Глава 31

Ева

– Ты когда-нибудь перестанешь так часто появляться в моей жизни? – Дан хмыкнул и подошел ближе, выйдя на более освещенное место.

– Это ты не даешь мне существовать в этой школе без своей персоны, – парировала и облегченно уселась обратно на диван. Я была рада, что это не персонал школы. А тому, что это оказался Данил… я, кажется, была рада вдвойне.

Он молча сел рядом.

– Это же не я, а ты постоянно появляешься в моих местах уединения.

– Странно, что они вообще тебе нужны, учитывая, что ты живешь один. – Я облокотилась на спинку дивана, поджав ноги под себя. Ненавязчиво разглядывала парня из-под опущенных ресниц. При свете луны он казался еще красивее.

Даня стянул капюшон и тоже расслабился. Видимо, мое присутствие его совершенно не напрягает.

– У меня шумные соседи. – Он улыбнулся, разглядывая звезды, как я пятнадцать минут назад. Глаза красиво отражали звездное небо. Будто они сами стали им. Только этот кусочек неба не просто вдохновлял – он заставлял кровь циркулировать быстрее так, что мне стало жарко уже через пять минут. – А ты как сюда добралась? Искала новый выход из общаги?

– Ага, первый и последний. – Я взглянула на бортик, прикидывая, сколько секунд лететь до земли.

Он напрягся.

– Я надеюсь, что ты пришла сюда не для того, чтобы…

– А что, если подумывала об этом? – отрешенно улыбнулась.

Конечно же, я не думала ни о чем подобном. По крайней мере, сейчас. Но я услышала волнение в его голосе, и мне захотелось… услышать его снова. Так приятно, что о тебе кто-то волнуется. Чистосердечно, без какого-то умысла.

– Ева! – Он шумно выдохнул и придвинулся, взяв меня за руку. Будто испугался, что я прямо сейчас встану и побегу. А мое тело прострелило тысячей иголочек. Они расслабили, позволив мне буквально размякнуть на диване от его близкого присутствия. Я бы сейчас даже встать не смогла. – Пожалуйста, скажи, что пошутила. Здесь учиться всего год, и… оно того не стоит.

– Это шутка с опозданием во времени. – Я отвернулась от него, боясь, что парень заметит наворачивающиеся слезы. – Где-то год назад она была бы актуальнее.

– Ничего не стоит того, чтобы делать с собой это, – стоял на своем Данил, поглаживая мою ладонь большим пальцем.

Я умирала от приливов нежности. Сохранить равнодушное выражение лица было все сложнее, а уж соображать и подавно.

– Ты ничего не знаешь обо мне, чтобы так говорить. Некоторые вещи накладывают на тебя отпечатки. И ты несешь их сквозь время. Да, с годами притупляется, но никуда не уходит, – я вздохнула, – оно сидит внутри и червячком прогрызает себе дополнительные комнаты, никуда не собираясь съезжать.

– Я хочу знать о тебе больше, – на полном серьезе произнес парень.

Всего одна фраза, а в сердце стало в сто раз теплее. Мягко улыбнулась ему.

– У меня неинтересная жизнь.

Он пододвинулся еще ближе, проникновенно заглядывая в глаза.

– Однако что-то произошло. Что-то, что сломало тебя. Теперь ты носишь этот колючий панцирь, боясь подпустить кого-то слишком близко.

– Кто же ты, Дан? – Моя улыбка стала шире, в глазах блеснул грустный, ехидный огонек. – Медсестра, спортсмен, музыкант, отличник, теперь еще и психолог?

– Вот, ты опять перешла в защиту. – Он ласково прищурился.

Я поджала губы. Может, он и прав. Но так тяжело раскрываться кому-то. Я ни с кем еще не делилась своими переживаниями. Не любила поднимать эту тему.

– Ладно, – почему-то глядя в эти бездонно серые глаза, захотелось раскрыть ему не только все секреты, но и выложить душу на блюдечке. Вместе… со своим сердцем.

Глубоко вздохнула.

– Год назад я с семьей ехала на пикник. Это было обычное утро обычного дня. В такие моменты ты не задумываешься, что всего один момент может разделить твою жизнь на «до» и «после». Ты думаешь о солнце, вкусе бутербродов, что сейчас съешь, о мягкой травке. Но, – проглотила ком в горле, – всего один толчок какой-то дорогой спортивной тачки, и вы летите с дороги в обрыв. И вот уже небо и земля стремительно меняются местами, переворачивая машину и сминая ее. Когда я очнусь, было уже темно. Меня вытаскивали из машины, выварив дверь. Повсюду была кровь, и… это было ужасно. Родителей… мы больше никогда не съездим ни на один пикник. Не сыграем в настольную игру. Не посидим вечером за ужином…

Я прервалась, борясь с подступившими слезами.

Данил молча притянул меня к себе на колени. Расстегнул кофту и обнял меня ей, прижимая к груди и будто желая согреть. Спрятать в своем сердце от всей боли, что мне пришлось испытать.

– Я рядом, – прошептал мне в макушку парень.

Я сжалась в комочек и прильнула к его горячему телу, осторожно обхватив руками.

Мне кажется, что все это время, весь этот год, мне нужно было именно это.

