Глава 26. Не желаете отравиться? Или, побег — будет!.

Похлёбка так себе, но есть можно. И нужно. Мне нельзя терять силы.

После скудного завтрака решила повторить, чему меня учил дракон. Начала с разминки, отжиманий и пресса. Каждое движение сопровождалось воспоминанием. Будто Киран стоит у меня за спиной. А закрываю глаза и вижу его отчётливо, чувствую тепло и дыхание в затылок, сильные руки сжимают талию пробуждая тайные желания.

Тряхнула головой, прогоняя наваждение.

В платье заниматься не очень удобно. Особенно махать ногами, пришлось его задрать, связав подол узлом. Всё равно меня здесь никто не видит.

Занималась упорно, кряхтела и тужилась. Вспотела.

Встала отдышаться, уперев руки в колени, и как раз в этот момент дверь в камеру распахнулась, впуская свет и Люциана с горящим факелом в руке.

— Как тебе темнота и одиночество? — спросил издеваясь.

Я так и стояла. «Раком». Сдула с лица пряди и ответила. Дружелюбно.

— Спасибо. Более комфортных условий мне не найти. После посещения вашего заведения обязательно оставлю отзыв, — улыбнулась во все зубы и выпрямилась, потирая позвоночник.

Люциан смерил меня недоумевающим взглядом, задержавшись на моих голых коленях, после чего я быстро расправила платье.

— Встреча с моим сыном не пошла тебе на пользу?

Я задумалась, судорожно соображая. А что волчок ему сказал интересно?

— Или тебе просто понравилось подвергаться насилию? — любезно подсказал Люциан. Ах, вот оно в чём дело!.. Волчок сказал, что насиловал меня?

Усмехнулась своим мыслям, придав себе мрачный вид.

— Я уже всё сказала. Не понимаю, что вы хотите от меня услышать…

Люциан заложил руки за спину, совсем как это делает Киран. Сердце тоскливо сжалось.

— Например, хочу услышать, почему дильяр не торопится за тобой. Или как ты применила заклинание из утерянной книги «Тайные знания друидов». Только они пользуются рунами для применения магии. Най сказал, что видел листы с выжженными символами. Где они?

— Да какие листы? — устало спросила, опираясь на стену, что приятно холодила. Люциан гаденько усмехнулся.

— А если я тебя обыщу?

Чёрт… Это ещё не хватало. Найдёт нож, я пропала. Расскажу про символы… Может случится непоправимое.

— Я не знаю никаких символов из книги друидов, — почти по слогам отчеканила, глядя волколаку в глаза. — Эти листы мне сунул Киран перед моим уходом. Я и понятия не имела, что с ними делать. Говорю же, всё случилось спонтанно. Хотела парня поймать, а получилось то, что получилось, — выдохнула, упираясь затылком в камни. — Листы намокли в фонтане…

Люциан долго сверлил меня недоверчивым взглядом, но всё-таки сдался.

— Ладно. Это похоже на правду. Не думаю, что простая человечка смогла запомнить и повторить древние руны. Вот и я не думала…

— Надеюсь на твоё примерное поведение. Не скучай, — язвительно пожелал этот старый волчара и вышел, оставив факел. В качестве подарка не иначе…

Когда заняться нечем клонит в сон. Пришлось бодриться. Скакать и прыгать. Факел довольно неплохо освещал камеру, поднимая градус моего настроения. Слонялась из угла в угол и даже зачитывала сама себе стихи.

— Чувства в кулак, волю в узду! Рабочий, работай!

Не охай! Не ахай!

Выполнил план — посылай всех в…

А, нет. Не то… Камера бесила. Одиночество угнетало. Тело чесалось… Я просто хочу в душ. Просто в душ, в тёплую постель, тёплый ужин и горячий кофе. Нормальных кофе, а не ту жалкую пародию, что я пила в Башне…

Достала нож и привались к стене. А что, если всё же попробовать? Может, ритуал и не сработает, а если сработает, то я выполню всё о чём мечтала. Получу человеческие блага и комфорт, но потеряю частичку себя. Потеряю Кирана…

Нет уж! Буду и дальше чесаться. Заскрежетал засов.

Ну кого там ещё принесло? Быстро спрятала нож и поднялась.

В камеру вошла вдова. Огляделась, поморщилась и сделала несколько шагов в мою сторону.

— Мне не нравится внимание Дара к тебе, — без предисловий холодно произнесла она. Я лишь хмыкнула. — И мне не нравится, что Люциан пообещал тебя ему, когда дильяр будет пленён.

О-о… а вот это уже интересно. Хотя нет. Не очень. Не думаю, что волчок обрадуется такому подарку. Как сильно бы его гормоны не бушевали, голова на месте.

— И зачем вы пришли? — не без издёвки поинтересовалась. Вдова раскрыла ридикюль и извлекла на свет пузырёк.

— Избавь себя от мучений, — не дрогнувшим голосом произнесла она, протягивая мне «сувенир».

— Что это? Лекарство от кашля? — усмехнулась, и так зная, что мне любезно предлагают покончить жизнь самоубийством.

Вдова иронии не поняла.

— Это то, что поможет тебе заснуть и больше не страдать. Не мучится.

Она щадит мои чувства, как мило. Нет, чтобы сказать: «Это — яд. Выпей и умри наконец…». Моя мама сказала бы именно так. Она редко церемонится и думает о других. Интересно, а меня она ищет? Вспоминает? Всё же родной человек…

— Благодарю, — ответила, забирая пузырёк. Пригодится. — Я подумаю над вашим заманчивым приглашением. Спасибо, что уделили время и внимание. Всего доброго, выход — там, — самым любезнейшим тоном произнесла я и улыбнулась.

