олег Павлович отвоевал свое наследство у грозного родителя перед смертью и занялся бизнесом.

Злодейка-судьба совершенно случайно свела его с владельцем радио-канала, и на одной из встреч Невский узнал в молодой девчонке дочь Аделины. Олег Павлович счел этот факт замечательным и судьбоносным знаком. И план придумался сам собой. Однако где-то Невский промахнулся в своих расчетах.

Согласно тщательно продуманному плану, Зверь сейчас должен был бы валяться мертвым неподалеку от его особняка, куда проник без разрешения. У охраны были четкие указания: стрелять на поражение. И Невский считал, что снайпер, нанятый для подстраховки, уже успешно выполнил свою задачу.

Но звонка с отчетом не было. А был другой звонок. От неизвестного абонента.

Олег Павлович застыл, вглядываясь в цифры на дисплее.

– Ответьте на вызов, Олег Павлович, – усмехнулся Николай.

Охранник не выпускал пистолета из рук. И Невскому вдруг показалось, что Коля как-то изменился за секунду.

– Слушаю! – рявкнул Олег Павлович. Мужчина старался, чтобы голос не дрожал и звучал зловеще. Вот только не учел одного: говорить пришлось с самим Алексеем, который не любил, когда его семье и близким грозит опасность. Очень не любил.

– Выходи, гнида, – процедил знакомый голос. – И тогда, вполне возможно, сдохнешь ты быстро и без мучений.

– Советую послушать умного человека, – хмыкнул Николай.

И тут же в лицо Невского был направлен ствол пистолета, зажатого рукой Николая. Требование оказалось более чем понятным. Невский осторожно поднял руки, выронив телефон на пол.

– Я всегда восхищался твоим отцом, Олежа, – кривовато усмехнулся Николай. – После его смерти сам пришел к тебе на службу. Думал, ты такой же. А ты, Олежа, ссучился. Детей крадешь. Не по понятиям это.

Николай мотнул головой, указывая на дверь. Набрав в легкие воздуха, гаркнул:

– Сергеич! Мы выходим!

Оказавшись на улице, Николай на всякий случай поднял руки, а пистолет отшвырнул в сторону. От греха подальше.

– Ты уж не серчай, Сергеич, в пацанов не стрелял. Так, шмалял для вида, – Коля словно извинялся, глядя на Зверя.

Алексей Сергеевич кивнул, принимая извинения. А сам смотрел только на Невского. Сына человека, которого всегда уважал. Человека, который помог ему в прошлом. И только в память о Павле Иосифовиче Зверь не пристрелит его сына, как бродячего пса. Но и не сможет простить того, что Олег покушался на здоровье его дочери, более того – пытался отобрать его женщину.

– Подойди, Олежик, ближе, не бойся, – процедил Заверин. Невский почувствовал себя мелким пацаном в кабинете у директора. Зверь давно уже отошел от криминальных дел. Стал обычным деревенским фермером. Даже вон, прикупил себе землю и копошится на ней. А все равно ничто не сотрет ту ауру власти и жестокости, присущую людям подобного типа. В этом Зверь был очень похож на его, Олега, отца.

И Невский сдулся, позабыв о своих планах, надеждах, мечтах. Он разом пожалел о том, что решил, будто любит Аделину Марковну. Ошибся ведь. Просто позавидовал Зверю. Ведь никогда не жаловал Олежа этого мужика, ненавидел, можно сказать. А здесь подвернулся шанс поквитаться за детские обиды.

– Послушай, Алексей… – начал Невский, но его слова были стерты мощным ударом в челюсть.

Тот самый пацан, сопливый и молодой, который увивался за Лесей. Оказывается, у мальчишки удар способен раскрошить челюсть за секунду. Невский даже не успел уловить молниеносное движение мальчишки. А уже валялся на земле у его ног.

– Полегче, Киря, – Зверь остановил мальчишку. – Нам бы еще послушать, что он расскажет.

Но мальчишка не отреагировал на слова Алексея. Второй удар отбойным молотком врезался под ребра. В глазах у Олега Павловича потемнело. Дышать вдруг стало нечем.

– Ты мою женщину напугал, урод! – процедил пацан грозно.

Невский видел глаза парня. Взрослые. Яростные. Глаза хищника, способного разорвать жертву на куски голыми руками. Этот взгляд пугал Невского едва ли не больше, чем глаза Заверина.

Чертова семейка! И на кой хрен Невский сунулся к ним?

– А еще, Олежа, у меня к тебе новость, – тут Зверь хмыкнул, присел на корточки перед валявшемся на земле Невским, пока двое крепких мужиков умудрились оттащить буйного пацана подальше от Олега. – Твой бизнес испарился. Да, вот так. Легко и просто. Был Невский, да весь кончился. Конкуренты отжали все твои активы. Так что, не обессудь, но лучше тебе не возвращаться в город.

Зверь поднялся на ноги. Хлопнул Колю по плечу, поблагодарив за помощь.

– Забирай его, Николай, – скомандовал Заверин. – Олежа обещает забыть о нас, да?

Невский не возражал. Его хватило лишь на кивок. И Коля, словно мешок с картошкой, загрузил шефа в салон автомобиля.

Уже лежа в своей машине, глядя на кожаную обивку сиденья, Олег Павлович, постанывая от боли на каждом ухабе, думал, что отец был прав, когда ставил Зверя ему в пример. Алексей – достойный мужик. Лучше не попадаться на его пути. И смену он воспитал достойную. Чего стоят те два пацана, что, играючи, загнали его в угол и продержали там столько, сколько нужно.

Невский Олег Павлович, сцепив зубы, добрался до аэропорта, прошел таможенный контроль и исчез из страны, поклявшись никогда больше не возвращаться.

Николай, проводив шефа, выбросил потрепавшийся в минувшей передряге пиджак и вернулся в город. Перед ним стояла задача начать новую жизнь. И мужчина был рад, что у него появилась такая возможность.