Глава 49

Ева

Я прислонилась спиной к двери, пытаясь отдышаться.

Боже, как же сильно мое сердце желало его.

Он спас меня. Он все-таки спас… пришел, не оставил меня, баламутную и упрямую.

По щекам потекли слезы. Я попыталась смахнуть их, но они не прекращались.

Может быть, все совершенно просто, а запутываю все я сама?

Подруга Софии уже спала, в комнате было темно, но с улицы ее освещал фонарь. Я быстро разделась и юркнула под одеяло на свою импровизированную кровать. Когда почти уснула, услышала тихий скрип двери и шаги подруги. Шуршание одежды, затем одеяла, и все стихло до утра.

Сны были беспокойные. Мне снился Данил, он сидел спиной ко мне на краю крыши общежития. Я пыталась до него дотронуться, но не могла. Кто-то мне не давал. Чужие руки держали мои ладони, и я тщетно тянулась к ссутулившемуся, явно расстроенному парню. А ведь он так близко. Попыталась позвать, но изо рта не вылетело ни звука. Тогда повернула голову к тому, кто мне мешал обрести счастье и увидела… саму себя.

– А-а-а! – Я коротко вскрикнула и села на матрасе.

– Еще никто в этой комнате так странно не просыпался под будильник, – засмеялась подруга Софии и перевернулась на другой бок.

– Кошмары, – буркнула и легла обратно. На меня приветливо смотрел абсолютно белый потолок.

Я дура.

***

– Ты чего хмурая такая? Матрас был жестким? – любопытствовала подруга.

Я отрицательно качнула головой.

Она весело подхватила меня под локоть.

– Тогда хватит кукситься, жизнь прекрасна.

– Угу.

– Птички вон поют.

– Ага.

– Парни наши идут.

Я бросила быстрый, взволнованный взгляд, но заметила только Дэна и Витю. Меня накрыло разочарование.

– М, – без интереса уставилась себе под ноги.

– Привет, девочки. – Друзья встали в полуметре от нас.

– И вам.

– Вы на урок? – Витя постарался не обращаться внимания на отсутствие у меня настроения. – Тогда пошли вместе.

Они втроем пошли вперед, а я отстала. Не хотелось поддерживать беседу. Да и разговаривать тоже не особо. Мне хотелось увидеть его, но мы больше не учимся вместе и не сидим за одной партой. Есть небольшой шанс пересечься в коридоре или в столовой, но мимолетная встреча только больше расстроит меня.

Витя обернулся и немного отстал от ребят.

– Ты как? – пошел рядом, сунув руки в карманы.

Пожав плечами, честно выпалила.

– Никак.

– Понимаю, – он поднял взгляд на безоблачное небо, – иногда человек слишком много над чем-то думает. И чем больше думает, тем сложнее становится кажущаяся сначала простой ситуация. А всего-то нужно отпустить.

– Что отпустить?

– Все. Обиды, сомнения, беспокойство. Взгляни со стороны, с хорошей стороны, и ты увидишь проблему по-другому. А может, – он хмыкнул, – окажется, что проблемы-то и нет.

– Спасибо, мистер философ. – Я скуксилась, но над его словами все же задумалась. Мне показалось, что он говорил не только обо мне, но и о… себе.

Он улыбнулся.

– Язвишь, значит, не все потеряно.

Пхнула его в бок.

– Надо тебя расшевелить. Как раз вечером будет кое-кто интересное. – Витя многозначительно хмыкнул.

– Что же?

– А вот скоро узнаешь. Я не вправе разглашать до общего объявления.

– Ой, очень хотелось.

Мы зашли в класс.

– Здравствуйте, ребята. – Нас приветливо встретила преподаватель. – Пока вы все здесь, хочу сообщить, что сегодня вечером будет дискотека в честь победы наших «Барсов».

Все радостно заулюлюкали.

– А долго ждать и не пришлось. – Парень довольно сел на свое место.

Я равнодушно села рядом.

– Ну сходите.

– А ты что?

– А у меня настроения нет.

– Нет, так дело не пойдет, – возмутилась Софи с задней парты, – ты должна пойти с нами и оттянуться. Здесь нечасто проходят дискотеки, чтобы ты знала.

Я задумалась. Там, наверное, будет Данил. Да по-любому будет, в честь них же танцы.

– Ладно. – И они обрадованно отлипли.

