Глава 20

Дан

– Что? – Я натянул футболку и вышел обратно к нему. – Где они?

– Открыли эвакуационный выход.

– Спасибо, можешь идти, Шехов.

– Рад помочь, Дан.

Я быстро, насколько позволяло мое сонное состояние, дошел до второго выхода. Ключ от него лежал в пожарном щитке, и об этом знало ограниченное количество золотых.

Уже подходя, услышал шум, смех и улюлюканье. Кого они опять выцепили?

Ребята сзади начали узнавать меня и расступаться.

Резко вышел под свет уличного фонаря и прищурился. Не видно пока, но какая-то маленькая фигурка стояла на дорожке перед ребятами. Когда глаза уже привыкли, я увидел… Еву.

Она была… нет, не в лифчике. Уж топик от этого я могу отличить. Но только в нем все равно холодно.

Девушка не стояла робко, не плакала и не умоляла ее пустить обратно.

Смотрела на всех свысока, будто не понимала суть этих детских игр. Только Ева никак не может понять, что игры закончились и дальше будет только хуже. Хуже для нее…

Колесо запущено, теперь оно катится с горы, и его не остановить. Ребята ни за что не успокоятся, продолжая ее травить, пока не…

Не хочу даже думать.

Она заметила в толпе меня и презрительно скривила лицо. Развернулась и пошла по дорожке, пока ребята кричали ей вслед.

Черт!

– Вы что творите? – закричал на них, и все разом смолкли и обернулись.

– А, это ты, Дан… – Ко мне развязно подошел Зима. Фамилия у него Зимин, сократили так. – Да ты, кажется, спать увалился, поэтому мы без тебя начали. Хочешь посмотреть, как новенькая униженно целует нашу обувь, чтобы попасть в здание?

Меня передернуло. Я захотел втоптать его в землю.

Сжал руки в кулаки, больно впиваясь ногтями в ладонь.

– Чья это была идея? – глухо спросил ребят, но смотрел только на Зиму. Я уже заранее знал ответ. Он давно метит на мое место, поэтому пытается подорвать мой авторитет, отчаянно пытаясь перевести всех на свою сторону.

– Ну моя, – довольно произнес парень.

Это мне и было нужно.

Раз!

Мой кулак впечатался в его лицо.

Он упал навзничь и схватился обеими руками за нос.

– За что? Черт! – Он корчился от боли, а мне немного полегчало.

Я наклонился к нему.

– Это чтобы ты не действовал без моего ведома. Давно нарывался, Зим.

Я ушел в полнейшей тишине. Все шокированно, но больше возбужденно смотрели на это. Я знаю, что им пофиг на состояние Зимы.

Они же посмотрели новое шоу! Вот все, что нужно золотым.

Завтра об этом будет гудеть вся общага, но мне пофиг. Я сейчас просто красиво восстановил авторитет. Чтобы никто не смел действовать за моей спиной.

Завернул за угол, обернулся и дал деру.

Забежал в комнату, схватил кофту, которую практически не надевал и выпрыгнул на улицу через окно. Пусть все думают, что я в своей комнате.

– Где она? – беспомощно оглянулся. – Да твою мать!

Вдали мелькнула фигурка, и я со скоростью гепарда помчался за ней.

Только бы не потерять из виду…

Она скрылась в парке.

Я уже не бежал – летел. Ветер хлестал по лицу. Я уже слышал его.

Здесь, среди деревьев, темно и нет людей, редкие фонари разгоняют мрак. Где-то можно встретить одинокие парочки, но обычно перед закрытием общаги никто далеко от нее не отходит.

Она снова мелькнула вдали, и я рванул туда. Бежала вдоль забора, потом остановилась у дырки за деревом.

Кто-то уже успел ей рассказать, что отсюда можно свалить.

Недолго думая, она юркнула внутрь. Охнула, схватившись за бок и поспешила дальше.

Если я сейчас потеряю ее среди деревьев леса – это конец.

Она дура… она же… потеряется!

А если ее не найдут в ближайшие сутки, то пиши пропало. Лес густой сам по себе, с одной стороны он выходит на город, а с другой просто километры дремучей чащи. У нас ходят по школе страшилки, что несколько ребят сбежали в лес и их так и не нашли. Не знаю, правда ли это, но я бы не хотел проверять.

Я вылез из дырки, опять наблюдая ее спину.

– Стой! – крикнул.

Она дернулась и на время инстинктивно остановилась. Затем обернулась и увидела меня. И снова побежала.

Но я быстрее. Тем более преград уже никаких нет.

Нагнал ее через несколько минут и повалил на землю.

– Отпусти! – Она лежала на листьях и барахталась.

– Нет, ты потеряешься! – Я схватил руки девушки, чтобы она перестала ими молотить меня. Держал ее, пока устанет сопротивляться, выслушивая оскорбления и все, что она о нас думает.

Ева тяжело задышала и расслабилась. Поняла, что не вырвется.

– Мы просто поговорим, ладно? – успокаивающе начал я.

Ева поджала губы. Задумалась.

– Ладно, – буркнула.

Я стал постепенно отпускать ее. Встал на ноги, протянув девушке руку. Она ее не приняла, бойко подскочив и встала напротив меня.

– А теперь давай вернемся в школу… – Я медленно подходил, чтобы увести девушку из леса.

Бац! Она ловко пнула меня между ног и практически выплюнула слова:

– Еще я не умоляла мажориков и не ползала на коленях! Адьос.

Она снова рванула.

Какое-то время я вообще не мог двинуться, пытаясь пережить эту боль. Меня будто прострелило током.

– Ептить… – Я держался руками за пах. – Бешеная какая…

Потом все же превозмог себя и на остатках сил совершил последний рывок.

Снова поймал ее, повалив на землю.

– Да черт! – Она дернулась. Глаза буйно заблестели при свете луны.

Я закутал ее в свою кофту, как в кокон, и оставил ее лежать подо мной.

– Вот теперь мы поговорим вот так, без всяких казусов.

– Что тебе нужно, золотой? – брезгливо выпалила она. – Дай мне просто сбежать отсюда.

– В одном топе? – я хмыкнул. – И далеко ты уйдешь?

– Это уже не твое дело, – отвернула от меня лицо. Рыжие волосы беспорядочно лежали на листьях.

– Мое.

– С чего бы? – Она повернулась и внимательно уставилась на меня, во взгляде промелькнуло любопытство.

– Надо так… – ушел от ответа. – Ты не должна уходить.

– Вот прямо после этих слов взяла и вернулась, – съехидничала.

– Нет, просто… – Я не мог подобрать слов, все мои аргументы были слишком слабы для того, чтобы удержать ее здесь. – Там тебя ничего не ждет. Без денег, документов… одежды. Я так понял, тебе и так нелегко. Так дождись окончания школы и езжай на все четыре стороны. У тебя хотя бы будет шанс на нормальную жизнь.

Она задумалась. Кажется, я все-таки попал в яблочко.

– Я не… – Она размякла в моих руках. Мне показалось, что глаза заблестели от слез, но она смогла вытащить руку и вытереть лицо. Прочистила горло. – Я не смогу находиться в… таком обществе. Я понимаю, что дальше будет только хуже.

Я высвободил ее и заботливо одел в мою кофту. Она смотрела на этот жест с огромными удивленными глазами.

– У меня есть к тебе предложение. Ты должна стать моей шестеркой. Грубо говоря, девочкой на побегушках.