Прижаться к кому-то и почувствовать себя нужной.

– Моих тоже будто нет после развода. – Он подал голос спустя пять минут нашего молчания, прерываемого лишь стуками сердец. – Мать я больше не видел, она плюнула на меня и уехала на границу со своим новым хахалем. А отец… он уже будто не мой папа. Слишком резко изменился. Это было мгновенное перевоплощение в другого, совершенно чужого мне человека. Жесткого, циничного, не способного на отцовскую любовь. Возможно, стал видеть во мне мать, и это стало неким триггером, из-за чего он постепенно пытался вылепить из меня что-то другое. А когда не получалось, отворачивался. Порой мне кажется, что я один в этом чертовом мире. Хотя, по сути, оно так и есть…

– …и никто не может тебя понять, потому что и открыться-то некому, – закончила за него.

Он промолчал. Лишь крепче прижал меня к себе, выбивая воздух из легких.

Носом зарылся в волосы, вдыхая запах моего шампуня.

Почему мне так хорошо с этим парнем, как ни с кем другим?

И почему мы так похожи?

Будто были одной идентичной душой, когда-то по чьей-то вине распавшейся на две неровные части. Только количество боли досталось нам одинаково.

Не хотелось его отпускать.

Слишком хорошо было находиться в объятиях Данила. Он будто умеет останавливать время, а мне не хотелось снова возвращать его ход и возвращаться в эту несправедливую жизнь. Или же быстро перемотать его на конец года, когда я выпускаюсь отсюда и уезжаю жить своей жизнью.

Но что будет с ним?

Я не задумывалась, но наши пути с Даней должны разойтись. Мы больше не увидимся?

Тренькнул телефон, вытаскивая меня и парня из своих мыслей. Я забыла отключить на нем звук.

Вздохнула и достала его, нехотя выбираясь из кольца рук парня.

– Что там? – любопытно спросил Данил, вежливо не заглядывая в мой телефон.

– Да Витя пишет, – отмахнулась, – спрашивает, когда гулять пойду с ним. Наверное, на неделе, так что никаких планов по моей эксплуатации не строй.

– Кто так решил?

– Что? – Я подняла взгляд от телефона.

– Кто решил, что ты с ним куда-то пойдешь? – нагло возмутился Дан.

– Я, – произнесла, пытаясь слезть с него и отползти подальше на всякий случай. Опять включил командира.

Парень не дал мне сползти, притягивая обратно к себе. И решительно заключил:

– Тогда вместе пойдем.

Я застыла с открытым ртом.

– Ты представляешь, как это будет выглядеть?!

– Как прогулка старых друзей. – Он хмыкнул.

– Ну нет, Дан. Если я пойду гулять, то я тебя с собой не возьму. Мы договаривались на личное время.

Он прищурился.

– А со мной ты когда пойдешь гулять?

– С тобой? Гулять? – нервно забегала глазами по его лицу. – Это часть сделки?

– Это я приглашаю тебя на свидание, дуреха. – Он улыбнулся.

А у меня сердце ухнуло куда-то вниз. Даже ладошки вспотели.

– Какое… свидание…

– Обычное. Как у людей. – Он прижал меня еще ближе к себе так, чтобы наши губы остались в десяти сантиметрах друг от друга. Он дышал, обдувая мое лицо теплым ветерком.

– Ты… и я? – глупо переспросила. Да, сейчас время тупых, бессмысленных вопросов, потому что мой мозг на этом моменте отключился.

– Да, только мы… – Он приблизился еще ближе. – Вдвоем.

Не разрывая зрительного контакта, от которого я уже оказалась где-то среди звезд над нами, он коснулся губами моей нижней губы.

Легкое, манящее касание, будто созданное специально, чтобы я потянулась за новой порцией эндорфинов.

Бабочки не захотели остаться в животе и разлетелись по всему телу, замелькав даже перед глазами.

Я не тонула, я погружалась на дно его глаз, задыхаясь от счастья и совершенно не прося о помощи. Это было добровольное погружение. Я была аквалангистом без снаряжения, которому оно и не было нужно.

Позволила себе зарыться руками в его мягкие волосы.

Он тихо зарычал от кайфа, прижимаясь ко мне. Губы стали жадно исследовать мои.

Это взрыв. Даже не ядерный, а какой-то сверхновый. Да, будто взорвалась звезда, сжигая все, что находилось поблизости. И подогревая кровь. О, по моим венам будто текла лава.

Я вся горела. От его касаний, запаха, от всего, что происходило между нами сейчас.

Мы дорвались друг до друга, сломав стену, что была между нами изначально, и не могли теперь насытиться.

Я таяла в его руках, как чертовый кусочек льда в вулкане.

И ничто. Никто.

Только он. И я. Этот мир только для нас двоих.

Нам было суждено встретиться, пройдя через боль и одиночество.

И как после этого не поверить в судьбу?

Резкий звук оглушил, отрывая меня от парня. Я схватилась за голову и болезненно зажмурилась от мигания света на улице. Вся романтичность момента испарилась за секунду.

В уши резко ворвалась сирена, дезориентировав нас обоих.

Мы подскочили. Дан тревожно взял меня за руку и оглянулся.

Сработала пожарная сигнализация…