Почему-то весь день не пересекалась с Даном. Лишь мельком где-то появлялся его затылок или спина, даже в столовой парень мелькнул где-то впереди, явно пребывая в раздумьях и не замечая никого вокруг.

Это грызло меня.

Хотелось хоть на мгновение встретиться взглядами, чтобы я снова начала корить себя, что не дала ему высказаться, что убегала, противилась и включала гордыню.

– Ева, зайди ко мне. – В коридоре меня поймал директор.

Я встревоженно пошла за ним. Что-то еще, связанное с Катриной? Я надеялась закрыть эту страницу навсегда.

Мы зашли в кабинет, и он сел на свое место, принявшись клацать по клавиатуре ноутбука.

– Как дела с компанией Катрины? – как бы невзначай завела разговор.

– Всех забрали родители, – он что-то допечатал и повернул голову, – в общем, все уже перевели деньги, и мы распределяем их по жертвам событий. В основном как раз тех, кто собрался с силами, внес свою лепту в дело и признался. Итого тридцать человек из разных классов. Где ребята помладше, я передал сумму их родителям, а вот тебе уже восемнадцать через месяц, поэтому, мне кажется, класть их на счет твоего дяди будет неразумно.

– Да, – криво улыбнулась ему. – Если можно, пусть они подождут меня на счету в банке до моего совершеннолетия.

Мужчина кивнул.

– Хорошая идея. Вот твоя моральная компенсация.

Он развернул ноутбук, и мне показалось, то в глазах задвоилось, нет, затроилось.

– Сколько?!

– Это очень обеспеченные семьи, им ничего не стоит столько отдать ради сохранения репутации.

Я ошарашенно отлипла от экрана. На квартиру этого, конечно, не хватит. Если только на скромную студию, но разве мне много нужно? Однако это все же офигеть какая большая для меня цифра.

– Да, спасибо, – нервно замяла край кофты.

– Ну, в общем, все. Нужно, чтобы ты еще подписала документы о переходе в Б-класс. – Он достал бумажки и передал мне.

– Ага. – Я грустно взглянула на них. – Я могу подумать?

– Подумать? – переспросил. – Эм, ну денек можешь. Но не тяни с этим, ладно?

– Да, конечно. – Я осторожно положила документ в портфель.

Хотелось мне раньше в Б? Конечно, ведь там нет золотых и есть мои друзья.

Но…

В А теперь их тоже нет. И там есть Дан. И он там один.

Решу чуть позже, ну или вечером. Хотя нет, вечером дискотека. Блин.

Я зашла в свою комнату и положила документ на стол, на самое видное место. Чтобы не забыть о нем и перестать оттягивать выбор.

Друзья или любовь?

Может, Витя и прав. Я слишком загоняюсь по проблеме. Они же все никуда не денутся, мы учимся в одной школе. Просто я должна решить, где мне будет комфортнее.

А это почему-то тяжело.

Я решительно пошла в комнату девочек, не могу сейчас находиться одна. Как только остаюсь сама с собой, начинаю думать. А с мыслями приходит беспокойство по совсем незначительным вещам. У Софии было спокойно, они ели сладкое и смотрели сериал. Я бы хотела, чтобы у меня была такая соседка. Чтоб мы делали что-то вместе.

– А я к вам, – тихо закрыла за собой дверь.

– Отлично, присоединяйся, – дружелюбно махнула рукой подруга Софи.

Оттуда мы и пошли через несколько часов на дискотеку. Они даже немного намарафетили меня, под рукой у Софи была полная сумочка косметики.

– Я с вами немножечко постою и спать лягу, – убеждала то ли их, то ли себя. А взгляд сам собой цеплялся за проходящих мимо парней, ища только одного. Того самого.

Но Данила не было.

Душа изнылась за день. Я надеялась его увидеть хотя бы здесь, но если за полчаса он не появится, то, значит, решил не появляться. Уж лучше точно спать пойду.

Музыка в зале громыхала, на потолке сиял светошар. Толпа была как в прошлый раз, мне даже показалось, что больше. Наверное, малолетки пробрались на праздник. По периметру у стен стояли столы, в центре танцевала толпа, освещаемая неоном.

Парни стояли на входе и ждали нас.

– Отменный будет вечерок! – Дэн бодро шагнул в открытые двери полумрачного зала.