Вдова подозрительно сощурилась, но промолчала и вышла. А что сделает Люциан, если узнает, что его спутница предложила мне отведать яду?..

Безумно хотелось заснуть и увидеть Кирана, поэтому я сильно обрадовалась, когда начала зевать. Чуть не подпрыгнула до потолка. С трудом уняла бушующие чувства, немного помедитировала и настроилась на сон.

Спать на каменном полу — всё равно, что спать на каменной полу. Это ужасно. Говорят, что кости болеть не могут, но они болят. С огромным трудом я смогла отключить разум, заглушить мыслительный процесс, полностью абстрагировавшись от раздражающих факторов.

Сон начался совсем не с того, я даже расстроилась, почти как расстроилась бы наяву. Снилась моя квартирка. Треснутая чашка с «Лондоном» и фиолетовые шторы в спальне, которые мама подарила мне на День рождения. На них, где-то внизу, есть след моего преступления. Прожжённая дыра от уголька.

Помню пробовала закурить, нервничала сильно… И всё едва не закончилось пожаром. Вовремя среагировала. Начавшие тлеть шторы потушила, а сигареты выкинула…

— Я не хочу его отпускать, — просочился в разум тонкий голосок.

Квартира развеялась, словно дым, оставляя пустоту. И посреди этой пустоты стоит девочка. Девушка. На вид, лет шестнадцати.

— Здравствуй, Люси, — улыбнулась, догадавшись. — Не ожидала тебя встретить в своём сне. Дух Башни теребил подол воздушной сорочки.

— Если Киран уйдёт, я останусь одна…

— Понимаю, — ответила мягко. — Но он не может вечно сидеть взаперти, ты понимаешь. Он могущественное существо. С крыльями. Ему нужно небо. Нужно править. А тебе… — я подошла ближе и коснулась пушистых светлых волос. — Тебе нужна свобода. Ты и так слишком много трудилась, — прижала к себе призрак Башни, прикрывая глаза.

Бедный ребёнок…

Тонкие пальцы стиснули ткань моего платья. Плечо быстро пропиталось влагой.

— Моя хорошая, — ласково прошептала, гладя Люси по волосам. — Всё будет хорошо. Ты никогда, никогда не будешь одинока. Я тебя не забуду…

Люси отстранилась, заглядывая мне в глаза.

— Правда?

— Правда.

— Позаботишься о Киране?

— Позабочусь, — заглушая душевную боль, пообещала я. — И за тобой вернусь. Я похороню твои останки в самом живописном месте!..

— Хочу у моря, — грустно улыбнулась Люси.

— Значит, у моря, — согласилась, гладя призрак по голове.

— Спасибо, — уже веселее улыбнулась Люси и высвободилась из моих объятий. — Я принесла тебе книгу… — в её почти прозрачных руках появился утерянный томик друидов.

— Ты чудо, — улыбаюсь глазами, принимая «подарок».

— Не потеряй его, — произносит призрак Башни, удаляясь в темноту. — И я говорю не о книге…

— Знаю… — шепчу и просыпаюсь с томиком заклинаний в обнимку,

Сажусь и усмехаюсь. Вот так сон… реалистичней некуда. Правильно ли я поняла, что Башня выпустит Кирана?

Судорожно выдохнула и раскрыла книгу. Нет времени на раздумья и переживания. Кто-нибудь может явиться в любую минуту. Явиться и забрать книгу. Я просто обязана выучить парочку заклинаний.

Листаю жёлтые страницы, а знаки сливаются в одно невообразимое пятно. Они все между собой похожи, а самое ужасное, что я не знаю их значения.

Вот этот, например, похожий на китайский иероглиф, что значит? Стреляет молнией или разрывает врага на куски, или с неба падает морковь? Что?

Мне бы ещё понять механизм. Как заклинания работают.

Я рисовала их на бумаге. Бумага лежала в кармане. Руками я её не трогала, лишь взмахнула. Я не думала, я просто хотела поймать мальчишку, не дать ему упасть в воду. Неужели, подсознание служит катализатором?

Хм… стоит попробовать.

Решительно поднялась, достала нож, бумагу. Раскрыла книгу… Выдохнула и резанула кончик пальца.

— Ого, — шумно выдохнула. Получилось глубже, чем рассчитывала. Капли заливали бумагу.

Спешно убрала палец, отложила нож и зажала палец. Мне приглянулся один символ… могу ведь я попробовать? Перевернула лист и неуверенно вывела первую закорючку. Глянула в книгу и нарисовала другую.

— А неплохо выходит, — одобрительно усмехнулась и продолжила. Когда символ был готов, отрезала от платья лоскут ткани и замотала палец. Негигиенично, но бинтов и перекиси под рукой, увы, нет.

Дала крови немного высохнуть, а затем подошла к стене и приляпала лист на неё. Благо влажная, бумага хорошо держится.

Ну? И что с этим делать?

Скептически выгнула бровь и стала думать.

«Взорвись!»

«Разрушься!»

«Умри!» — нет, надо что-то попроще. Чтобы желание шло от сердца. И руками не забывать махать…

Вот бы эта тюрьма просто разрушилась, не торопясь. Чтобы я и другие драконы могли легко выбраться, пока стражники в панике спасаются бегством…

На деле получилось всё красивее и эпичнее. И тише…

Пока я думала и махала руками, расхаживала взад-вперёд, камень из стены осторожно отделился и «поплыл» за моей рукой.

Замерла, уставившись на камень. Камень на меня. Отвела руку в сторону: камень за ней. Опустила руку вниз, и камень вниз. Прижала ладонь к полу, мягко опуская гранит. А из образовавшейся дыры — на меня смотрели ярко- жёлтые глаза дракона. Уместнее будет сказать, драконихи…