– Надеюсь. – Я не разделяла его оптимизма, мечтая влезть в пижаму и поныться подушке. Я вроде послушала совета Вити. Я больше не обижаюсь на Дана. Да, это было глупо, но тогда произошедшее слишком сильно надавило на меня, и я во всем в глубине души винила его.

Сейчас угрозы нет, все течет своим чередом, но без него… все уже не так. И даже если он снова захочет от всех прятаться и иметь эти недоотношения, я, скорее всего, соглашусь, потому что только так почувствую себя полноценно счастливой.

Только пусть он придет.

Вечеринка набирала обороты, я взяла бокал со стола и глотнула, борясь с нарастающим комом в горле.

– Бе, – скривилась от вкуса, – я думала, это сок.

– Кое-где и не сок, – подметил уже веселый Дэн, – я тут все попробовал. Половина из бокалов с игристым. Кто-то опять пронес, но, думаю, это уже сделали сами «Барсы», чтобы мы потом еще долго вспоминали их дискач.

Я снова глотнула, по телу разлилось успокаивающее тепло. Даже скребущиеся кошки подуспокоились, будто им пихнули дозу валерьянки.

– Ну не сок и ладно, – согласилась с собственным выбором питья и покрепче перехватила бокал.

По крайней мере, хотя бы стало спокойнее. Но глаза то и дело бегали по залу, пытаясь угадать из кучи ребят Дана. Это, конечно, провальная затея, но попробовать стоило. Я даже прошлась по залу как бы невзначай. Ребята остались у столика. Решила сделать небольшой круг и не лезть в самую толпу, которая росла посередине помещения.

И вот, когда я проходила мимо сцены, мне показалось…

Повернула голову.

Данил медленно нес микрофон к середине сцены. О, лидер «Барсов» хочет сказать речь, так вот где он был!

– Ребята! – Музыку приглушили и такой родной голос разнесся эхом по залу. – Я рад, что вы все здесь собрались ради нас и нашей победы. Мы с боем вырвали ее, чтобы вы сегодня потусили!

Все захлопали, парни одобрительно засвистели. Он улыбнулся им, ища кого-то в толпе. Его улыбка… я скучала по ней. Я хотела, чтобы она была адресована только мне, а не целому залу людей.

– Я договорился с директором, и нам разрешено тусить до часа ночи! Общежитие сегодня не будет закрываться!

Тут зал вообще взорвало. Еще чуть-чуть, и все полезли бы на сцену обнимать и целовать своего бога. Я приложила руки к ушам, чтобы не оглохнуть и услышать, что он будет говорить дальше. Мне хотелось впитывать его голос, боясь, что он сейчас снова замолчит и пропадет.

– И прежде чем мы продолжим зажигать, я хотел бы кое в чем признаться одному человеку. Но просто так я не могу сказать эти слова.

Из-за кулис выбежал мелкий, юркий парень, и я узнала в нем одноклассника, из А. Вроде бы его прозвище Шех. В руках у него была гитара.

Дан будет… что?!

Но если отец узнает… Он ненормальный, что ли?!

– Этого нельзя делать! – Мой голос потонул в хоре других. В основном это была женская часть зала, которые были в восхищенном шоке от того, что их кумир еще и на гитаре играет. Еще чуть-чуть – и на сцену полетит нижнее белье.

Но он, кажется, услышал. Не знаю как. Может, до него донесся отклик моего голоса, но Дан посмотрел прямо на меня. А я перестала прятаться в толпе и вышла прямо под сцену, положив на нее руки. Его взгляд наполнился нежностью.

– Я еще ни разу не пел со сцены. – Он скромно улыбнулся, и девушки завопили, оглушив не только меня. В голосе зала было столько поддержки, что, даже если бы Дан спел отвратительно, никто бы его за это не корил. Это прекрасная особенность – настолько зажигать людей.

А я переживала. Единственная среди всех знающая, чем это может для него обернуться.

Зачем он это делает? Ну зачем?

Фоном заиграло что-то лиричное, похожее на медляк. Свет в зале практически погас, оставив белые светлячки играть по полу и стенам. Он медленно провел рукой и заиграл. Мелодия лилась и дополняла фоновый минус. Ощущение, будто и правда начался медленный танец.

Все уже стали разбиваться по парам. Центральная часть зала значительно опустела. Зато я увидела Витю и Софию. Они медленно кружились и одобряюще смотрели на сцену.

И тут Данил запел. Я не слышала его раньше, он не давал, все твердя про особенный день. Но этот мягкий тембр голоса вводил в зачарованный ступор. Он заполнил все уголки зала, проникая глубоко в душу. По телу поползли мурашки, как тогда от пения Марии.

Неужели этот тот самый важный день, о котором ты постоянно говорил?

Шаг за шагом

бреду в темноте –

Мое солнце больше

Не светит мне.

Обещал защищать,

Но не защитил.

Я своими руками

Твое сердце разбил.

И все же, и все же…

Любыми дорогами я прихожу к тебе.

Любыми дорогами наперекор судьбе.

Я больше не верю в боль, больше не стану бежать,

Ведь если тебя рядом нет, мне незачем

Дышать.

Твоих глаз зеленых

Магический свет

Был моим маяком,

А теперь его нет.

А теперь я бреду,

Как слепой в темноте,

И дарю свои песни

Немой пустоте.

И все же, и все же…

Любыми дорогами я прихожу к тебе.

Любыми дорогами наперекор судьбе.

Я больше не верю в боль, больше не стану бежать,

Ведь если тебя рядом нет, мне незачем

Дышать.

Он замолчал на секунду.

Прошу, прости меня.

Я ведь… люблю тебя.

Зал взорвался воплями фанаток. Наверное, они решили, что это хоть капельку относится к ним. Но всю песню он смотрел только в мою сторону, будто… посвящал ее мне? От этого тепло в груди волнами расходилось по телу, от одного только взгляда.

Дан положил гитару и спрыгнул по сцены, становясь рядом со мной. Один из прожекторов повернулся в нашу сторону, и я покраснела. От стеснения готова была прямо тут упасть в обморок.

Я что, в какой-то американской мелодраме? Мне снится это?

Ущипните.

– Я давно хотел тебе сказать, но никак не мог найти подходящий момент, – он мягко заговорил в микрофон, – все искал тот самый «важный день», пока не понял, что упускаю тебя, – парень взял меня за руку, – я люблю тебя, Ева. Ты будешь моей девушкой?

Вопли, оханье, крики – все смешалось и стало фоном.

Остался только он. Желанный, родной.

Он хочет быть вместе насколько сильно, что наплевал на отца. За это он еще получит, я надеюсь, что все обойдется, но сам факт… Самонадеянный дурак.

Любимый дурак.

Кровь прилила к голове, сегодня я наверное отношусь к помидорам. Но как тут не пунцоветь, когда на тебя смотрят ВСЕ.

– Да. – Я даже кивнула, боясь, что он меня не расслышит. Сердце ходило ходуном, выпрыгивая из груди.

Он счастливо улыбнулся и притянул меня к себе. Я благоговейно зарылась в его объятьях. Я скучала по его запаху.

– Она сказала «да»! – Я услышала его голос в микрофоне. Затем он положил его на край сцены, а сам прижал меня к себе сильнее, зарываясь носом в волосы. И держал так крепко, будто боялся, что я сбегу или передумаю.

Ди-джеи включили музыку, заглушая общий восторженный гул. Кто-то даже подходил и что-то говорил ему, но он просто кивал или отвечал односложными предложениями. Здесь явно слишком много людей, Данил это понял.

– Пошли, – шепнул и потянул за собой через толпу.

Краем глаза я заметила махающих мне друзей и смутилась. Блин, они все слышали.

«Все всё слышали, Ева! Он тебе предложение-то на весь зал говорил!»

Теперь это новая новость номер один. Ну ладно, я привыкла, что мелькаю в сплетнях. В любом случае это лучше, чем до сих пор говорить про компанию Катрины. Как слышу что-то, так сразу передергивает от отвращения.

Данил вывел меня из зала и увел в соседний коридор, не примыкающий к большому залу. Здесь никто не ходит.

– Прости, что вот так, – он взял мое лицо и мягко посмотрел, – я хотел, чтобы ты не сомневалась в моих намерениях.

– Я и так бы не сомневалась, если бы ты это сказал мне лично, а теперь… – Я взволнованно сжала одну из его ладоней. – Твой отец, он же…

– Я разберусь, – он улыбнулся, – это того стоило. Я ни о чем не жалею.

– Скажи это еще раз, – одними губами прошептала, снова утопая в его глазах.

Он улыбнулся и наклонился еще ближе. Между нашими губами остались считаные сантиметры.

– Я люблю тебя. – Между нами остались считаные миллиметры.

– Я тебя тоже…

И его губы накрыли мои.